НИКОГДА БОЛЬШЕ: Предложения по Достижению Важнейшей Цели Ядерной Безопасности (часть вторая)

17 июня 2011

5. Подход к старым и новым АЭС

Даже с учетом возможных юридических трудностей8 мы считаем затруднительным обосновать существенные отличия в общих целях безопасности для новых и действующих станций. Для достижения этих целей могут быть приняты различные технические и организационные меры. Необходимо реализовать разумно осуществимые меры для модернизации (совершенствование систем безопасности и связанной инфраструктуры), включая возможности управления авариями на АЭС, построенным по ранним стандартам безопасности - в противном случае их эксплуатацию следовало бы разрешить на ограниченный период времени9. Более того, все большую поддержку со стороны участников Конвенции по ядерной безопасности приобретает концепция постоянного совершенствования АЭС в течение всего срока их службы, возможно, на основе периодических оценок безопасности примерно каждые 10 лет10, и этот подход должен быть реализован всеми странами11.

Правительства и регуляторы должны относиться с большой осторожностью к продлению ресурса эксплуатации энергоблоков, построенных по самым ранним стандартам безопасности. Ресурс эксплуатации нескольких самых старых блоков, продленный на несколько лет, не должен ставить под вопрос продолжение эксплуатации более новых и более безопасных блоков в течение более длительного времени. В попытке установить приемлемость понятия "достаточной безопасности" для этих старейших блоков необходимо рассмотреть следующие компенсирующие мероприятия:

  • Повторное лицензирование на соответствие действующим критериям безопасности с техническим обоснованием любого выявленного отступления;
  • Проведение вероятностного анализа безопасности применительно к конкретной АЭС для выработки требований к дополнительным техническим средствам безопасности;
  • При необходимости, усиление мер управления тяжелыми авариями (оборудование, процедуры, укомплектование персоналом и его подготовка) сверх требований, предъявляемых к новым АЭС; и
  • Предъявление требования к использованию передовых технологий в ключевых системах безопасности (для останова реактора, охлаждения активной зоны и изоляции радиоактивности).

6. Переоценка культуры безопасности и качества управления безопасностью

Высокий уровень культуры безопасности и высокое качество управления безопасностью являются ключевыми предпосылками достижения и поддержания высокого уровня безопасности необходимого при использовании ядерной энергии. Поэтому культура безопасности и управление безопасностью должны находиться под постоянным контролем путем проведения беспристрастных аудитов, включая международные партнерские проверки. Такие аудиты и проверки должны быть направлены на выявление критического отношения и стремления к совершенству, по крайней мере, на уровне формального соблюдения требований действующих правил и процедур. Такие аудиты и проверки должны охватывать все сектора атомной отрасли: руководство станции и энергокомпании, так же как и соответствующие правительственные организации, особенно персонал независимого регулирующего органа. Совершенно очевидно, что высокий уровень культуры безопасности и высокое качество управления безопасностью могут быть достигнуты только, если во всех секторах атомной отрасли работают профессионалы с соответствующим опытом и подготовкой, в достаточном количестве, которые критически относятся к своей деятельности, наделены необходимыми полномочиями, финансовыми и другими ресурсами.

Особое внимание к культуре безопасности и качеству управления безопасностью необходимо, но этого может быть не достаточно. Руководство МАГАТЭ по фундаментальным принципам безопасности, включающее культуру безопасности и качество управления безопасностью, предлагает более всесторонний подход. Оно распространяется как на правительство, включая регулирующий орган, так и на эксплуатирующую организацию12.

Должна быть подтверждена приверженность к критическому отношению не только на словах, но и на деле, тем самым обеспечивая непрерывное повышение уровня безопасности. В настоящее время основное внимание сконцентрировано на последствиях событий, типа имевших место на Фукусиме с тяжелым повреждением активной зоны. Однако, все серьезные аварии стали следствием серии ошибок и событий, корни которых лежали в рутинном проектировании и эксплуатации. Таким образом, необходимо продолжить углубленный анализ таких рутинных операций и разработать меры, эффективно предотвращающие развитие незначительных ошибок в тяжелые аварии. Возможно, для лучшего понимания воздействия организаций и сообществ на развитие и поддержание культуры безопасности потребуются дополнительные научные исследования.

События на Фукусиме являются хорошей иллюстрацией тому, что во множестве энергокомпаний и правительственных организаций, вовлеченных в процесс производства электроэнергии на АЭС, для своевременного принятия трудных и критических управленческих решений в непредвиденных обстоятельствах необходимо знать не только "что" и "как", но и "почему". Для обеспечения наличия таких компетенций во всех странах с атомной энергетикой государства-поставщики атомно-энергетического оборудования должны создавать в странах-реципиентах центры подготовки специалистов-ядерщиков и персонала для энергокомпаний и правительственных организаций. Цель состоит в подготовке ключевых лидеров, способных принимать решения в экстремальных ситуациях.

Национальные ядерные институты, включая органы регулирования ядерной безопасности, должны отчитываться за результаты своей деятельности и быть прозрачными в вопросах ядерной безопасности с тем, чтобы получать и заслуживать доверие общества. Национальные органы регулирования ядерной безопасности во всех странах должны быть независимы в принятии решений по ядерной безопасности, обладать необходимой компетенцией, ресурсами и полномочиями.

7. Пути укрепления международного режима (ядерной) безопасности

Как отмечено в нашем предыдущем документе "Никогда больше", безопасность атомной энергетики выходит за национальные границы. После должного обсуждения необходимо определить и внедрить дополнительные меры по укреплению международного режима ядерной безопасности, будет ли это в рамках Конвенции по ядерной безопасности, МАГАТЭ, региональных органов, таких как ЕС или организаций атомной промышленности, таких как ВАО АЭС. Принципиальным вопросом должен стать характер мер, способных наиболее эффективно обеспечить высокий уровень ядерной безопасности во всем мире.

После Фукусимы следует вернуться к рассмотрению целесообразности введения юридически-обязательных международных стандартов безопасности. Очевидно, что они должны быть основаны на международном соглашении или конвенции для стран-участниц. Однако, такие стандарты обычно отвечают минимальному уровню требований, поскольку международные переговоры по юридически-обязательным нормам после сложного и продолжительного процесса имеют тенденцию заканчиваться выработкой "наименьшего общего знаменателя". Они также часто приводят к самоуспокоенности достигнутым уровнем, что противоречит стремлению к совершенству как основного элемента высокой культуры безопасности и качества управления безопасностью. Поэтому мы считаем, что такие обязательные "минимальные требования" должны быть дополнены набором стандартов, представляющих "наилучшую международную практику", которые были продемонстрированы как разумно-достижимые и которые должны периодически пересматриваться независимой группой международно-признанных экспертов по ядерной безопасности.

Мы приходим к выводу, что наиболее эффективный путь к соблюдению таких обязательных международных стандартов обеспечат независимые национальные регулирующие органы, наделенные необходимыми компетенциями и полномочиями. Мы полагаем, что независимые национальные регуляторы с полномочиями принуждения, такими как наложение штрафа и ограничений на эксплуатацию, более эффективны, чем создание международного агентства с эквивалентными полномочиями. Таким образом, мы считаем, что вместо создания международного регулирующего органа следует укреплять действующую систему международных партнерских проверок. Мы также рекомендуем провести анализ сложившихся подходов к проведению международных партнерских проверок с тем, чтобы повысить их эффективность в выявлении недостатков и инициировании принятия эффективных корректирующих мер.

Национальные власти: регулирующие органы, энергокомпании и поставщики ядерного оборудования должны играть свою роль в обеспечении ядерной безопасности в каждой стране. Аварии на Три Майл Айленд, в Чернобыле и на Фукусиме произошли благодаря ошибкам в национальных системах и не могут рассматриваться как внутренне присущие ядерной технологии. Они демонстрируют трудность освоения новой технологии и подчеркивают необходимость извлечения всех возможных уроков из такого дорогостоящего опыта. Они также иллюстрируют необходимость для регуляторов, владельцев и операторов станций смотреть глубже формального соблюдения установленных требований, честно, постоянно, и открыто выявлять предвестники маловероятных обстоятельств, способных поставить под угрозу безопасность их станций. Наравне с владельцами и операторами АЭС, деятельность национальных регулирующих органов должна также быть предметом международных партнерских проверок.

Международные партнерские проверки должны стать обязательными в рамках того же международного соглашения, которое должно ввести юридически обязательные стандарты безопасности. В центре международных партнерских проверок должно быть соблюдение обязательных стандартов, как атомной промышленностью, так и органами регулирования ядерной безопасности во всех странах-участницах такого соглашения. Основные выводы и рекомендации международных проверок, равно как и корректирующие меры, разработанные проверяемыми организациями, должны быть доступны общественности для создания стимулов к внедрению мер повышения безопасности и роста доверия общественности, которое зависит от открытости13. По аналогии, могли бы быть организованы многонациональные независимые группы экспертов для проверки степени следования «лучшей международной практике». Решения о степени придания гласности результатов таких проверок на соответствие «лучшим практикам» следует принять после определения процесса их проведения с должным учетом важности открытости в вопросах ядерной безопасности и эффективности частного консультационного процесса. Следует рассмотреть и другие возможности мотивации обеспечения ядерной безопасности, в том числе по линии страхования ущерба АЭС и гражданской ответственности оператора в случае аварии.

Как было отмечено в нашем первом документе, необходимо разработать требования к новым странам, встающим на путь развития атомной энергетики, и инкорпорировать их в международный режим ядерной безопасности. Такие страны должны продемонстрировать способность поддерживать высокие стандарты ядерной и физической безопасности, а также ядерного нераспространения в течение всего срока действия их ядерно-энергетических программ.

8. Необходимость совершенствования информирования средств информации и общественности о тяжести аварий

Применение Международной шкалы ядерных событий (INES) к аварии на Фукусиме не достигло своей основной цели, а именно, предоставление точной и понятной публичной информации о тяжести аварии. Мы полагаем, что необходимо проанализировать и, возможно, пересмотреть шкалу INES с тем, чтобы общественность могла в будущем получать более качественную информацию о возможных последствиях для здоровья в случае возможного выброса радиоактивности.

Более того, необходимо повышать требования к квалификации персонала, доводящего до общественности информацию о воздействии аварийных выбросов радиации с тем, чтобы население получало корректную и легко-понятную информацию, а также объективные разъяснения соотношения таких опасностей с другими опасностями для здоровья.

Следующие эксперты содействовали подготовке настоящего документа и согласны с его содержанием для публикации:

Адольф Биркхофер

Германия

Почетный профессор Технического университета в Мюнхене; бывший член и председатель ИНСАГ; бывший председатель Комиссии по реакторной безопасности Германии; бывший председатель Комиссии по безопасности ядерных установок АЯЭ ОЭСР

Августин Алонсо

Испания

Почетный профессор Технического университета в Мадриде; бывший член ИНСАГ; бывший директор и комиссионер органа ядерного регулирования Испании; вице председатель Комитета по безопасности ядерных установок АЯЭ ОЭСР

Владимир Асмолов

Российская Федерация

Бывший заместитель министра по атомной энергии Российской Федерации, бывший координационный директор Курчатовского института, действующий член ИНСАГ, первый заместитель генерального директора ОАО "Концерн "Росэнергоатом"; избранный председатель ВАО АЭС

Кун Мо Чунг

Республика Корея

Бывший член ИНСАГ; бывший министр по науке и технике, бывший президент Корейской академии по науке и технике; бывший президент Генеральной конференции МАГАТЭ и вице-председатель Мирового энергетического совета

Сэм Харбисон

Великобритания

Бывший член ИНСАГ и генеральный инспектор Инспектората ядерных установок Великобритании (NII)

Ларс Хегберг

Швеция

Бывший член ИНСАГ и генеральный директор Инспектората по безопасности атомной энергетики Швеции (SKI); бывший председатель Руководящего комитета АЯЭ ОЭСР

Анил Какодкар

Индия

Бывший член ИНСАГ; бывший председатель Комиссии по атомной энергии Индии

Георгий Копчинский

Украина

Бывший руководитель Департамента атомной энергетики и промышленности Совета министров СССР, бывший заместитель председателя Государственного комитета Украины по ядерной и радиационной безопасности

Юкка Лааксонен

Финляндия

Вице-председатель ИНСАГ; генеральный директор Органа регулирования ядерной и радиационной безопасности Финляндии (СТУК); председатель Западно-европейской ассоциации органов регулирования ядерной безопасности (WENRA); бывший председатель Комитета по ядерному регулированию АЯЭ ОЭСР

Роджер Мэтсон

США

Бывший директор по безопасности реакторных систем и руководитель РГ по извлечению уроков из аварии на TMI-2 Комиссии по ядерному регулированию США (NRC), сопредседатель РГ ИНСАГ-3

Виктор Мурогов

Российская Федерация

Профессор Национального исследовательского ядерного университета (НИЯУ МИФИ), директор Российской ассоциации по ядерной науке и образованию; бывший директор Физико-энергетического института (ФЭИ) и заместитель генерального директора МАГАТЭ по ядерной энергии

Николай Пономарев-Степной

Российская Федерация

Член Российской академии наук (РАН), бывший заместитель директора Российского национального центра (РНЦ) «Курчатовский Институт»

Виктор Сидоренко

Российская Федерация

Член-корреспондент РАН; бывший член ИНСАГ; бывший заместитель директора РНЦ "Курчатовский институт"; бывший заместитель председателя Государственного комитета СССР по надзору за безопасным ведением работ в атомной энергетике и заместитель министра Министерства по атомной энергии СССР и России

М.Р.Шринивасан

Индия

Член Комиссии по атомной энергии (КАЭ) Индии; бывший председатель КАЭ Индии, бывший председатель Корпорации атомной энергетики Индии

Николай Штейнберг

Украина

Бывший член Консультативной группы по ядерной энергии при Генеральном директоре МАГАТЭ; бывший главный инженер Чернобыльской АЭС; бывший заместитель председателя Государственного комитета СССР по надзору за безопасным ведением работ в атомной энергетике; бывший председатель Государственного комитета Украины по 14 ядерной и радиационной безопасности и заместитель министра энергетики и топлива Украины

Ашок Тадани

США

Бывший член ИНСАГ; бывший председатель Комитета по безопасности ядерных установок АЯЭ ОЭСР; бывший директор Офиса исследований Комиссии по ядерному регулированию (NRC) США

Юргис Вилемас

Литва

Член Академии наук Литвы, бывший директор Литовского института энерги

Комментарии

8. После выдачи лицензии на эксплуатацию АЭС введение новых требований может рассматриваться как нарушение установленных правил по управлению конфигурацией АЭС и как требование необоснованных изменений (например, проведение мероприятий по модернизации для приведения АЭС в соответствие с изменившимися требованиями).

9. См. Конвенцию по ядерной безопасности, Статья 6. Действующие ядерные установки.

10. См. параграфы 36-37 в Кратком отчете 5-го Обзорного совещания в рамках Конвенции по ядерной безопасности (http://www.iaea.org/Publications/Documents/Conventions/cns-summaryreport0411.pdf)

11. Для стран-членов ЕС это уже юридически-обязывающее требование (Council Directive 2009/71/Euratom of 25 June 2009).

12. "Фундаментальные принципы безопасности", Серия документов МАГАТЭ по основам безопасности, SF-1, 2006. См. также “Базовые принципы безопасности для атомных электростанций” 75-INSAG-3 Rev. 1, INSAG-12, Отчет Международной консультативной группы по ядерной безопасности (ИНСАГ), октябрь 1999 г.

13. Более того, региональные органы такие, как ЕС могут захотеть использовать механизмы юридического принуждения, зафиксированные в их базовых договорах.

Never Again Suggestions Final 053111 Ru

Never Again Suggestions Final 053111

Nuclear Safety.G8

Signed Letter to DG Amano May 31