Бывшие сотрудники Росатома дали показания в суде по делу экс-сенатора Цыбко

23 сентября 2016

Заседание Озерского городского суда по делу экс-сенатора Константина Цыбко, обвиняемого в получении двух взяток, проходило накануне в формате видеоконференции. Представители прокуратуры поочередно допрашивали в онлайне двух свидетелей, находившихся в помещении Басманного суда Москвы. Звук и изображение транслировались через небольшие дисплеи, установленные в судебных залах столицы и закрытого южноуральского городка.

Первым был допрошен Борис Власов, бывший замруководителя управления по работе с территориями госкорпорации Росатом. Сторону обвинения Власов интересовал в качестве участника конкурсной комиссии, рассматривавшей весной 2011 года кандидатуры на должность главы администрации Озерского городского округа. Однако развернутой беседы не получилось: Власов, один из трех представителей Росатома в комиссии, участия в ее работе не принимал по причине одновременного проведения аналогичных выборов в другом ЗАТО – городе Лесной Свердловской области, куда он и направился в день проведения выборов. Свой голос Власов делегировал другому члену комиссии, своему непосредственному руководителю Игорю Конышеву. 

По вопросу подготовки и проведения конкурсных процедур Борис Власов смог вспомнить только то, что руководством госкорпорации было принято решение делегировать властям Челябинской области полномочия по определению кандидатуры будущего сити-менеджера закрытого города. 

После выяснения всех обстоятельств несостоявшегося участия Власова в выборах главы Озерской администрации к допросу московского свидетеля приступила сторона защиты. Адвокат Константин Коваленко первым делом поинтересовался, не помогал ли кто-нибудь Власову «добрым советом» непосредственно перед началом онлайн-допроса. Дело в том, что секретарь Басманного суда в процессе настройки связи обмолвилась, что свидетель пришел не один, а вместе со следователем. «Мы сегодня не общались», – заявил Власов, практически не смутившись. 

Затем защитник Константина Цыбко поинтересовался, известно ли свидетелю о каких-либо фактах участия обвиняемого в процессе выдвижения и обсуждения кандидатуры Евгения Тарасова на должность главы администрации Озерска. 

«Нет, никаких действий Цыбко в отношении продвижения Тарасова не предпринимал. Во всяком случае, мне о них неизвестно»,

– на этот раз более уверенно ответил Власов.

Следующим участником онлайн-допроса стал другой член конкурсной комиссии, непосредственный руководитель Бориса Власова в тот период, начальник управления Росатома по работе с территориями Игорь Конышев. Он пояснил, что работал в госкорпорации на разных руководящих должностях с 2005 г. по 2011 г. К слову, ни Власов, ни Конышев так и не смогли вспомнить фамилию третьего участника, представлявшего Росатом в трехсторонней комиссии при назначении Тарасова. 

Отвечая на вопросы стороны обвинения, Игорь Конышев вспомнил, что до выборов Тарасова уже был знаком с Константином Цыбко:

«Мы пересекались по роду профессиональной деятельности. Я курировал вопросы социально-экологические, сенатор возглавлял Всероссийское Общество охраны природы и экологическое направление в деятельности «Единой России» в тот период»,

– заявил Конышев. 

Прокурор из зала Озерского городского суда поинтересовался у московского свидетеля, что ему известно об уходе с поста главы администрации Озерска Виктора Трофимчука.

Конышев ответил, что предшественник Тарасова уволился по собственному желанию.

 «Он долгое время был одним из руководителей на нашем крупном предприятии, производственном объединении «Маяк», поэтому мы были знакомы. После своего увольнения с должности сити-менеджера Трофимчук как-то вскользь обмолвился: «Не сработался с областью». Больше он ничего на эту тему при мне не говорил, да мы и не виделись с тех пор», –

заключил Конышев.

Поскольку, по версии следствия, Константин Цыбко являлся непосредственным «виновником» как ухода Виктора Трофимчука с должности главы администрации Озерска, так и последующего назначения на эту должность магнитогорца Евгения Тарасова, вопросы стороны обвинения свидетелю касались именно степени участия сенатора в этих процессах. Конышев подтвердил, что узнал о кандидатуре магнитогорского депутата со слов Цыбко.

«Хотя, может быть, первым о Тарасове мне сообщил Олег Грачев (в то время – вице-губернатор Челябинской области – прим. ред.). Столько времени прошло, я уже и не помню, если честно…»,

– прокомментировал Конышев.

Как выяснилось из дальнейших показаний, незадолго до процедуры назначения главы Озерской администрации состоялся и личный контакт Тарасова и Конышева.

«Я был в Челябинске по служебным делам. У меня было мало времени, поэтому Тарасов согласился доставить меня в аэропорт. В дороге мы пообщались, он произвел на меня вполне благоприятное впечатление»,

– заявил бывший руководитель управления Росатома. 

Так же, как и предыдущий свидетель Власов, Конышев сообщил суду, что на выборах главы администрации закрытого города в 2011 году Росатом негласно делегировал полномочия по поиску и утверждению кандидатуры руководству Челябинской области. 

«У госкорпорации на тот момент не было своего человека на эту должность ни на «Маяке», ни в других подразделениях. Поддержка области автоматически гарантировала прохождение Тарасова, поэтому роль Росатома была чисто формальной. Хотя, безусловно, он был для Озерска чужим. По сути, Росатом переложил ответственность за судьбу своего города на плечи руководства Челябинской области»,

– неожиданно заявил Конышев. Такое заявление было бы немыслимым из уст руководителя подразделения госкорпорации, однако, напомним, Игорь Конышев ушел с должности пять лет назад, работает сегодня директором Владимиро-Суздальского заповедника и может себе позволить подобные заявления.