Новости 6 октября 2017

К 2024 году государство может изменить схему поддержки возобновляемых источников энергии

Коммерсантъ Коммерсантъ

К 2024 году государство может изменить схему поддержки возобновляемых источников энергии (ВИЭ), доля которых в производстве энергии страны пока не достигает и 1%. Если сейчас эту генерацию вынуждены поддерживать все потребители за счет повышенных платежей, то в будущем предлагается субсидировать ее из средств Фонда национального благосостояния, Пенсионного фонда и бюджета.

По словам ведущего аналитика ГК TeleTrade Марка Гойхмана, сейчас доля ВИЭ в производстве энергии в России составляет менее 1%, в то время как в странах Европы "зеленая" энергетика занимает 30-40% в отрасли. По мнению эксперта, ВИЭ менее востребованы в России из-за избытка традиционной генерации.

"До 2014 года шло масштабное строительство и ввод мощностей на гидроэлектростанций и теплоэлектростанций, в расчете на рост потребностей в энергии. И оно опередило спрос на энергию, который вырос лишь на 70% от запланированного в 2008 году, из-за кризисных ограничений. Поэтому сейчас избыток традиционных мощностей — примерно 20 тыс. МВт, что составляет около 8,5% от суммарной установленной мощности электростанций ЕЭС России. И данный избыток, по прогнозам, сохранится до 2020 год",— отмечает господин Гойхман.

Гендиректор компании Eaton в России и Казахстане Татьяна Фантаева напоминает, что на Западе освоение альтернативной энергетики началось еще в 1970-х годах.

"Основной причиной этому стала ограниченность природных ресурсов в европейских странах, и требовалось найти пути снижения зависимости от традиционных источников энергии. В то же время в России, богатой залежами углеводородов, такой острой необходимости в развитии ВИЭ никогда не было, и сейчас они могут рассматриваться скорее в качестве дополнения к традиционным источникам энергии",— считает эксперт.

По мнению руководителя управления торговых стратегий Dukascopy Bank SA Даниила Егорова, в развитых странах рост доли ВИЭ обусловлен в первую очередь жестким законодательством в области экологии, но несколько иная ситуация в Китае.

"Концентрация вредных производств в некоторых провинциях (например Гуанджоу) очень высока, и степень загрязнения окружающей среды, которая в десятки и сотни раз превышает экологические нормы, вынуждает производителей вкладываться в очистительные сооружения и по возможности избавляться от экологически вредных источников энергии. В частности, загрязнение Амура, который течет из Китая в Россию, уже стало причиной достаточно крупных международных разбирательств, что и стало поводом к проведению целого ряда реформ в этом отношении",— замечает господин Егоров.

Меры поддержки ВИЭ в Китае, Европе и России имеют в своей основе одну и ту же идею: инвестору, который тратит свой капитал на возведение генерирующего объекта ВИЭ, законодательно гарантируется возврат инвестированного капитала и получение дохода на инвестированный капитал, говорит Петр Вашкевич, главный инженер компании КРОК. При этом механизмы и сроки возврата капитала, по его словам, будут везде отличаться.

"Например, в Финляндии и Норвегии действует система L-сертификатов. Она подразумевает, что электроэнергия, произведенная на генерирующих объектах ВИЭ, сертифицируется определенным образом. На каждый МВт ч произведенной электрической энергии выдается сертификат, который население и организации обязаны покупать по повышенным тарифам. Продажа этих сертификатов обеспечивает возврат капитала и доход, что и определяет инвестиционную привлекательность сектора. В Нидерландах, например, экономический механизм основан на налоговых льготах для предприятий, но преследует все те же цели, принести доход инвестору. В Китае применяются механизмы прямого субсидирования заинтересованных инвесторов и льготное кредитование. В США механизмы отличаются в зависимости от конкретного штата, но преследуют все те же цели — возврат капитала и доход. В России применяется механизм регулируемых тарифов. Владельцы генерирующих объектов на оптовом рынке продают товар — мощность — по тарифу, обеспечивающему возврат инвестиций в течение нескольких лет и последующий доход",— перечисляет эксперт.

Чтобы получить господдержку в отношении генерирующего объекта ВИЭ в России в полном объеме, на нем должно быть установлено генерирующее оборудование российского производства. Доля "российского" в генерирующем объекте для разных видов ВИЭ предусмотрена разная. К примеру, степень локализации оборудования для ветровых электростанций (ВЭС) должна составлять 65% в 2016-2018 годах.

"На сегодняшний момент массовым уровнем объема производства в РФ, необходимым для обеспечения потребностей рынка, могут похвастаться только производители солнечных панелей. При желании же приобрести ветрогенераторы или гидротурбину мощностью выше 40 кВт российского производства у вас возникнут серьезные трудности. Однако динамика позитивная, так как государственная корпорация "Росатом" и ПАО "Фортум" уже находятся на этапе создания производственных мощностей для ветрогенераторов. Следует ожидать, что в следующем году проблемы с приобретением такого оборудования российского производства уже не возникнет",— говорит господин Вашкевич.

Промышленный эксперт Леонид Хазанов замечает, что "Хевел" (совместное предприятие ГК "Ренова" и АО "Роснано") имеет в Чувашии собственный завод по производству солнечных модулей, а интерес к возможностям локализации оборудования для "зеленой" энергетики в России проявляют зарубежные компании. "Датская Vestas Wind Systems намерена менее чем через два года запустить в Ульяновской области завод по выпуску лопастей для ветрогенераторов",— добавляет он.

В будущем схема поддержки "зеленой" энергетики в России может измениться. Так, в июне 2017 года глава ассоциации некоммерческого партнерства "Совет рынка" Максим Быстров в письме к замглавы Минэнерго Вячеславу Кравченко сообщил, что считает нецелесообразным продление существующих мер поддержки возобновляемых источников энергии после 2024 года.

Сейчас оптовый энергорынок стимулирует развитие ВИЭ двумя способами. Во-первых, через договоры на поставку мощности, когда капитальные затраты возвращаются за счет повышенных платежей потребителей. Инвестпроекты ВИЭ отбираются на конкурсах "Совета рынка" по наименьшему уровню капитальных затрат с 2013 года. В частности, уже отобрано 2,45 ГВт ВЭС; 1,65 ГВт солнечных электростанций (СЭС) и 120 МВт малых гидроэлектростанций. Менее распространенный способ поддержки ВИЭ — через закупку их выработки сетевыми компаниями для покрытия потерь.

Господин Быстров считает нецелесообразным продлевать текущую схему поддержки "зеленой" энергетики на базе повышенных платежей потребителей. По его словам, для привлечения в отрасль новых игроков и роста производства оборудования нужно увеличить отбор проектов до 10-15 ГВт, но это приведет к "недопустимому" росту нагрузки на потребителей. По данным "Совета рынка", в 2020 году нагрузка на потребителей составит 82 млрд рублей (4,8% от объема торгов на оптовом энергорынке), а к 2024 году вырастет более чем в два раза — до 174 млрд рублей (9,8% от объема торгов). Средства потребителей, по сути, предложено заменить мерами господдержки.

Идеи "Совета рынка" по реформе поддержки "зеленой" генерации включают как меры по снижению административных барьеров, так и удешевление финансирования ВИЭ-проектов за счет институтов развития, ФНБ или Пенсионного фонда РФ с доходностью на уровне ключевой ставки Центробанка на 15 лет и госгарантиями по кредитам. Предлагается также поддержать экспорт оборудования для ВИЭ за счет госгарантий, субсидирования затрат на транспорт, льготных вывозных пошлин, Параллельно — обнулить ввозную пошлину на оборудование, не производимое в РФ, разрешить продажу выработки "зеленой" микрогенерации (менее 15 МВт), ввести "зеленые" сертификаты.

Замглавы Минэнерго Вячеслав Кравченко согласен, что ВИЭ надо поддерживать не только через энергорынок, когда вся нагрузка полностью ложится на потребителя, но и через налоговое стимулирование, предоставление других преференций. "Если мы сможем предоставить все возможные льготы и преференции, то, возможно, договоры на поставку мощности и не потребуются. А если и потребуются, то с существенно более низкой стоимостью, чтобы снизить нагрузку на потребителей",— комментировал господин Кравченко в интервью "Ъ" перспективу применения механизма договоров на поставку мощности ВИЭ после 2024 года.

По мнению Даниила Егорова из Dukascopy Bank, эта инициатива вполне может изменить текущий ход вещей. "Для того чтобы проекты в области "зеленой" энергии начали конкурировать с нефтегазовыми, необходимы крупные проекты, а также новая нормативно-правовая база, которая поощряла бы использование "зеленой" энергии. К тому же удаленные замкнутые системы производства могли бы значительно удешевить себестоимость продукции за счет ВИЭ". Вместе с тем эксперт считает, что для российской экономики полномасштабный переход на "зеленые" источники энергии невыгоден. В первую очередь потому, что снижение потребления традиционных источников энергии промышленным сектором повлечет за собой рост тарифов. "Если государственная инициатива возымеет эффект в течение двух-трех лет, переход хотя бы 20% промышленности на "зеленые" источники энергии может вызвать рост тарифов на электроэнергию и газ на 10%, и даже на 12% выше инфляции",— полагает эксперт.

Господин Гойхман, напротив, считает, что для изменения ситуации с ВИЭ в России недостаточно стимулирующих мер государства. "Недостаточно, например, специального "зеленого" тарифа на "чистое" производство энергии, который стимулирует его в Европе и плохо работает в России. Нужна стратегическая политика на демонополизацию в энергетике, передачу более значимых полномочий в ней в регионы и муниципалитеты. Но это означало бы кардинальное изменение сложившейся системы и структуры производства и реализации",— говорит эксперт.