16 июля 2009

Корпоративный аспект управления ядерно-технологическими знаниями

Atomic-Energy.ru

Управление знаниями – красивый и современный термин. Как и всякое новое понятие, его стремятся использовать в различных контекстах, и потому реальный его смысл часто оказывается неясным. Глоссарий МАГАТЭ дает следующее определение «управлению заниями» - интегрированный, системный подход к процессу идентификации, приобретения, преобразования, развития, распространения, использования, разделения и сохранения знаний, значимых для достижения специфических целей. Управление знаниями помогает организации достичь более глубокого осмысления и понимания своего собственного опыта. Специфические виды деятельности по управлению знаниями помогают организации более эффективно обретать, хранить и использовать знания. Исходя из этого определения можно и нужно рассмотреть два вопроса. Первый - круг задач, которые существуют перед Государственной корпорацией «Росатом» в области специфической деятельности менеджеров среднего звена - управления ядерно-технологическим знаниями как активным ресурсом. Второй - проблемы, связанные с объективной необходимостью формирования совокупности корпоративных нормативных документов, относимых к типу «стандарты организации», определяющих правила и особенности эффективного вовлечения в производственный оборот результатов интеллектуальной деятельности специфических для предприятий Росатома. Для определенности сузим понятие до двух максимально прагматических направлений этой деятельности: использование ядерно-технологических знаний при целевой подготовке специалистов в ядерной области (формирование интеллектуального потенциала предприятия) и формирование требований к средствам описания и представления фактографических знаний для обеспечения их достоверности при использовании. В том числе инструментария для обеспечения защиты исключительных прав, т.е. для коммерциализации (разработка механизмов поддержки оборота знаний). В этом аспекте принято выделять два фундаментальных класса знаний - неявные и явные. Первые скрыты в головах и профессиональных текстах; вторые представлены в виде специально организованных электронных объектов. К неявным знаниям мы также относим обычные профессиональные тексты (научные статьи, монографии и т.п.), что не является общепринятым, однако мы вынуждены это сделать, поскольку, на наш взгляд, профессиональный текст для своего понимания требует от «потребителя» наличия неявных знаний в объемах больших, чем сам содержит.

Ядерные знания и кадровый потенциал отрасли

Глоссарий МАГАТЭ так определяет интеллектуальный потенциал: «знания, информация, интеллектуальная собственность, опыт, которые можно использовать на практике для создания материальных ценностей или иных активов». Следуя логике вышеприведенного определения, мы в дальнейшем будем считать явными знаниями те, которые могут быть представлены с помощью компьютерных средств, в виде, позволяющем их «непосредственное» использование без привлечения дополнительного контекстного окружения. Например, использование калькулятора для извлечения квадратного корня не предполагает знания того, в какой ряд разложена аппроксимирующая функция, приближающая математическую функцию квадратного корня, и сколько членов этого ряда нужно использовать, чтобы получить необходимую точность.

Анализ отечественных публикаций и реальной практики по тематике управления качеством кадрового потенциала в России показывает, что основная часть передачи профессиональных сведений осуществляется через вербальные коммуникации субъекта, передающего знания, с субъектом эти знания принимающим. На таком подходе построена вся традиционная методология в системах переподготовки специалистов и повышения квалификации. После того, как потребляющий знания субъект в процессе обучения освоит новую терминологию и выражаемые ею понятия, он сможет сам применить эти знания. Научная деятельность как среда, требующая непрерывного накопления сведений при создании профессиональной компетенции, выработала ряд специфических механизмов управления неявными знаниями, традиционно и эффективно решающих задачу вовлечения новых сведений в практику. Выделим несколько из них.

Наставничество - наиболее простая технология, построенная на лозунге «Делай, как я», который наставник предлагает обучаемому. Такая модель, например, реализуется в практике научного эксперимента.

Научная школа - здесь реализуется более сложный лозунг: «Думай, как я». Эта методика позволяет формировать компетенции в сложных слабоформализованных предметных областях, где возможно несколько адекватных моделей предметной области или процесса. И компетенция нужна для отбора самосогласованных моделей или профессиональных приемов. Такая модель реализуется, например, во многих прикладных научных исследованиях, в частности в материаловедении или биологии.

Персональная модель предметной области. В этой методике реализуется лозунг: «Понимай, как я». Компетенция здесь формируется через передачу признаков «точки зрения на факты предметной области». Такая модель используется при формировании коллектива сторонников системы взглядов, например, объединяет приверженцев какого-то типа реакторов (БРЕСТ), или сторонников определенной физической теории (модель двугорбого барьера деления ядер в ядерной физике).

Знания как результат мыследеятельности. Мыследеятельность – относительно новая модель для ядерно-технологической среды, поэтому на ее представлении целесообразно остановиться более подробно. Лозунг: «Твори, как я».

Говоря о механизмах формирования и передачи знаний, их обычно разделяют на процедурные и фактологические. Например, алгоритм умножения двух чисел представляет собой процедурное знание (умножение А на N есть N-кратная сумма А), в то время как таблица умножения – есть фактографическое знание (А*N соответствует В). Этот простой пример показывает, что внешне очень похожие в прагматическом отношении знания могут быть представлены в совершенно разных категориях. В рамках такого подхода, понятие «мыследеятельность» (и сама эта деятельность) может быть отнесена к процедурным технологиям формирования неявных знаний. При этом базовый принцип формирования компетенции ученика заключается в понуждении к самовоспитанию субъекта путем использования специально разработанных средств и организованной деятельности. «Методологию нельзя передавать как знание или набор инструментов от одного человека к другому, а можно лишь выращивать, включая людей в новую для них сферу методологической мыследеятельности и обеспечивая им полную и целостную жизнедеятельность».

Перечисленные модели относятся к традиционным средствам формирований компетенций в интеллектуальной деятельности, они хорошо известны и, строго говоря, не нуждаются в том, чтобы их называли новыми словами, например, такими как «управление знаниями». Традиционная наука существовала, существует и будет существовать без него.

«Управление знаниями», как дисциплина, в узком прагматическом смысле возникла в ответ на потребность специалистов различного профиля иметь под рукой некоторые заранее подготовленные сведения (информацию, данные и т.п.), использование которых возможно без специального «научения» одним из вышеперечисленных способов.

Как отдельная область деятельности, управление знаниями имеет собственное предметное поле (отторгнутые от носителей сведения, собранные в специальном месте: в электронном хранилище, в виде файлов в ноутбуке, но не в виде книги на полке), собственные инструментальные средства (системы метаописаний, рубрикаторов, средства поиска и доступа, средства анализа и т.д.) и специалистов, владеющих этой компетенцией (специалистов по знаниям).

К настоящему времени в этой области деятельности уже сложилась определенная терминология. Отторгнутые сведения принято называть «явными знаниями», а инструментарий, разработанный специально для их использования, – «инструментальными средствами управления знаниями». Эти термины восходят к понятиям, разработанным в 80 - 90 годы прошлого столетия в рамках терминологии «искусственного интеллекта», отличаясь от них прагматичностью и конкретностью, но сегодня они носят гораздо более узкую направленность.

Знания и повышение эффективности существующей деятельности

По-сути, сегодняшнее повышенное внимание к различным формам управления знаниями во многих направлениях интеллектуальной деятельности связано с тем, что высокий темп информационных обменов требует от специалистов использования в максимальной степени готовых стандартизованных «блоков уже накопленной» информации. Кроме того, смена управленческих механизмов с «научного руководства» на «управление по результатам» исключает возможность изучения менеджерами содержательных компонентов этих блоков.

Практика показывает, что эффективное использование явных знаний достигается, прежде всего, их фиксацией в корпоративных стандартах. Как и в любом виде производства, стандартизация позволяет резко сократить затраты труда при однотипных работах, не тратить время на уяснение различий между решениями, предлагаемыми различными изготовителями схожего продукта (в нашем случае - интеллектуального). Совокупность стандартов является одним из существенных ресурсов корпоративной системы управления знаниями.

Потребность в корпоративных стандартах

Содержание корпоративных стандартов, обобщающих результаты интеллектуальной деятельности сотрудников корпорации – основной специфический актив, отличающий корпорации друг от друга на рынке высокотехнологичной продукции. Можно утверждать, что корпоративные стандарты - основной способ перевода неявных знаний персонала в явные активы корпорации. К этой категории знаний, помимо привычного для нас ГОСТа (национального стандарта в современной терминологии закона «О техническом регулировании»), следует отнести менее применяемый «стандарт предприятия» и совсем новые объекты, для которых еще не устоялся термин «оптимизированные методики» (best practice).

В настоящий момент ситуация в российской атомной отрасли характеризуется реальной сменой управленческой парадигмы. Если до середины 90-х годов XX века в качестве основной движущей силы процесса формирования ядерно-технологических знаний являлись исследовательские мотивы, то к настоящему времени они почти нивелированы. Новый менеджмент обнаружил реально сформировавшийся разрыв между интересами переднего фронта ядерной науки и реальными прагматическими потребностями конструкторских и проектных организаций. К тому же отраслевая наука объективно «наработала» так много передовых знаний, что практики не могли реально их осознать и использовать в своей деятельности. В то же время, многие потребности практиков в знаниях в необходимой им прикладной сфере не удовлетворялись потому, что эти знания не являлись «передовыми» с точки зрения исследователей.

Таким образом, сегодня можно констатировать наличие кризисной ситуации в среде управления корпоративными знаниями в Росатоме. Ситуацию усложняют и организационные преобразования, затронувшие статус Росатома, и, следовательно, роль его нормативной базы в сфере применения ядерных знаний в связи с изменением организационно-правовой формы от Агентства к Госкорпорации.

Формирование наборов достоверных данных

Анализ практики использования интеллектуального потенциала корпораций в форме корпоративных стандартов показывает, что к настоящему времени сложились устойчивые формы их представления и, прежде всего, «рекомендуемые данные». Понятие было введено соответствующим ГОСТом и подразумевает под собой специально подготовленные наборы данных различного характера, общей чертой которых является достоверность, которая должна быть подтверждена соответствующими сертификатами или паспортами. Это крайне широкий спектр корпоративного ресурса в области ядерных технологий, начинающийся от адресной базы данных производителей и простирающийся до фактографических баз данных по свойствам веществ и материалов, используемых предприятиями корпорации в режиме коммерческой тайны.

Оптимизированные методические рекомендации и наставления (best practice). По смыслу это корпоративные «know-how», то есть «знать, как делать». Корпоративность здесь является механизмом отчуждения «умения и понимания» конкретного специалиста для блага корпорации с тем, чтобы ввести достижения индивида-сотрудника в актив предприятия.

Специализированные компьютерные коды, поддерживающие корпоративную культуру решения производственных задач. Например, комплексы поддержки корпоративной системы документооборота, средства поддержки жизненного цикла продукции (CALS (ИПИ)-системы), средства дистанционного обучения по различным проблемам производства и т.п.

«Профили компетенции» - совокупность требований к штатной позиции исполнителя в корпорации, т.е. оптимизированный и зафиксированный набор конкретных требований к определенному месту специалиста в системе производства (вплоть до перечня стандартов ISO или ГОСТов). По сути, это расширенный и детализированный раздел «Должен знать» старой должностной инструкции.

Знания как продукт и товар

С экономической точки формирование знаний, представляемых в виде отторгаемых наборов данных, сопровождается цепочкой затрат. Каждый этап жизненного цикла: создание, формирование, верификация, отторжение и сопровождение - стоит денег. Принести доход знания могут только в том случае, если они используются в производственном процессе, причем, чем меньше сил будет затрачивать потребитель в процессе их использования, тем больше будет доход.

Особенностью современного состояния ядерно-технологических знаниний в отрасли является почти полное отсутствие механизмов, обеспечивающих их экономически значимый оборот. В силу традиций широкомасштабное (промышленное) использование знаний осуществляется главным образом через изменение с их помощью компетенции исполнителя. Иными словами, явные знания не используются сами по себе, как товар. Существующий эффект возникает только при введении в оборот какого-либо изделия, при изготовлении которого пользователь реализовал свои неявные знания. При этом передача знаний по жизненному циклу осуществляется практически бесплатно, на основании управленческих решений.

Такая ситуация приводит к тому, что весь экономический эффект ощущается только на конечной фазе жизненного цикла знаний, и потому весь доход возникает у конечного изготовителя вещи. Такое положение дел демотивирует создателя знаний (творца), и в целом снижает эффективность инновационного процесса. В то же время хорошо известны различные формы представления отторгнутых знаний как потенциального продукта:

Обобщенный опыт эксплуатации = Документ
Результаты экспериментов и бенчмарки = Документ
Описание технологий, патенты, компьютерные программы = Специальные тексты
Наборы ядерно-технологических данных = Базы Данных
Компьютерные модели = Программы для ЭВМ
Дистанционные курсы по технологическим вопросам = Программы для ЭВМ, базы данных

Каждый вид или их совместные композиции, безусловно, могут являться товаром при соответствующем оформлении прав и участвовать в обороте каждого этапа жизненного цикла изделия. С первого января 2008 года IV часть Гражданского кодекса Российской Федерации определяет такой товар как «единые технологии», открывая тем самым путь к обороту собственно знаний. В то же время неявные знания товаром являться не могут, поскольку они не существуют в объективной форме (хотя именно их часто называют «know-how»).

Однако, несмотря на общие декларации, механизмы вовлечения знаний в хозяйственный оборот пока еще не вполне отлажены. Причин тому много. В первую очередь - наследие традиционной закрытости в отрасли. В течение многих лет передача знаний осуществлялась в среде и от имени единого собственника - государства (зачастую в режиме государственной тайны). Ситуация настолько глубоко проникла в механизмы передачи знаний, что даже закон «О коммерческой тайне» рассматривается большинством менеджеров госструктур как документ, регулирующий права государства в отношении «ноу-хау» в высокотехнологичной и научно-исследовательской деятельности, и описание некоего более слабого режима, чем привычная секретность. Однако все мы знаем, что государство не является субъектом хозяйственной (коммерческой) деятельности внутри страны. Тогда о чем же закон? Внимательное изучение текста этого документа показывает, что речь в нем идет о сведениях, которые хозяйствующие субъекты не могут считать объектами коммерциализации, т.е. о том, что нельзя объявлять коммерческой тайной. А вот то, что может являться коммерческой тайной, закон разрешает вводить в коммерческий оборот, который, строго говоря, возможен только в том случае, если тайна остается тайной. Если тайна раскрыта, то кто же станет платить деньги за ее использование?

Следовательно, в нашей терминологии, явные знания могут приносить доход сами по себе только в том случае, если они неизвестны на законном основании любому участнику рынка, кроме субъекта, оформившего их как товар.

Некоторым исключением из этого правила является распространение знаний в виде опубликованных научных произведений, охраняемых в режиме авторского права. Но сейчас такие процедуры мы рассматривать не будем, поскольку это хорошо известная и отлаженная практика оборота научно-технических публикаций, и потому она, строго говоря, не должна являться предметом новой дисциплины, которую мы называем «управлением знаниями». Основное отличие здесь – необязательность наличия электронной формы хранения этих знаний как товара. То есть товаром является вещь (публикация), а не знания, поскольку авторское право охраняет не содержание, но форму.

Когда мы говорим об обороте знаний, мы должны отдавать себе отчет в том, что для этого нового для отрасли вида деятельности необходимо существование соответствующей инфраструктуры, к элементам которой необходимо отнести средства описания и идентификации знаний, системы оценивания, систему подтверждения качества, средства рекламы и продвижения и т.п.

Несмотря на кажущуюся громоздкость и необычность перечисленных выше компонентов системы для среды ядерно-технологической корпорации, нам придется ее создавать, поскольку мы уже де-факто отказались от традиционной «административно-средмашевской» системы передачи знаний по подчиненности.

Необходимо помнить, что в России существуют хорошие примеры уже действующих аналогичных систем. Например, система распространения программных продуктов «Softline», в которой существуют развитые средства описания продукта: рубрикаторы, каталоги, стандартизованные рефераты, и т.п.; издается специальный журнал; имеется актуализируемый сайт (рис. 1); разработана система продаж с использованием электронных платежей и т.п.


Рис. 1. Фрагмент страницы сайта softline.ru

Объективные предпосылки к возникновению системы оборота знаний госкорпорации «Росатом»

Создаваемая в настоящее время корпоративная информационно-технологическая среда Росатома в значительной мере отличается от привычной для большинства специалистов прежней, на первый взгляд аналогичной, государственной системы.

В течение многих лет приказы министра Средмаша и, затем Росатома, были достаточной базой для управления любой собственностью, в том числе и результатами НИОКР для всех подведомственных предприятий. В то же время нормативные документы, регулирующие процессы формирования и передачи знаний, принимаемые на правительственном уровне, обязательно согласовывались с аппаратом ведомства. Переход от министерства к агентству, во-первых, обособил его нормативную базу от государственной системы, а во-вторых, в значительной степени прервал цепочку правонаследия ведомственных положений и обязательств от соответствующих обязательств и норм министерства. Агентство РФ по атомной энергии не стало правонаследником министерства «Росатом».

До последнего времени научно-исследовательские организации, подведомственные «Росатому», сохраняли форму государственных унитарных предприятий. В результате чего возникла правовая коллизия, при которой исследовательские институты владели научными результатами на правах хозяйственного ведения, формируя, таким образом, свой хозяйственный оборот. В то же время Агентство не могло управлять этим процессом, поскольку не имело права вмешиваться в хозяйственную деятельность государственного унитарного предприятия. В это же время произошла кардинальная реорганизация системы государственной стандартизации и ее замена системой технического регулирования в связи с введением в 2002 году Закона РФ «О техническом регулировании».

В результате, в 2002 - 2007 годах в отрасли сложилась ситуация, в которой субъекты хозяйственной деятельности, создающие ядерно-технологические знания, оказались вне системы централизованного управления жизненным циклом знаний, а заказчик этих знаний оказался лишен возможности управлять этим циклом для обеспечения их передачи.

Создание госкорпорации «Росатом» должно изменить эту ситуацию. Теперь госкоропорация, являясь равноправным хозяйствующим субъектом и используя обычные хозяйственные механизмы, основанные на Законе «О техническом регулировании» РФ, Части IV Гражданского Кодекса РФ и соответствующего Положения по бухгалтерскому учету (ПБУ 14-2007), должна управлять знаниями, права на которые принадлежат ей на законных основаниях. В этом нормативном поле можно предложить достаточно прозрачную модель управления корпоративными знаниями, основанную на участии госкорпорации как собственника соответствующих нематериальных активов.Эта модель должна быть основана на разделении всей совокупности явных знаний на три категории:

1. Нормативные материалы, носящие общедоступный характер и обязательные для исполнения в среде корпоративного информационного обращения. Их формирование должно осуществляться как реализация функции госкорпорации и финансироваться из собственных средств госкорпорации. В терминах закона «О техническом регулировании» этот раздел корпоративных знаний может быть оформлен как «Стандарт организации».

В состав могут входить как материалы, регулирующие корпоративные процедуры и процессы (например, каталог продукции для отраслевых нужд, рубрикатор научно-технической информации и т.п.), так и эталонные наборы данных, использование которых должно быть обязательным для предприятий, подведомственных корпорации (например, «Таблица свойств воды и пара» или «Толковый словарь ядерных терминов»).

2. Внутренние стандарты госкорпорации, являющиеся обязательными или рекомендуемыми для использования во внутреннем обороте знаний. Доступ к ним может быть ограничен госкорпорацией на основе закона «О коммерческой тайне». Их формирование может происходить на основе координации деятельности подведомственных предприятий и обязано осуществляться на базе хозяйственных договоров с разработчиками. Использование этих материалов в общем случае должно носить коммерческий характер, позволяющий разработчикам компенсировать затраты, а корпорации оптимизировать общесистемные расходы.

В составе могут быть предложения по оптимизированным технологическим процедурам (best practice), рекомендуемые стандартные справочные технологические данные (ССД), технические условия (ТУ) или технические требования (ТТ) к производственным процессам или продукции, фактические требования стандартов качества, профили компетенции специалистов, тарифно-квалификационные справочники и т.п.

3. Научные и технологические знания, представляющие собой результаты интеллектуальной деятельности, на которые существуют явные права интеллектуальной собственности, в которых госкорпорация является совладельцем или владельцем. Оборот этих знаний должен полностью определяться механизмами управления нематериальными активами для хозяйствующих субъектов и приносить его участникам прибыль.

В состав этих знаний должны войти данные о свойствах веществ, полученные в результате исполнения хозяйственных договоров предприятиями, подведомственными госкорпорации как собственнику или заказчику, программные комплексы и базы данных, разработанные по заказам госкорпорации, учебные программы и курсы дистанционного обучения по узким специальностям в области ядерных технологий, единые технологии, возникшие с участием госкорпорации и для ее нужд и т.п.

Очевидно, что информационное обеспечение функционирования этой модели потребует создания соответствующих инструментальных средств:
- корпоративной системы тематической рубрикации;
- совокупности терминологических документов в статусе корпоративных стандартов - глоссариев, тезаурусов и т.п.;
- средств уникальной идентификации содержательной компоненты документа или его фрагментов;
- электронного депозитария и средств поиска и доступа к объектам хранения;
- системы авторизованного документооборота и т.п.

Таким образом, создание реально действующей корпоративной системы управления знаниями потребует формирования корпоративной инфраструктуры и формирования соответствующей культуры управления знаниями. Отсюда можно сделать вывод, что в первую очередь необходимо стандартизовать средства описания и идентификации содержательных компонент документов, создать и зафиксировать их как инструмент определения понятий, входящих в единые технологии, которые должны быть защищены как интеллектуальный актив корпорации. В данном случае речь идет об идентификации знаний, а не изделий, и оказывается, что надежных средств для решения подобных задач пока нет. Разработать их позволяют методы управления знаниями (а не словами).
Очевидно, что в состав создаваемого инструментария должны войти средства, позволяющие четко отграничить один объект знаний – результат интеллектуальной деятельности (например, единую технологию) - от другого. Для этого необходимо определить информативные признаки, характеризующие объект знаний и связанные с его сутью. Для технологической сферы Росатома такими признаками, например, могут быть следующие:

1. «функциональная целостность» - наличие однозначно идентифицируемой организационно-управленческой, производственной или информационной функции, полностью реализуемой в результате применения технологии;

2. «технологическая завершенность» - существование формализованного описания технологии в виде, доступном для экспертизы и реализации (повторения):
- наличие списка однозначно идентифицируемых структурных компонентов технологии либо известных как общедоступные технологии, либо зарегистрированных у законного правообладателя как объекты учета,
- наличие стандартизованного описания каждой структурной компоненты в принятых в Росатоме стандартах, например, описание процедур (ГОСТ Р 50.1.028 2001-IDEF0), описание программных систем (ГОСТ 19.001 ЕСПД), описание конструкторской документации (ГОСТ ЕСКД), описание научно-методических материалов (ГОСТ 1.201 - научный отчет), стандарты ИПИ и т.д.;

3. «реализуемость» - наличие документов (актов), подтверждающих реализованность каждого структурного элемента технологии на этапах, предшествующих моменту учета технологии как охраноспособного результата интеллектуальной деятельности (т.е. необходимо подтверждение того, что объект не является плодом фантазии автора или заявителя):
- наличие акта сдачи в опытную эксплуатацию,
- наличие лицензионных договоров (или договоров об отчуждении прав) по всему списку авторов (физических лиц) каждого структурного охраноспособного компонента единой технологии;

4. «коммерциализуемость» - доказательства неизвестности сущности технологии (механизма реализации функции) иным субъектам, кроме заявителя (в том числе и правообладателю, если это разные лица):
- наличие документов, подтверждающих соблюдение режима коммерческой тайны в отношении каждого охраноспособного структурного компонента как объекта учета,
- наличие документов, подтверждающих отсутствие режима государственной тайны (или иных ограничений) в отношении каждого структурного элемента, составляющего единую технологию.

Кроме этих, чисто процедурных признаков существования объекта интеллектуальной деятельности, необходимо также сформировать признаки, позволяющие однозначно идентифицировать сущности (воплощение знания). Существующие в настоящее время системы идентификации текстовых объектов (например, при реализации авторского права) построены на использовании для этих целей стандартных библиографических признаков. В общем случае их состав определяется ГОСТом 7.1-84 «Библиографическое описание документа. Общие требования и правила составления». Однако для идентификации технологии, защищаемой в режиме коммерческой тайны, такой подход неприемлем в принципе.

Очевидно, сущность «ноу-хау» может быть выражена различными словами в различных документах. В этом случае библиографические описания будут различаться, в то время как собственно объект защиты - технологическая сущность - должен остаться одним и тем же. Такие механизмы могут быть построены на использовании способов узкой тематической рубрикации документов, описывающих технологии в соединении с фиксацией основных терминологических данных, содержащихся в описаниях технологии. В современных информационных средствах тематическая рубрикация осуществляется при помощи стандартных рубрикаторов (введенных нормативно на необходимом уровне). В России это Государственный рубрикатор научно-технической информации (ГРНТИ), который должен быть уточнен на уровне корпоративного стандарта детальными описаниями предметных областей с помощью карт знаний (деревьев знаний), в то время как дополняющие терминологические атрибуты берутся из стандартизованных тематических тезаурусов и толковых словарей. На рис. 2, в качестве примера приведен фрагмент дерева знаний ФЦП ЯРБ, разрабатываемого в настоящее время.


Рис. 2 Фрагмент дерева знаний ФЦП ЯРБ

Отказ от фиксации результатов интеллектуальной деятельности как средство монополизации специальных знаний.

Большинством менеджеров верхнего звена госкорпорации «Росатом» потребность в формализации технологических знаний и доведения их до уровня корпоративного стандарта пока не осознана. Об этом свидетельствует отсутствие концептуальных документов, декларирующих цели и задачи деятельности по формированию технических корпоративных стандартов, отсутствие корпоративной системы каталогизации продукции и финансируемого направления деятельности по разработке концепции управления ядерно-технологическими знаниями, затянувшаяся реорганизация научно-технического совета Государственной корпорации.

На наш взгляд, одной из причин такого положения дел является акцент на управление неявными знаниями (интеллектуальным потенциалом) специалистов в ущерб системе формирования (сохранения) явных знаний. Однако мировая практика показывает, что такая однобокость не может продолжаться долго, поскольку менеджеры часто не способны оценить опасность проявления субъективных предпочтений экспертов в тех случаях, когда необходимо использовать знания, уровень доверия к которым определен формализовано (например, средствами аттестации или сертификации) или когда использование (применение) знаний влечет юридическую ответственность.

Новой спецификой использования интеллектуальных ресурсов (данных, знаний) по отношению к традиционным механизмам, привычным для большинства специалистов «старшего» поколения, является необходимость учета правовых отношений с авторами и юридическими лицами - правообладателями при формировании корпоративных стандартных наборов данных и методик. Из вышесказанного следует осознание необходимости разработки концепции системы управления знаниями как совокупности корпоративных стандартов, на что указывают и регулирующие органы.

Базовые принципы концепции управления ядерно-технологическими знаниями

Систему управления корпоративными ядерно-технологическими знаниями с учетом новых реалий нужно строить над двухуровневым нормативным пулом. В ее основу можно положить следующую модель.

1. Госкорпорация явно, как совладелец (владелец) результатов НИОКР, полученных исследователями в рамках заказа, должна управлять формированием депозитария ядерно-технологических знаний. Из фондов депозитария должен быть сформирован пул аттестованных знаний, обязательных для использования в деятельности подведомственных ей организаций.

2. Иные правообладатели ресурсов знаний могут, оформив должным образом свои права на них, предложить в депозитарий информационные описания этих ресурсов, или сами ресурсы на определенных лицензией условиях. Экспертный аппарат депозитария может рекомендовать эти наборы для преимущественного использования или приобрести их в пул по п. 1.
Процедура использования знаний депозитария должна быть основана на предоставлении соответствующих лицензий от имени правообладателей при информационной поддержке инфраструктуры депозитария.

Исследования, проведенные в 2005 - 2008 годах по инициативе Департамента атомной науки и техники «Росатома» специалистами ФГУП «ЦНИИАТОМИНФОРМ» с использованием методологии секции ИНИС и управления ядерными знаниями МАГАТЭ, позволили сформировать состав гипотетического хранилища (пул явных знаний) как совокупности стандартов организации госкорпорации «Росатом».

Пул явных корпоративных знаний

I. Знания, обязательные для применения в деятельности Госкорпорации.
1. Стандарты документооборота:
- DOC- системы,
- ИПИ-, CAD- системы,
- рубрикаторы, классификаторы и терминологические стандарты,
- ГРНТИ,
- рубрикатор ВАК,
- отраслевой рубрикатор НТИ,
- отраслевой раздел Федерального рубрикатора продукции,
- толковый словарь ядерной терминологии Росатома,
- мультиязычный словарь ядерных терминов ИНИС МАГАТЭ/ETDE,
- тезаурус ИНИС МАГАТЭ/ETDE.

2. Аттестованные экспертами госкорпорации наборы данных о свойствах веществ и материалов:
- наборы данных СССД Росатома,
- наборы общетехнологических данных,
- наборы данных по специальным материалам, используемым в госкорпорации.

3. Аттестованные экспертами госкорпорации компьютерные коды:
- компьютерные коды, разработанные по заказам госкорпорации,
- компьютерные коды внешних разработчиков
II. Знания, рекомендуемые для использования в деятельности госкорпорации:
- национальные и международные стандарты.
III. Данные о свойствах веществ и материалов, не требующие аттестации от имени госкорпорации.
IV. Оптимизированные технологические процедуры (best practice).
V. Слабоформализованные описания процессов.
VI. Каталоги и фонды полнотекстовых электронных библиотек.

Анализ результатов инвентаризации объектов интеллектуальной собственности, проведенный в госкорпорации в 2007 - 2008 годах, показал, что большая часть содержательной информации, предлагаемой для формирования пула, существует в виде баз данных, компьютерных кодов или на твердых копиях и находится в промышленном обороте. Однако, несмотря на действующие системы аттестации данных о свойствах веществ и материалов, программных кодов различного назначения, действующих систем документооборота и средств поддержки жизненного цикла изделий, все они разрозненны и еще нелегитимны как корпоративный стандарт (если учитывать изменения, внесенные в систему стандартизации Законом РФ «О Техническом регулировании»).

Основным общим признаком, не позволяющим говорить о существующей среде как о совокупности корпоративных стандартов, является отсутствие единых средств описания и идентификации в ней объектов знаний и единой современной системы доступа к ним.

Практика создания корпоративных систем знаний в ядерно-технологической области хорошо известна в МАГАТЭ: существует обширная методическая, проводятся тренинги. При поддержке МАГАТЭ ядерный комплекс Казахстана подготовил концепцию управления ядерно-технологическими знаниями, находящуюся в настоящее время на обсуждении в правительственных комитетах, аналогичный проект начинается в Украине.

Коммерциализация знаний

Вступившая в силу с 1 января 2008 года нормативная база управления интеллектуальной собственностью (Часть IV Гражданского кодекса Российской Федерации) позволяет ввести интеллектуальный ресурс организации в коммерческий оборот как нематериальный актив. При этом необходимо учитывать, что являясь по организационно-правовой форме некоммерческой организацией, госкорпорация может использовать доход, полученный от коммерциализации знаний только на уставные цели. Это значит, что прибыль, полученная от продажи лицензий на наборы данных, может быть использована на деятельность, связанную с совершенствованием корпоративной системы управления знаниями. Учитывая специфику ядерно-технологических знаний, можно утверждать, что по большинству тематических направлений организации госкорпорации являются фактически монополистами на внутреннем рынке. Что позволит им устанавливать адекватные цены на рынке. Так, например, обстоит дело с библиотеками ядерных данных, данных о свойствах конструкционных материалов для ядерных реакторов и т.п.

Использование корпоративных стандартов рекомендуемых данных и оптимизированных методических рекомендаций во внутрикорпоративном обороте даст системный эффект экономии затрат и создаст условия для стандартизации качества изделий и НИОКР.

Первым этапом объединения описываемых работ должна стать разработка концепции формирования корпоративных стандартов госкорпорации «Росатом» в области ядерных знаний. Реализация этой концепции позволит создать целостную среду корпоративных стандартов, в других областях ее деятельности.

Стандартизация корпоративной информационной среды в сфере управления интеллектуальным капиталом – один из основных шагов рационализации затрат в высокотехнологичной отрасли. Мы сознательно использовали здесь слово «рационализация», а не напрашивающееся слово «экономия». На определенных этапах этой деятельности фактического сокращения издержек может не происходить, однако, как показывает международный опыт, корпорация выигрывает при стандартизации системно, что особенно важно в сложных экономических условиях.

Формирование внутрифирменной среды управления знаниям в ГК «Росатом» приходится на очень сложный этап развития ядерных технологий. С одной стороны, изыскание ресурсов на создание новой технологии - технологии знаний в условиях развивающегося экономического кризиса - объективно трудная задача. С другой стороны, накопленный предприятиями отрасли в прошлые годы интеллектуальный потенциал позволяет при правильной организации работ создать современный продукт, который за счет стандартизации позволит снизить производственные затраты, а с другой - предложить рынку востребуемый продукт должного качества.

Создание внутрифирменной системы стандартов, фиксирующих интеллектуальный потенциал корпорации, гармонизированных с аналогичным полем МАГАТЭ и ISO, обеспечит нормативную базу для паритетной конкуренции ГК «Росатом» на соответствующих международных рынках, что особенно важно в условиях формирования новых альянсов и коопераций.

Краткий перечень основных задач управления знаниями, которые требуют регламентирования средствами корпоративного стандарта, может выглядеть следующим образом:
- единые технологии,
- технологии ядерных производств,
- технологии оружейного комплекса,
- патентование,
- анализ потребностей отрасли в применении "внешних" патентов (экономическая эффективность),
- реализация «собственных» патентов в ядерных производствах,
- формирование приоритетов для поддержки патентов за рубежом в интересах Росатома,
- базы данных,
- аттестация свойств конструкционных материалов и веществ для ядерной энергетики и промышленности,
- формирование экономических показателей деятельности предприятий негосударственной формы собственности в области ядерной энергетики,
- программное обеспечение,
- требования к кодам моделирования динамики ядерной энергетики,
- обоснование экономической эффективности инновационных проектов,
- согласование этих ресурсов и видов деятельности в рамках корпоративной стандартизации даст возможность реально перевести потенциал в активы.

Только всем производителям интеллектуальных ресурсов в отрасли необходимо осознать, что технологии их использования за последние 10 лет кардинально изменились, и сейчас считать результаты интеллектуальной деятельности «общенародным достоянием» не только расточительно, но и губительно для их творцов.