Эксперты о развитии НИОКР в крупных компаниях с государственным участием

4 февраля 2011

В России 22 государственные корпорации в 2010 году защитили лишь около 1 тысячи патентов, сообщила министр экономического развития РФ Эльвира Набиуллина на заседании комиссии по модернизации и технологическому развитию экономики России, посвященном развитию НИОКР в крупных компаниях с государственным участием, которое состоялось в Арзамасе 31 января. При этом из тысячи патентов, защищенных госкорпорациями в 2010 году, международных патентов всего пять, сообщила Набиуллина. «А потом мы обижаемся, когда обнаруживаем наши разработки у наших конкурентов. Но РЖД, я вижу, нормально патентуется, Росатом тоже», — сказал президент РФ Дмитрий Медведев. В ходе доклада на заседании комиссии генеральный директор Росатома Сергей Кириенко сообщил, что госкорпорация потратит 11 % инновационного бюджета на создание новых технологий в сфере, не связанной непосредственно с атомной отраслью. По словам Кириенко, в среднем Росатом планирует тратить на новые технологии около 4,5% своих средств, Госкорпорация также планирует вложить значительные средства (8,4 млрд рублей) в обновление экспериментальной базы своих научно-исследовательских структур. Кроме того, госкорпорация вместе с Минобрнауки РФ вложит семь миллиардов рублей в развитие образования.

Бато-Жаргал Жамбалнимбуев, заместитель председателя комиссии Совета Федерации по контролю за обеспечением деятельности СФ, член комитета СФ по бюджету, член комиссии СФ по естественным монополиям:

Модернизация нашей экономики невозможна без развития и внедрения инноваций. Они способны сделать нас более конкурентоспособными, отказаться от ориентации только на сырьевой экспорт. На последнем заседании комиссии по модернизации президент четко дал понять, что не до конца удовлетворен тем, как у нас идут дела в области внедрения инноваций. И поэтому опыт тех компаний, которые много времени и сил отдают развитию НИОКР, сегодня особенно ценен. У Росатома в этом смысле есть серьезные преимущества. Прежде всего, это НИЯУ МИФИ, по сути, собственная научная база атомной отрасли. На мой взгляд, это дает хорошую возможность координации научных разработок с потребностями производства.

Из других инновационных проектов Росатома я могу отметить важное для многих отраслей экономики создание суперЭВМ. Это компьютеры, способные производить сложные и объемные вычисления. Такие ЭВМ могут быть востребованы в медицине, геодезии, энергетике и другие наукоемких отраслях промышленности. Готовые машины уже есть, и на них есть спрос.

Не менее важна и ядерная медицина. Производство молибдена-99, которое сейчас развернуто в Димитровграде, позволит нам закрепиться на совершенно новом для нашей страны рынке. Все это, я считаю, хороший пример того, как отрасль, обладающая большим научным потенциалом, смело заходит в те сферы, в которых прежде не присутствовала.
 

Василий Тиматков, руководитель экспертно-аналитического управления по новым энергетическим технологиям Института энергетической стратегии, к.т.н.:

Ситуация с патентами в госкорпорациях в целом соответствует общей картине по России. За последние десять лет количество заявок на патенты, поданных резидентами, в России было значительно ниже, чем в Японии, США, Евросоюзе. По сравнению с Японией мы проигрывали в 12-15 раз, с США – в 7-9 раз, с Евросоюзом – в 3-3,5 раза.

Низкая инновационная активность в России давно является предметом обсуждения в дискуссиях на разных уровнях, и даже стала причиной появления такого спорного понятия как «принуждение к инновациям».

Если говорить о перспективах будущего, то на фоне постепенного исчерпания легкодоступных резервов углеводородов участие Росатома в проектах по термоядерной энергетике является, несомненно, важным и актуальным. Однако практическое применение разрабатываемых сейчас технологий в этой области произойдет еще не скоро.

В области традиционной ядерной энергетики достаточно сложно объективно оценить успехи Росатома в области инноваций в силу значительной закрытости разработок в атомной отрасли.
Дать какую-то общую цифру по объему необходимых инвестиций в инновации для всех госкорпораций невозможно, поскольку у них очень разный бизнес, это совершенно непохожие друг на друга структуры. Здесь проще ориентироваться на мировой уровень для соответствующей отрасли. Скажем, в машиностроении это единицы процентов от оборота, в области телекоммуникаций – 8-15%, у софтверных компаний доходит до 20% и более.

Для такой корпорации как Росатом требуются весьма высококвалифицированные кадры. Чтобы такие кадры создавались российской высшей школой, требуется не только привлечение наиболее талантливых и способных студентов на специальности по атомной энергетике за счет обеспечения специальных стипендий, условий проживания студентов, но и соответствующее техническое оснащение учебных лабораторий. И то, и другое может быть частично обеспечено за счет Росатома. Для создания гарантий эффективности такого расходования средств представляется целесообразным заключение контракта на обучение, по которому студент после получения диплома о высшем образовании обязуется отработать определенный срок в компании, оплачивающей его обучение.

Анатолий Петровский, проректор НИЯУ МИФИ:

На совещании, прошедшем в Арзамасе, госкорпорация Росатом оказалась среди лидеров, с точки зрения понимания и готовности, а также того, что нужно делать в рамках программы инновационного развития (ПИР). В ней большое место занимает взаимодействие с базовым вузом, которым является МИФИ, и с другими вузами, которые готовы взаимодействовать с Росатомом и в части подготовки кадров, и в части совместных работ. Уже в рамках социального развития МИФИ идет наращивание и улучшение материально-технической базы, естественно, идет увеличение НИОКРов, которые Росатом будет заказывать в ядерном университете. Госкорпорация, разумеется, сформулирует, какие специалисты и с какими компетенциями нужны для того, чтобы программа инновационного развития выполнялась, а МИФИ в свою очередь должен построить весь учебный процесс и структурировать все свои кадры, чтобы они были более точно ориентированы на запросы Росатома.

Кроме того, обязательно участие НИЯУ МИФИ в реализации технологических платформ, о которых будут наверняка подробно написано в ПИРе, в становлении процесса коммерциализации, организации работы с интеллектуальной собственностью, развитии всех вспомогательных структур, технопарков и т. д. Это все нужно для того, чтобы продолжать развивать фундаментальные и прикладные исследования. На этой базе можно будет готовить тех специалистов, которые реально нужны сейчас и, тем более, завтра. Если эта программа, как ее планируется написать, получится и будет реализована в полном размере (она задумана в достаточно краткосрочных временных рамках), то это будет хорошая поддержка для развития инновационного направления в работе Росатома.

Как говорилось в понедельник на заседании комиссии, хватит бумаги плодить, давайте выпускать конкурентную продукцию. Ведь инновационная экономика – это действительно работа с интеллектуальной собственностью, это выпуск наукоемкой конкурентной продукции. Есть один индикатор работы – либо продукция есть и вы ее реально реализуете, отвоевывая определенные сегменты на рынке высоких технологий, либо продукции нет, и тогда не надо говорить, что есть инновационная стратегия и продукция.

Насколько я знаю, было некое рейтинговое голосование о готовности перед совещанием в Арзамасе. Так вот, Росатом оказался на первом месте. Это объективный показатель. С другой стороны, у Росатома есть тоже определенные проблемы, касающиеся ядерных неэнергетических технологий. Дело в том, что с ядерными энерготехнологиями все понятно – есть программа модернизации существующих реакторов и программа развития реакторов на быстрых нейтронах, чтобы перейти на замкнутый цикл. В далекой перспективе есть и термоядерные технологии. В эти направления вкладывается практически 90% всех мощностей Росатома. А вот во вторую, неэнергетическую часть, вкладывается 10-11% мощностей, а рынок-то растет именно здесь – в областях ядерной медицины, супер-ЭВМ, досмотровых систем, сверхпроводников. В этих областях надо найти баланс. Вспомните во Франции, где атомный комплекс достаточно мощный, он уже подмял под себя и ветровую энергетику, и солнечную, исходя из того, что внутри него много технологий, которыми можно эти направления закрывать. Например, почему бы Росатому через углеволокно не делать очень легкие ветряки, а через кремний делать кремниевые батареи.

Росатом вкладывает в инновации уже сегодня гораздо больше, чем его основные соперники на рынке. Озвученная Сергеем Кириенко цифра в 11% инновационного бюджета, ориентированная на ядерные неэнергетические технологии, в ближайшие 10-15 лет вырастет до 40% мощностей Росатома. Я думаю, что если это будет достигнуто, то будет замечательно. Ведь ядерная медицина и ранняя диагностика – это самое больное место медицины в целом. Данная тема сегодня является самой актуальной.

Вопрос будет упираться в кадры, потому что очень срочно нужно будет подготовить и переподготовить сотни специалистов. И сегодня мы как раз договорились окончательно об участии НИЯУ МИФИ в написании этой программы инновационного развития – отношения наши окончательно перешли в практическую плоскость. События сейчас будут развиваться очень быстро.
 

Николай Подлевских, начальник аналитического отдела «Церих Кэпитал Менеджмент»:

Наукоемкий бизнес, которым занимается Росатом, предполагает повышенное внимание компании к организации и проведению научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ. Так по факту и происходит. Уровень затрат компании на проведение НИОКР неуклонно растет и достигает на сегодня весьма внушительных размеров в абсолютных цифрах.

Участие Росатома в создании термоядерного реактора "Игнитор" является наиболее интересным и перспективным направлением научных разработок. Участие компании в проекте создания во Франции термоядерного реактора ИТЭР, а также ускорителя ФАИР в Германии должно и идет в тесной связке с государством, ведущими научными учреждениями страны. Аналогично компания делает ставку на тесное взаимодействие с государством в вопросах поддержки образования.

Оценивать НИОКР, направленные на улучшение работы разрабатываемых реакторов, предоставим право специалистам. Но со стороны стороннего наблюдателя можно отметить, что быстрое расширение портфеля иностранных заказов наших атомщиков является не только показателем политических успехов нашей страны. Здесь большая доля хорошей надежной работы наших энергоблоков и периферийного оборудования и всей цепочки от обогащения топлива, строительства энергоблоков, до систем обслуживания и мониторинга. Сохранение и преумножение конкурентных преимуществ должно быть поставлено во главу угла деятельности Росатома.

Как бывшему научному работнику мне нравится идея выделения больших бюджетных сумм для ведения НИОКР. Потраченные деньги смогут задать вектор изменения структуры экономики и только так можно в конце концов преодолеть наше сырьевое проклятие. Однако этого мало, нужно, чтобы экономика воспринимала нововведения. Здесь требуется отстраивать налоговые и иные механизмы, поощряющие предприятия к проведению модернизации. Еще более важной является деятельность по продвижению продукции на международные рынки. Здесь тоже огромные проблемы, и все это должно решаться в комплексе.

Есть только совсем немного направлений, где у нас имеются высокие шансы для завоевания доли мирового рынка. Важнейшим направлением как раз является область мирного использования атомной энергии, в которой у нас очень мощные и перспективные заделы. Для этого направления доля перспективных разработок должна быть существенно выше, чем по всей экономике. Прозвучавшие в докладе Кириенко данные о трехкратном росте затрат на НИОКР дают хорошие ориентиры планов компании.

Для экономики, ставящей задачи выйти на инновационный уровень развития, затраты на инновации должны составлять ощутимые проценты от всей экономики. Особая роль в развитии инноваций должна принадлежать крупным государственным предприятиям. Для них уровень таких расходов может существенно превышать долю расходов на перспективные направления по всей экономике. В этом смысле опережающий рост затрат Росатома представляется оправданным.
Формы поддержки образования для такой компании могут быть самыми разными. Во-первых, это совместное с государством создание профильных учебных заведений. Участие в оснащении образовательных и научных учреждений, надбавки к стипендиям студентов, гранты преподавателям и научным работникам.

Василий Конузин, аналитик ИФК «Алемар»:

Критика со стороны Министра экономического развития обоснована: в зависимости от отрасли вложения в НИОКРы и инжиниринг на Западе составляют от 1 до 30% выручки компаний. БОльшая доля инвестиций в НИОКР характерна для высокотехнологичных производств, которые, впрочем, как правило, существенно уступают крупным "традиционным" промышленным корпорациям в размерах (оборотах).

Несмотря на попытки государства мотивировать промышленность вкладывать средства в новые разработки, на деле инновационные процессы все еще находятся в зачаточном состоянии и Росатом в данном контексте является редким исключением: корпорация не только финансирует НИОКР, но за последние несколько лет втрое увеличила расходы на новые технологии, причем не только по традиционной атомной тематике (АЭС), но также и в смежных областях, например, разработке композиционных материалов.

Проблема с инновациями кроется в сырьевой ориентации экономики: крупные предприятия, задействованные в добыче сырья, экономически не мотивированы вкладывать деньги в новые технологии - они и так получают сверхдоходы от растущей нефти, газа, угля, металлов. Средний и мелкий бизнес испытывает острую нехватку финансирования: даже прорывные решения не находят должной поддержки на уровне государства и государственных корпораций (так как5 зачастую речь идет о небольших проектах, неинтересных госкорпорациям), а банковская система не работает со стартапами.

Наконец, еще одна проблема - это конечный потребитель технологии. Зачастую здесь также речь идет о крупных корпорациях, которые не готовы отказываться от традиционных решений, которые, более того, зачастую лоббируются "устоявшимися" поставщиками (например, металлургами, химиками и т.д.).

Работа Росатома в области инноваций отличается многоплановостью, что, впрочем, объяснимо, учитывая диверсифицированную структуру концерна. Помимо разработок в области атомной энергетики (как новых, так и традиционных), Росатом вкладывает средства в развитие смежных и новых рынков. Здесь речь может идти о разработке наноструктурированных покрытий, о развитии химических производств (в поддержку электроники и солнечной энергетики), о создании композиционных материалов и т.д.

Полагаю, что при масштабе Ростатома текущее соотношение выделяемых на инновации средств в размере 4,8% от общих средств корпорации с точки зрения аналогов можно назвать достаточным. Другое дело, что из-за технологического отставания в ближайшие годы России придется ускоренными темпами наверстывать упущенное. Поэтому госкорпорации, в частности такие успешные как Росатом, могут тратить и больше, создавая научно-технологические заделы на будущее.

Если говорить об образовании, то на первом этапе необходимо создание научно-технических инкубаторов - оборудованных площадок, на которых бы институты и предприятия могли бы создавать и апробировать свои технологии. Другой вариант - в форме грантов на разработку технологий, но здесь развитие будет сдерживать слабая научно-техническая база вузов.
Нынешняя схема в Росатоме, при которой энергетический блок финансирует новые разработки концерна, вполне оправдана: таким образом доходы о станций, построенных на госсредства, реинвестируются в новые технологии.

Думаю, в целом энергоблок логично сохранить в периметре концерна в качестве генератора прибыли. Возможно, относительно открытые блоки (Росэнергоатом или АСЭ) можно будет частично приватизировать, что принесет дополнительные инвестиции.

Дмитрий Баранов, ведущий эксперт УК «Финам Менеджмент»:

В своей инновационной деятельности Росатом не ограничивается только атомной энергетикой, хотя и это направление важно для корпорации. Большое внимание уделяется медицине и биотехнологиям, компьютерным разработкам, в частности созданию суперЭВМ. Именно создание суперЭВМ и другие компьютерные разработки являются одними из самых перспективных среди всех видов инновационной деятельности Росатома. Объясняется это тем, что в атомной отрасли уже существовал серьёзный задел по ним, есть уникальная математическая и технологическая школа в отрасли, а главное - уже есть определённые результаты. Дальнейшая работа в этом сегменте способна не только создать решения для нужд самой атомной отрасли, но и продукт, который можно будет успешно продавать на внутреннем и международном рынке.

Понятно, что главной задачей для Росатома является обеспечение потребителей электроэнергией и теплом, но инновации тоже, безусловно, важны для корпорации, поэтому финансировать их необходимо. Показательно, что Росатом постепенно увеличивает объём средств, выделяемый на эти цели. Начав с 1,88%, в настоящее время он составляет 4,5% от общего бюджета корпорации. Если говорить о том, какой уровень инвестиций можно считать приемлемым, с тем, чтобы он позволял Росатому оставаться среди лидеров в инновационном процессе в стране, то его можно оценить в 10-15% от общего бюджета корпорации на год. Понятно, что такие показатели не могут быть достигнуты сразу, так как сохраняется государственное финансирование Росатома, но в среднесрочной перспективе такие показатели вполне достижимы. А когда сделанные вложения начнут окупаться, то они сами будут фактически воспроизводить себя и финансировать будущие разработки.

Диверсификация деятельности Росатома, постепенное увеличение доли высоких технологий в его бизнесе важны не только для увеличения доходов госкорпорации, а значит и поступлений в бюджет государства, но и для постепенного превращения в мировую высокотехнологичную корпорацию, сфера деятельности которой будет многогранна.

Александр Игнатюк, аналитик брокерской компании «Кит-финанс»:

Инновационное развитие субъектов российской экономики — одна из ключевых целей, определенных политическим руководством РФ. Тем не менее, с нашей точки зрения, правительство ставит для себя довольно трудную задачу, заключающуюся во внедрении в экономическое и научное сообщество совершенно новой идеологии: нельзя до бесконечности эксплуатировать инновации прежних лет, только ускоренное развитие НИОКР сделает российский бизнес конкурентным.

Необходимо отметить, что процесс перестройки инвестиционных потоков крупнейших государственных и частных компаний РФ развивается довольно неравномерно. Многие корпорации до ближайшего времени были даже не способны не только развивать НИОКР, но осуществить минимально необходимые меры по формированию инфраструктурной базы для инновационного развития своих отраслевых направлений. С другой стороны, есть примеры компаний, которые, не дожидаясь постановки вопроса на государственном уровне, проявили собственную инициативу и уже создали так называемый инновационный инкубатор.

Как яркий пример можно рассмотреть инновационную составляющую бизнеса корпорации Росатом. Конечно же, сфера деятельности в области высоких ядерных технологий и привела к ситуации, когда компания самостоятельно была вынуждена активно развивать направление НИОКР. Тем не менее, уже к 2008 г. была окончательно сформирована политика Росатома в области инноваций. Эффективное структурирование инвестиций и тщательный отбор объектов инвестирования привели к тому, что к 2011 г. многие разработки уже введены в эксплуатацию и нашли самое широкое применение. Результативность таких инвестиций привела к тому, что в 2011 г. бюджет НИОКР был расширен в три раза в относительном выражении с 1,88% до 4,5% средств компании (в абсолютных цифрах рост инвестиций выглядит еще более значительно). Многие идеи ученых и инженеров госкорпорации были активно поддержаны зарубежными коллегами, были созданы СП и совместные научные центры, финансирование проектов было расширено за счет привлечения российского и иностранного частного капитала. С точки зрения инвестиционного аналитика, инновационный сектор бизнеса Росатома может быть рассмотрен как один из наиболее успешных венчурных фондов и фондов прямых инвестиций. В данном случае вполне справедливо сравнение с такими компаниями как Siemens (кстати, партнер Росатома), IBM или Microsoft.

Мы считаем, что несколько лет реализации подобной стратегии смогут привести к тому, что сектор инвестиции в НИОКР разрастутся до 20% средств госкорпорации, которые будут приносить сопоставимую (на первоначальном этапе) долю в доходах компании.

Таким образом, конечная сформированная бизнес-модель компании сможет обеспечивать работу Росатома за счет производства энергии и сервиса атомных станций, а технологическая составляющая станет базой для расширенного воспроизводства, развития, ну и, собственно, доходной частью.

Сергей Кондратьев, заведующий сектором экономического департамента Фонда «Институт энергетики и финансов»:

За последние годы российское правительство предприняло ряд важных шагов по стимулированию инвестиций в научный комплекс и росту инновационной активности в производственной сфере. Лидерами по внедрению инноваций в производство должны стать ведущие компании страны, хотя пока что многие корпорации только приступили к разработке планов инновационного развития. В этом плане тем более показателен пример Госкорпорации "Росатом", на сегодня являющейся одним из лидеров по разработке и внедрению инновационных технологий. За несколько лет объем расходов на разработку новых технологий вырос с 1,88% до 4,5% (с учетом расходов по ядерно-оружейному комплексу эта доля будет ещё выше), что соответствует уровню мировых лидеров в атомной промышленности. При этом значительная часть разработок финансируется не только за счет бюджетных средств или средств Росатома, но и за счет средств других партнеров, что показывает коммерческую перспективность разработок. Так, в проект разработки свинцово-висмутового быстрого реактора (пилотная установка мощностью 100 МВт должна быть построена к 2019 г.) "Евросибэнерго" (дочерняя компания холдинга "Базовый элемент") планирует вложить 8 млрд руб.; ряд проектов реализуется с участием международных партнеров. Крайне важно и то, что при выборе направлений инновационного развития ГК "Росатом" не ограничивается энергетикой, но вкладывает значительные средства в развитие медицинских технологий, суперЭВМ и т.д. Так, в конце 2010 г. в НИИАР (Димитровград, Ульяновская область) была изготовлена первая партия молибдена-99, используемого в медицинской диагностике. Только по этому направлению ГК "Росатом" может претендовать на 10-20% мирового рынка.

Часто в качестве одной из характеристик инновационной активности рассматривается количество выданных патентов, авторских свидетельств и т.д. Однако этот показатель не очень хорошо характеризует ситуацию в экономике - как из-за разной коммерческой эффективности патентов (многие изобретения никогда не превратятся не только в промышленные изделия, но и в опытные образцы), так и из-за того, что значительная часть новых разработок проходит как "секрет производства", а не патентуется (т.к. в этом случае необходимо раскрывать слишком много информации, которой могут воспользоваться конкуренты). Последнее особенно характерно для многих стратегических отраслей, включая и атомную. Поэтому относительно небольшое число полученных патентов совсем не обязательно свидетельствует о низкой инновационной активности.

Безусловно, одной из важнейших составляющих успеха является широкое привлечение к научным исследованиям вузовской науки. В этом плане у Росатома есть неоспоримое конкурентное преимущество - собственный образовательный и научно-исследовательский комплекс, к реформированию которого (одной из целей которого было более широкое привлечение студентов к проведению научных исследований, ОКР) Росатом приступил ещё несколько лет назад. Ведущий отраслевой ВУЗ страны - МИФИ - получил статус Национального исследовательского университета, на базе МИФИ был создан и один из первых в стране технопарков. Все это позволяет воспитывать необходимые для отрасли научные кадры, квалификация которых находится на передовых позициях в мире. В свою очередь, имея в качестве базового заказчика Росатом, многие отраслевые научные организации успешно привлекают внешнее финансирование для реализации проектов в смежных областях.