Леонид Большов: «Такая шумиха вокруг якобы «взрыва на АЭС», разумеется, неспроста»

Риск радиационного загрязнения в результате возгорания на первом блоке АЭС «Фламанвиль» отсутствует, говорится в официальном сообщении представителей французской префектуры Манш, где расположена атомная станция. Как подчеркнули в префектуре, «это техническое происшествие, но не ядерная авария».

Как сообщили в компании-операторе атомной станции EdF, инцидент произошел на первом действующем реакторе АЭС «Фламанвиль-1»: «В четверг, 9 февраля, в 9:45 утра, энергоблок №1 был автоматически отключен от сети после того, как в машинном зале, вне зоны атомных реакторов, произошло возгорание в вентиляторе, расположенном под генератором. Возгорание стало причиной шума, который можно было услышать в окрестностях завода. Пожар был потушен сотрудниками станции, и отсутствие огня впоследствии было подтверждено пожарными. В результате инцидента жертв нет. Данное событие никак не повлияло ни на безопасность станции, ни на окружающую среду. Энергоблок №2 продолжает работать в обычном режиме».

Леонид Большов, директор Института проблем безопасного развития атомной энергетики (РАН), академик РАН:

Такая шумиха вокруг якобы «взрыва на АЭС», разумеется, неспроста. Во Франции идет кампания по сокращению производства электроэнергии на АЭС – там его хотят ограничить нынешним уровнем производства, чтобы при введении в эксплуатацию нового блока закрывался старый. Но такая тенденция не нравится в первую очередь самим рабочим, которые не хотят терять рабочие места и протестуют, как например в Фессенхайме (северо-восток Франции в регионе Эльзас). Так что идет обычная политическая борьба между теми, кто борется за зарплату, и теми, кто зарабатывает политические голоса. В этом деле все средства хороши, включая и наглую ложь.

У нас сегодня с утра в ИБРАЭ была делегация Института радиационной защиты и ядерной безопасности Франции, который по закону отвечает за безопасность, поддерживая французского регулятора. В обед как раз пришла информация о «взрыве». Коллеги стали перепроверять и подтвердили, но не взрыв, а возгорание. Это значит, что может загореться мусор, могут взорваться баллоны, в конце концов, могут при тушении пожара надышаться угарным газом люди. Но это может случиться на любом производстве, а не только на АЭС. По тому, как нагнетается паника и просачивается откровенно ложная информация, видно, какими средствами ведется внутренняя политическая борьба с использованием разного рода источников. Например, в Интернете на видео с пожаром видно, что место действия не атомная станция, а какой-то химзавод. Остается только пожелать нашим французским коллегам достойно держать удар и не поддаваться на провокации.

Для тех, кто не хочет поддаваться панике, советую использовать надежные источники информации. Есть объективный показатель наличия радиации в воздухе. Во Франции этот показатель контролируется автоматически, но не компанией-регулятором и не атомщиками, а местными органами. Эта информация в случае необходимости распространяется по телетайпу, как у нас, например, на сайте russianatom.ru. И у нас, и у французов по уровню гамма-фона любой человек может посмотреть и понять, произошло ли что-нибудь на АЭС или это очередная «утка». Когда говорят про взрыв или пожар на АЭС, надо первым делом проверить, где именно это произошло. Если там, где есть радиоактивность, то надо проверять, был ли выброс. Но если речь идет о вентиляции в машинном зале, то там о радиации речи быть не может.

Выбросов радиоактивности на АЭС уже давно не было. Если АЭС и фигурируют в новостях, то как раз с какими-нибудь не связанными с радиацией ЧП. Все понимают, что атомная энергетика – это сложное производство, выводы из аварий, которые были, во всем мире сделаны. Да и опасность АЭС не только в том, что может что-то произойти, но и в том, что для рядовых граждан – это просто непонятная тема, отношение к ней напряженное. Атомщики это учитывают и стараются не давать повода. Обычные промышленные аварии – это результат нарушения охраны труда (пожарной, химической и т.д.). Это актуально для любой страны.