Технологии для ядерной медицины – один из стратегических приоритетов программы развития отрасли. Яркий пример сотрудничества атомщиков и врачей – методика криптоновой терапии, разработанная в Троицке.
Терапия ксенон-кислородными смесями применяется в профилактических, лечебных и реабилитационных целях. Однако существует вероятность передозировки, что невозможно с криптоном, который, как показал совместный проект больницы РАН в Троицке и Института ядерных исследований, ни в чём не уступает собрату по таблице Менделеева, а кое в чём и превосходит. Криптон повышает настроение, улучшает самочувствие и работоспособность. Правда, несмотря на достигнутые результаты и многообещающее будущее, криптоновая терапия пока что внедрена в одной-единственной больнице в Подмосковье.
СОЮЗ ФИЗИКА И МЕДИКА
С Борисом Овчинниковым, ведущим научным сотрудником ИЯИ РАН и одним из разработчиков методики, я встретился в холле больницы в Троицке, где мы ожидали второго героя этой статьи. Меня очень интересовал вопрос, какое отношение доктор физико-математических наук может иметь к медицине.
– С ксеноном я работаю давно, – рассказывает Борис Овчинников, – фактически всю жизнь. Двойной бета-распад, поиск тёмной материи… По сути, я первым начал использовать ксенон в этих целях, а сейчас его применяют во всём мире. Занявшись глубокой очисткой газа, узнал о трудах профессора Николая Бурова, открывшего ксеноновый наркоз для медицины. И я мог принести пользу во внедрении нового метода.
Благодаря Бурову Овчинников познакомился с Александром Перовым, его учеником, который заведует отделением анестезиологии и реаниматологии больницы РАН в Троицке.
Перов, несмотря на плотный график, согласился меня принять. На интервью он пришёл сразу после операции, по его собственному выражению, в полном боевом обмундировании.
– В разработке терапии Борис Овчинников отвечал за техническую и стратегическую часть, – начал Александр Перов, когда мы расположились в ординаторской. Вселял уверенность, что мы делаем всё правильно. Я вносил долю скептицизма и отвечал за практическую сторону. И этот союз дал блестящие результаты.
ОТ КСЕНОНА ДО КРИПТОНА
– Мы заметили, что после ксенонового наркоза у пациентов повышается иммунитет, улучшается регенерация тканей, нормализуется работа центральной нервной системы, проходит стресс, – продолжает Александр Перов. – И догадались, что для получения терапевтического эффекта не обязательны большие дозы ксенона.
Учёные начали заниматься реабилитацией больных ксеноном в донаркозной концентрации: они снижали его содержание в смеси с кислородом, и это не меняло лечебного эффекта. И в какой-то момент Борис Овчинников предложил взять криптон, который безопаснее ксенона.
– Возник вопрос: если для проявления чудесных свойств ксенона достаточно пятипроцентной смеси с воздухом, будет ли так же действовать аналогичная концентрация криптона? Связались с Борисом Павловым из Института медико-биологических проблем, группа которого работала с ксеноном и криптоном, и начали совместные исследования, – рассказывает Александр Перов.
– Но они изучали газ применительно к космической сфере, – уточнил Овчинников. – А мы – для лечения.
– Криптон мы прописывали тем же больным, – продолжил Перов, – на которых показал свои положительные свойства ксенон, и получали похожие результаты. Криптоновый наркоз при нормальном атмосферном давлении невозможен (его нужно искусственно увеличить), значит, риска осложнений практически нет. Необходимо отметить, что содержание радиоактивного криптона-85 в коммерческом Kr примерно в 100 раз меньше допустимого, и его использование при 10–30-минутных лечебных сеансах полностью безопасно.
СПАСТИ ЧЕЛОВЕКА
– Однажды к нам поступил больной с ишемическим инсультом, вызванным отрывом тромба после операции, – вспоминает Александр Перов. – Он мог остаться глубоким инвалидом, но на основе неврологического лечения мы начали проводить криптон-кислородные ингаляции. У пациента была парализована одна сторона, а через месяц он ходил и говорил, рука только чуть-чуть со слабостью была. Вернувшись на работу, он обнаружил, что даже стол его вытащили из кабинета, настолько не верили в выздоровление.
– А как думаете, Ландау удалось бы спасти с помощью вашего метода? – вспомнил я историю ещё одной тяжёлой болезни.
– Скорее всего да, – безапелляционно ответил Борис Овчинников.
– Сложно сказать, – Александр Перов был более сдержан. – Можно, конечно, ворошить историю: а что если… Медицина развивается, появляются новые методики. Кого-то спасают, а кого-то не удаётся.
НОВЫЙ ПРИБОР
Для использования своего метода Александр Перов и Борис Овчинников модифицировали наркозно-дыхательный аппарат «Полинаркон-5», создав на его основе многофункциональный прибор для лечения смесями благородных газов (Xe, Kr, Ar, He) с кислородом. Теперь ингаляции можно проводить не в анестезиологическом блоке, а прямо у постели больного. К тому же, система безопасности устранила риск передозировки: при отключении потока кислорода прекращается подача инертного газа. А благодаря работе по закрытому контуру экономно расходуются ценные газы.
– Когда человек через маску вдыхает смесь газов, ничтожная часть их попадает во внешнее пространство. Мы заметили, что у медицинского персонала, находящегося в комнате во время процедур, наблюдается такая же реакция, как у пациентов. Улучшается цвет кожных покровов, повышается настроение, активность, исчезают симптомы стресса. Сделали спреевый ингалятор с благородными газами, провели клинические испытания на группе условно здоровых добровольцев и получили прекрасные результаты. Устройство может использоваться для нормализации психологического состояния людей, концентрации внимания и роста работоспособности. Например, во время ночного дежурства сотруднику достаточно однократно распылить 3 см3 ксенона или криптона.
– А нельзя «подсесть» на криптон? – осторожно спрашиваю я.
– Ксенон и криптон растворены в атмо-сфере и действуют как анестетики, – улыбнулся Александр Перов. – Иначе мы не могли бы, к примеру, стоять – давление на рецепторы вызывало бы ужасную боль. А муки млекопитающих при родах были бы так сильны, что этот способ размножения просто исчез бы в процессе эволюции. Так благородные газы влияют на эволюцию. Другое дело, когда человек оказывается в экстремальной ситуации, и их природной концентрации не хватает. Вот тогда и может пригодиться ингалятор. Всё должно быть в меру. Криптон не панацея, он лишь помогает подрегулировать системы организма на каком-то этапе болезни.
ИНГАЛЯТОР ДЛЯ АТОМЩИКОВ
Пока криптоновая терапия используется только в одной больнице в Троицке. Разработчики предлагают начать массовое производство ингаляторов для людей, работающих в экстремальных условиях и там, где требуется максимальная концентрация внимания. И спектр таких специальностей весьма широк – от персонала АЭС до спортсменов. Однако внедрение криптона в медицину – дело далёкого будущего. Тем более что изобретатели технологии пока не нашли тех, кто готов помочь в промышленном производстве ингаляторов.
– Даже страны, тратящие значительную часть бюджета на здравоохранение, не всегда могут позволить себе быстрое внедрение новых технологий, – прокомментировал ситуацию Перов. – Пока работают накатанные методы, работает и инерция человеческого мышления.
– Криптоновая терапия только появилась, и мир должен свыкнуться с ней, – высказал своё мнение Овчинников.
К сожалению, мне так и не удалось пройти ингаляцию криптоном. Для этого нужен индивидуальный дыхательный фильтр, а в больнице не было запасного. Хотя настроение от беседы с двумя увлечёнными своим делом людьми и так повысилось. А может, концентрация криптона в воздухе больницы всё же немного выше привычной нам…