Данила Бурмистров - участник СВО, студент МИФИ, спортсмен-самбист, волонтер, сотрудник кафедры физического воспитания МИФИ и организатор собственной команды по страйкболу. Мы беседуем с Данилой о его внеучебной деятельности.
– Данила, сегодня вы уже не только студент но активный участник спортивной жизни нашего университета. С чего все началось?
– Началось спонтанно. Когда я пришёл в МИФИ, я хотел просто учиться, не задумываясь серьёзно о каких-то видах спорта. Но всё случилось так, что меня увидели на кафедре физвоспитания, и все закрутилось-завертелось, сначала я просто занимался самбо, потом медленно перетёк в сборную, и дальше мы начали ездить по соревнованиям. Последнее соревнования, в котором я лично принимал участие – Всероссийские военно-патриотические игры «Росатома» в Волгоградской области, мы там заняли третье место. Дисциплины, которые я там вёл – инженерная подготовка, тактическая медицина и немножечко огневая. Я считаю, что в следующем году, когда мы снова туда поедем, я более активно займусь подготовкой ребят, которые поедут от нашего университета, и мы займем не ниже второго места, а желательно первое.
– А со школьниками вы тоже работаете?
– Со школьниками дела обстоят намного интереснее, а так как у меня есть собственная команда по такому виду спорта, как страйкбол. Кстати, спасибо Михаилу Галустяну за то, что благодаря его усилиям страйкбол в нашей стране стал официальным видом спорта. В рамках данной спортивной дисциплины я больше всего делаю упор на тактическую составляющую. Я ещё застал то время, когда у нас была начальная военная подготовка, у меня в Донецке были крайне хорошие учителя и отцы-воспитатели в Республиканском военном лицее-интернате имени Г.Т. Берегового. Теперь и я провожу занятия по данному направлению, так как считаю, что именно сейчас, в наше время, очень важно уделять детям внимание. Давайте будем откровенны: очень много детей просто сидят в интернете, мало выходят на улицы, и хочется как-то показать им, что интернет — это не главное. Я вырос в основном на улице, у меня были там друзья, у нас и жизнь там была настоящая, а не эти самые телефоны. Поэтому я провожу со школьниками тактические занятия и занятия по тактической медицине. У нас в этом месяце планируется крупный полевой выход на целые сутки с дневной и ночной фазами, где мы отработаем разведывательную и тактическую подготовку, а также марш с засадами и обороной. Чтобы привлечь к этому молодых ребят, я их набираю в команду по страйкболу, и там уже провожу с ними занятия, там мы выезжаем на полигоны, проводим игры.
– Откуда взялись участники команды?
– Это были такие же страйкболисты, кто-то помоложе, кто-то постарше. У меня возрастной диапазон от 16 до 42 лет. То есть состав абсолютно разношёрстный. И у каждого можно чему-то научиться. На самом деле, такой возрастной диапазон очень сложно курировать, потому тут есть и дети, которым требуется что-то объяснять, есть молодёжь очень разнообразная, иногда они могут что-то сказать, а возрастным людям это меньше понравится. Лидеру команды постоянно требуется балансировать, и это очень трудно, потому что у каждого из участников команды своё мировоззрение и разный денежный статус, кто-то работает, кто-то нет, кому-то иногда приходится помогать. Я придерживаюсь позиции, что это коллектив, из которого в будущем сформируется большая разношёрстная семья. Поэтому мы стараемся проводить мероприятия вроде посиделок, выездов в культурные места, просто вместе проводить досуг.
– Много людей в команде?
– Сейчас активных – до восемнадцати человек. Нас, конечно, больше, но я разделяю: некоторые не ездят из-за работы, у некоторых семья и собственные заботы.
– У команды уже есть какие-то достижения на чемпионатах?
– Пока нет, нам всего лишь один год, но это очень хороший вопрос. У нас есть ребята, которые хотят заниматься данным спортом профессионально. Но для этого требуется экипировка и подходящая подготовка. Пока у нас нет таких средств, чтобы идти по данному направлению.
– А где вы проводите тактические занятия?
– Имеется огромное количество полигонов, и внутри Москвы, и в области. Когда проходят какие-то крупные игры, нам приходится выезжать даже за территорию области. Недавно было одно очень интересное мероприятие, тактическая игра, где было разделение на две стороны и три коридора: левый, центральный и правый, и мы должны были пройти по этим коридорам и занять точки. То есть, это была своеобразная реконструкция боевых действий с удержанием позиций. Очень интересно и очень трудно, потому что опять же состав разный, а меня переназначили, и я оказался командиром взвода, было очень трудно за несколько часов подготовиться и грамотно расставить людей, но получилось, и мы победили.
– Ваша подготовка включает и медицинскую часть?
– Да, медицинскую также, потому что я считаю, что это сейчас как нельзя важно. Противник, который воюет против Российской Федерации, использует грязные приёмы – от террористических атак и закладки взрывчатки до использования дронов и штурмовых действий. И чтобы обезопасить себя при возникновении критических ситуаций, приходится импровизировать.
– Какие медицинские навыки вы отрабатываете?
– Первостепенно – это наложение жгута из разных положений. Второе — это бинтование. Применение каких-либо специализированных медицинских препаратов у нас проходят, но из-за того, что они также стоят средств, это проходит крайне редко. Тактическая медицина — это не доврачебная помощь. Если случилось ДТП, то существуют определённые ограничения, что можно делать до прибытия скорой помощи. А в случае тактической медицины ты берёшь на себя ответственность вместо врача, и если что-то с человеком произойдёт, то эту ответственность будешь нести ты. Я считаю, что каждый человек из команды должен уметь делать те вещи, за которые он сможет взять ответственность, если будет к этому готов. У меня была ситуация, связанная с моей двоюродной сестрой, Анной Александровной. Случилось так, что она была в то время в Донецке, и случился артобстрел, и ребёнок получил ранение. Она взяла чужой ремень и наложила жгут, благодаря этому ребёнок остался жив, и конечность удалось спасти, хотя он потерял обильное количество крови. Эта история так на меня подействовала, что я уже тогда знал, что ответственность нужно брать, даже несмотря на то, что ты можешь преступить закон. Определённые действия, которые ты проводишь с раненым вне поля боя – это всегда большой риск, и этот риск ты всегда берёшь на себя.
– В вашей команде есть люди, которые имеют какое-то отношение к МИФИ?
– Есть двое человек – один учится со мной на параллельном направлении и один работает в НЛК. Я активно втягивал в это ребят для того, чтобы они могли получить не только медицинские и тактические навыки, но и реализовать себя.