«Отказ от атомной энергетики был серьезной стратегической ошибкой», — заявил в январе на встрече с представителями бизнеса федеральный канцлер Германии Фридрих Мерц . Он настаивает: нужно строить АЭС взамен выведенных из эксплуатации. Всего три года назад его предшественник Олаф Шольц сравнил атомную энергетику Германии с мертвой лошадью — оживить невозможно. Или возможно? Мы обратились к экспертам.
В 2011 году канцлер Ангела Меркель одобрила национальную доктрину об отказе от атома и ископаемого топлива в пользу возобновляемых источников. Новый политический курс назвали Energiewende («Энергетический поворот»). Решающим аргументом послужила авария на АЭС «Фукусима» в Японии.
В Германии работали 17 АЭС, они производили 23 % потребляемой в стране электроэнергии. Восемь самых старых отключили сразу после Фукусимы. Шесть посовременнее остановили в 2021 году. Доля атома в энергобалансе снизилась до 10 %. Прекратить эксплуатацию трех самых новых АЭС, «Изар‑2», «Неккарвестхайм‑2» и «Эмсланд», планировалось к 2022 году. Но в связи с отказом ФРГ от российского газа они проработали дольше. Реакторы были заглушены в середине апреля 2023 года. «Эра атомной энергии окончена, в Германии она больше использоваться не будет», — провозгласил канцлер Олаф Шольц.
«Мы сделали то, что сейчас нужно исправлять. У нас слишком мало надежных мощностей для производства энергии», — говорит Фридрих Мерц . По его словам, правительство приняло ряд серьезных мер для улучшения ситуации в электроэнергетике: Еврокомиссия одобрила стратегию строительства новейших газовых электростанций, промышленным предприятиям предоставляются субсидии на оплату электроэнергии. Перечень компенсаций за оплату электроэнергии предполагается расширить.
«Итак, ключ — субсидии предприятиям и потенциальным инвесторам новых газовых электростанций, которые наконец одобрила Еврокомиссия, — вычленяет суть научный редактор журнала «Вестник МГИМО Университета» кандидат экономических наук Наталия Меден. — Важно, что речь идет не об отказе от залихватских планов прежней коалиции и не о разумной корректировке национальной водородной стратегии. Проблему нехватки генерирующих мощностей правительство намерено решать, не покушаясь на заявленные ранее принципиальные установки. Это, напомню, отказ от ядерной энергетики и запрет на использование угля после 2038 года в пользу наращивания мощностей ветровой и солнечной энергетики. Обратим внимание и на то, что Германия импортирует электроэнергию из стран с высокой долей АЭС в производстве электроэнергии. Так что немецкий отказ от атомной энергетики сильно отдает фарисейством».
По данным Наталии Меден, в 2025 году Германия закупила в Чехии 2,65 млрд кВт·ч, в Бельгии — 6,21 млрд, во Франции — 13,69 млрд. Чистый импорт электроэнергии за год составил 21,9 млрд кВт·ч. Примечательно, что в чистого импортера электроэнергии Германия превратилась именно тогда, когда остановила последние АЭС, — в 2023 году.
«Реальных планов возродить атомную энергетику правительство ФРГ пока не озвучивает. Впрочем, это не значит, что опция закрыта. Важно то, что Берлин больше не пытается блокировать проядерный курс Брюсселя», — подчеркивает Наталия Меден.
Речь о споре вокруг европейской таксономии. В марте 2022 года Еврокомиссия включила атомную энергетику в каталог экологически устойчивых видов экономической деятельности. В октябре того же года Австрия (отказалась от атома еще в 1978 году), оспаривая правомочность решения Еврокомиссии, обратилась в суд Евросоюза. 10 сентября 2025 года суд жалобу отклонил. Официально немцы австрийцев не поддержали, но на министерском уровне продолжали настаивать на опасности возрождения атомной энергетики. «С точки зрения федерального правительства, атомная энергия не является устойчивой», — говорилось в заявлении Федерального министерства экономики и энергетики от 21 января 2022 года.
«Изменение позиции ФРГ после прихода новой правящей коалиции (весной 2025 года. — «СР») не высказано с высоких трибун, но оно прослеживается на уровне контактов с французскими партнерами, — замечает Наталия Меден. — По сообщениям СМИ, в мае 2025 года на двусторонней встрече представители немецкого правительства подтвердили, что не будут блокировать французскую трактовку ядерной энергетики и согласятся признать зеленым водород, полученный с использованием атомной энергии. Более того, на встрече министров энергетики и окружающей среды G7 в Торонто в октябре 2025 года глава Международного агентства по атомной энергии Рафаэль Гросси, сославшись на министра экономики и энергетики ФРГ Катерину Райхе, сказал, что «вопрос [использования ядерной энергии] серьезно рассматривается». Райхе подчеркивала, что Германия не идет по пути Франции и Швеции, где официально изучается возможность строительства малых модульных реакторов, но неоднократно высказывалась за продвижение новых технологий, что можно трактовать и применительно к энергии атома» .
Уровень неприятия ядерной энергетики заметно снизился. По результатам опроса портала Verivox в апреле 2025 года, 55 % жителей Германии выступают за возрождение атомной энергетики, 36 % — против. В 2005 году в Германии только 28 % респондентов считали ядерную энергетику безопасной, 25 % выступали за закрытие всех АЭС, 34 % были против строительства новых, но поддерживали использование действующих (данные из доклада Международного агентства по атомной энергии).
В отличие от японских АЭС, которые после Фукусимы были законсервированы с прицелом на перезапуск, в Германии все останавливали окончательно. Сейчас станции или демонтированы, или в процессе демонтажа .
«Главы энергокомпаний единодушны в том, что вывод из эксплуатации прошел точку невозврата. И само решение признается ошибочным, — говорит Наталия Меден. — Так, пресс-секретарь концерна EnBW, одного из крупнейших производителей электроэнергии в Германии, Лутц Шильдман еще год назад заявлял: «Вывод из эксплуатации наших пяти АЭС практически необратим. Вопрос использования ядерной энергетики для нас закрыт» .
Возможно, возрождение атомной энергетики в Германии пойдет особым путем. В начале года фракция христиан-социалистов в баварском ландтаге (законодательный орган федеральной земли) проголосовала за разработку проекта строительства термоядерного реактора Alpha в Институте физики плазмы Общества Макса Планка в Гархинге . Там проводились эксперименты с прототипом стелларатора Wendelstein 7-X, разработки стартапа Proxima Fusion. В проект вовлечен RWE, этот концерн неуклонно укрепляет доминирующее положение на немецком энергетическом рынке.
Согласно заявлению RWE, финансирование проекта термоядерной станции предоставляет федеральное правительство — вероятно, в дополнение к финансированию по линии Евросоюза . В ближайшее время RWE и Proxima Fusion должны подписать с баварским правительством соглашение относительно конкретных условий пилотного проекта.
Весной 2023 года ученые Института физики плазмы Общества Макса Планка заявили о прорывном достижении: они смогли значительно уменьшить расстояние между горячей плазмой и стенкой реактора. Исследования проводились на токамаке ASDEX Upgrade, на котором отрабатывают технологии для Международного экспериментального термоядерного реактора ИТЭР.
Планы относительно собственного термояда имеются также в федеральной земле Гессен: прототип реактора на месте АЭС «Библис» хотят пустить в 2035 году. Проектом занимается Focused Energy, научное руководство работами ведет Технический университет Дармштадта. Компания продвигает инерциальный термоядерный синтез. В гессенском отделении Ассоциации охраны окружающей среды и природы (BUND) считают строительство термоядерных станций «нереалистичной, дорогой и лучезарной мечтой».
Канцлер Германии Ангела Меркель, май 2011 года:
«Мы считаем, что наша страна может стать новатором в переходе к возобновляемым источникам энергии нового поколения. Мы можем стать первой крупной развитой страной, которая достигнет перехода к возобновляемым источникам энергии со всеми его преимуществами: экспортом, разработками, технологиями, рабочими местами».
Канцлер Германии Фридрих Мерц, январь 2026 года:
«Нужно было хотя бы оставить в сети последние АЭС три года назад, чтобы иметь по крайней мере те мощности производства электроэнергии, которые у нас были. Я не знаю ни одной другой страны, которая усложнила бы энергопереход так сильно и сделала это так дорого, как Германия»
