Выдающийся советский учёный, один из основоположников ядерной энергетики, президент Академии наук СССР Анатолий Петрович Александров родился 110 лет назад – 13 февраля (31 января) 1903 года и прожил без малого 91 год: скончался он 3 февраля 1994 года.
Его жизнь охватывает огромные пространства отечественной истории ХХ века.
Он был третьим ребёнком в семье надворного советника Петра Павловича и Эллы Эдуардовны Александровых. Надворный советник – чин дворянский. Пётр Павлович исполнял должность мирового судьи в маленьком городке Тараща, удалённом от губернского Киева на 120 вёрст, где и родился будущий учёный. Корни по отцовской линии – в Саратове, дед занимался торговлей зерном. Мать по происхождению наполовину шведка. Крёстным Анатолия был её брат, Роберт Эдуардович Классон, в будущем крупный инженер-энергетик, проектировщик первых отечественных электростанций, соавтор плана ГОЭЛРО. В три года Анатолий осиротел – умерла мама. Отец остался с тремя детьми на руках. Тогда же его перевели мировым судьёй в Киев. Детей воспитывала бабушка Анна Карловна, немка по происхождению. В доме говорили на трех языках: русском, немецком и украинском.
Анатолию было лет 7, когда он «создал» своё первое оружие и провёл его испытание. Это была праща. Разразился ужасный скандал, камень пробил окно в соседнем доме, где собрались гости по случаю именин генерала, хозяина дома. Камень угодил в тарелку.
В 1919 году, в разгар Гражданской войны, Анатолий Петрович окончил Киевское реальное училище. Вероятно, это был последний выпуск. Аттестат давал право на поступление в университет на физико-математический или медицинский факультет.
«Отец советской физики» академик Абрам Фёдорович Иоффе (1880–1960) заприметил А. Александрова на съезде физиков в Одессе в 1933 году и пригласил работать в Ленинградский физико-технический институт. В ЛФТИ в ту пору были собраны учёные, которые выведут советскую науку на первые позиции в мире: Н.Н. Семёнов, И.В. Курчатов, А.П. Александров, П.Л. Капица, Б.П. Константинов…
Лаборатория Александрова с 1938 года занималась проблемой защиты кораблей от магнитных мин. К слову сказать, на этот вид оружия Гитлер одно время возлагал особые надежды как на «абсолютное оружие», полагая, что от магнитных мин нет защиты. В начале войны в лаборатории Александрова работал Игорь Курчатов, они дружили, Курчатов его всю жизнь называл Анатолиус. В августе 1941 года А. П. Александров и И.В. Курчатов прилетели в Севастополь для организации работ по оборудованию кораблей Черноморского флота «системой ЛФТИ». На месте был изучен и освоен английский опыт. Курчатов остался в Севастополе, Александров занимался защитой кораблей на других флотах, в том числе на Волге… Защита от магнитных мин была стопроцентной.
В Севастополе в бухте Голландия есть стела – силуэт корабля между полюсами магнита; надпись гласит: «Здесь в 1941 году в сражающемся Севастополе группой ученых под руководством А.П. Александрова и И.В. Курчатова были проведены первые в стране успешные опыты размагничивания кораблей Черноморского флота». Постановлением Совнаркома от 10 апреля 1942 года за создание эффективных методов размагничивания кораблей и практическое их осуществление А.П. Александрову, И.В. Курчатову и еще шести участникам работ была присуждена Сталинская премия первой степени. А. П. Александров был награждён двумя боевыми медалями – «За оборону Севастополя» и «За оборону Сталинграда».
Память о том научно-прикладном труде жива в ЛФТИ им. Иоффе и ныне: в 2011 году напротив входа в большой актовый зал института открыта мемориальная доска в память о работах Физтеха по разработке и внедрению системы размагничивания военных кораблей под руководством А.П. Александрова.
С 1943 года А. Александров в «Атомном проекте».
Атомный щит
В 1952 году советское правительство издало постановление о начале работ по созданию атомной подводной лодки. Научным руководителем по проектированию атомной энергетической установки (АЭУ) и самой атомной подлодки был назначен академик А.П.Александров – директор Института атомной энергетики Академии наук СССР.
Он вспоминал в личной беседе: «…но американцы имели громадное преимущество, что у них были базы вокруг нас, а наши самолеты их практически не могли достигнуть в большом количестве. Хотя их построили. Туполевские тогда были машины ТУ-12, ТУ-16. Это были дальние бомбардировщики, очень мощные. Все это было прекрасно. Но из них могли достигнуть Америки еле-еле там пять процентов. Так что Америка была практически неуязвима. Хотя мы имели средства тогда уничтожить все европейские страны сразу. Было ясно, что мы можем уничтожить все их базы вокруг нас. Но они были неуязвимы».
Указом Президиума Верховного Совета от 4 января 1954 года (с грифом «Не подлежит опубликованию») за исключительные заслуги перед государством при выполнении специального задания Александрову Анатолию Петровичу присвоено звание Героя Социалистического Труда. Это была первая из трёх его звёзд.
На том проекте они сошлись с С.П. Королёвым.
Александров: «Я помню это было вероятно в 55… И мы думали о том, какое вооружение ей (атомной субмарине) придать. И вот одна из идей была сделать громадную торпеду термоядерную. И одна из идей была – а не придать ли этой лодке ракетное вооружение (такое прежде никому не приходило в голову, а торпеда – это традиционно. – Авт.). И тогда я познакомился с Королевым. И мы ему показывали чертежи нашей лодки и показали ему какую торпеду мы туда собираемся сунуть, и была речь о том, что а нельзя ли, чтобы она выскочила как-нибудь там из воды и полетела бы... а подумать насчет того, чтобы она могла поражать какие-то военные объекты, центры. Разговор с Королевым был очень интересный. И мы разговаривали о том, а нельзя ли лодку поставить вертикально, когда она будет выпускать эту ракету. В общем все было на довольно детском уровне и с его стороны, и с моей стороны. Но мы это все обсуждали…»
Вопрос ядерной войны стоял в повестке дня США.
Созданием атомного подводного флота был достигнут стратегический паритет.
Но главный аргумент для мира был всё-таки первый космический спутник (4 октября 1957).
Александров в 1987-м: «…когда стали сообщать, что сейчас он летит над Парижем, сейчас летит над Лондоном, сейчас летит над Нью-Йорком, сейчас летит над Вашингтоном… Тогда это непрерывно передавали, как он летит, и он посвистывал еще оттуда – вот тогда все поняли, что положение коренным образом изменилось. Что нет такого места, которое было бы неуязвимо. И как раз вот в сочетании с этими мощнейшими термоядерными бомбами… А тогда уже знал весь мир, что нами были испытаны бомбы мощностью в десятки мегатонн. И вот собственно это и послужило тому, что мы 32 года прожили без войны. Это был решающий козырь, который тогда остановил вот это балансирование на грани войны и показал, что лучше искать какой-то альтернативы…»
Катастрофа
Запад нашёл альтернативу: холодная война, Третья мировая, перешла в стадию жёсткой идеологической операции, собственно оккупации. Идеология была вне компетенции физиков. Политики к этому не были готовы.
Чернобыльская катастрофа 26 апреля 1986 стала для Александрова личной трагедией: «Когда катастрофа произошла и я узнал, что там натворили, чуть на тот свет не отправился… Двенадцать раз эксперимент нарушал действующую инструкцию по эксплуатации АЭС! Одиннадцать часов АЭС работала с отключенной САОР! Можно сказать, что изъяны существуют в самой конструкции реактора. Однако причина аварии все-таки – непродуманный эксперимент… Реакторы такого типа стоят и на Ленинградской, и на Курской АЭС – всего пятнадцать штук… Повторяю, недостатки у реактора есть. Он создавался академиком Доллежалем давно, с учетом знаний того времени. Сейчас эти недостатки уменьшены, компенсированы. Дело не в конструкции. Вы ведёте машину, поворачиваете руль не в ту сторону – авария! Мотор виноват? Или конструктор машины? Каждый ответит: "Виноват неквалифицированный водитель"».
Чудовищная авария на стыке Украины, Российской Федерации и Белоруссии позже стала восприниматься как сигнальный взрыв для расчленения побеждённого в Третьей мировой государства. После Чернобыля был каскад других невероятных аварий: нелепое столкновение с сухогрузом и гибель «Нахимова», взрыв в ложбине от скопившегося газа из разрыва газопровода двух пассажирских поездов, шедших навстречу друг другу…
Многие говорили о неслучайности. Кто-то явно видел и злой умысел, если не диверсию - «руль в автомобиле отпустить, рано или поздно врежешься». К этой мысли близок был и А.П. Александров. Он видел опасность и в суетливом призыве Б.Н. Ельцына брать всем суверенитета столько, сколько переварят.
А.П. Александров стоял за сильное государство. Он сделал всё что мог…