Завершение строительства и ввод в эксплуатацию первой иранской атомной станции "Бушер" позволили сохранить режим нераспространения ядерного оружия, заявил в понедельник на пресс-конференции генеральный директор Центра изучения современного Ирана Раджаб Сафаров.
В субботу, 21 августа, начался процесс физического пуска (загрузка топлива в реактор) энергоблока Бушерской АЭС, спустя 36 лет после начала строительства. Физический пуск означает окончание испытаний всех систем ядерного энергоблока станции. Следующим этапом работы АЭС "Бушер" станет подготовка к энергетическому пуску - началу выработки электроэнергии.
"Россия и Иран завершили этот проект, последовательно и неуклонно дошли до этого дня. Это практически означает, что они спасли режим нераспространения. Огромный вклад в сохранение режима нераспространения принадлежит именно России и Ирану, которые путем строительства такого важнейшего геостратегического объекта повысили авторитет этого режима... сейчас Бушерская АЭС находится под контролем МАГАТЭ, и все, что там делается, происходит под наблюдением инспекторов МАГАТЭ, которые безвылазно находятся на территории Ирана. Это говорит о том, что мировое сообщество нуждается в этом режиме", - сказал Сафаров.
В основе этого режима лежит Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) - международное соглашение по контролю над распространением ядерного оружия и связанных технологий, призванное обеспечить международный контроль за выполнением государствами обязательств по договору. Он закрепляет неотъемлемое право всех государств-участников на исследования, производство и использование ядерной энергии в мирных целях. Договор вступил в силу 5 марта 1970 года. В настоящее время участниками ДНЯО являются все страны ООН, кроме Израиля, Индии, КНДР и Пакистана.
По мнению эксперта, Россия смогла завершить строительство станции, несмотря на политическое давление западных стран, что позволило Москве вернуть статус "супер-игрока на глобальном энергетическом рынке".
"По своему масштабу и значимости это действительно уникальный проект. Бушерская АЭС является ядром всего ядерного комплекса Ирана. С завершением этой станции Россия вернула себе утраченные позиции, доказала всему миру, что обладает необходимыми ресурсами и технологическим потенциалом, присущим супер-игроку на глобальном энергетическом рынке. Несмотря на чудовищное давление со стороны США, стран Европейского союза и всего мирового сообщества на Россию по блокированию, замораживанию этого проекта... РФ отстояла и закончила этот проект", - сказал Сафаров.
В свою очередь, директор Центра энергетики и безопасности Антон Хлопков полагает, что проект строительства АЭС "Бушер" во многом помог российской атомной энергетике.
"Возможно, я не соглашусь с категоричностью того, что "Бушерский контракт" спас российскую атомную энергетику. Но то, что он значительно помог ее сохранить, и в первую очередь, часть предприятий и специалистов, которые занимаются именно строительством новых блоков, то безусловно это так. В некотором роде Иран через "Бушерский проект" кредитовал российскую атомную энергетику, и сегодня Россия возвращает эти "кредиты", - сказал Хлопков.
АЭС "Бушер" еще в 1974 году начал строить немецкий концерн Kraftwerk Union, но в 1980 году он разорвал контракт из-за присоединения западногерманского правительства к американскому эмбарго на поставки оборудования в Иран. С 1990-х годов строительство электростанции вели российские специалисты. Для управления АЭС Россия и Иран создали совместное предприятие. Через два-три года станция почти полностью перейдет под управление Ирана, а пока она будет оставаться под российским контролем.
По мнению иранской стороны, пуск АЭС стал символом решимости иранской нации в достижении своих целей. Однако политический аспект запуска первой иранской АЭС остается в центре внимания ряда западных политиков. Они высказывают опасения, что Иран может использовать АЭС в Бушере для получения собственного ядерного оружия. Между тем российский МИД заявил, что такая возможность полностью исключается. Как заявляют российские дипломаты, проект АЭС "Бушер" показывает, что Иран мог бы выиграть от сотрудничества с международным сообществом, если подтвердит мирный характер своей ядерной программы.