Вторую атомную субмарину подняли в бухте Разбойник

10 декабря 2012

Тихо и скромно, без особого праздничного шума и сопровождения в прессе, в конце ноября еще один трехотсечный блок утилизированной АПЛ был поднят на берег для установки на длительное контролируемое хранение в бухте Разбойник. 

Эта уникальная операция – еще один шаг в сторону освобождения Дальневосточного региона от печального наследия эпохи опасных соревнований.

«Гонка вооружений» — давно позабытое словосочетание, газетный штамп, наполненный смутно угрожающим смыслом, на Дальнем Востоке материализуется в нечто весьма конкретное. То, что когда-то составляло боевую мощь самого крупного российского Тихоокеанского  флота – атомные подводные лодки — в Приморье нашли свое последнее прибежище. Субмарины, выведенные из эксплуатации, словно поломанные и уже ненужные игрушки, долгие годы покорно ожидали здесь окончательного решения своей судьбы.

За время существования советского атомного подводного флота (с 1958 года), в СССР было построено 250 АПЛ, большая часть которых выработала свой ресурс к 90-м годам прошлого века.  Однако, политические, социальные, экономические перипетии того времени, не способствовали созданию благоприятных условий для решения утилизационных вопросов. Отсутствовала  необходимая инфраструктура, техническая база, технология утилизации и конечно, в первую очередь, необходимые для этого средства. Однако, опираясь на международную  финансовую помощь, к 2002 году Россия все-таки  утилизировала 71 подводную лодку и имела за плечами несколько реализованных проектов по созданию инфраструктуры для утилизации АПЛ. Были построены береговые комплексы для выгрузки отработанного ядерного топлива из АПЛ, площадки для хранения ОЯТ, изготовлены контейнеры и вагоны для перевозки ОЯТ, модернизирована установка для переработки ЖРО Атомфлота.

В 2002 году происходит событие, важность которого трудно переоценить: на международном саммите в Канаде, лидеры стран «Большой восьмерки»  учреждают программу «Глобальное партнерство против распространения оружия и материалов массового уничтожения (ОМУ)».  На выполнение программы отводится десять лет, основные проекты планируется реализовать в России, а утилизация атомных подводных лодок становится приоритетным направлением.  Предлагается финансовая формула «10+10 на 10»: 10 млрд. долларов должны выделить США, 10 млрд. долларов другие страны «восьмерки». Российский вклад в программу изначально оценивается в 2 миллиарда долларов, однако к 2012 году участие в «Глобальном партнерстве» российской стороны составило порядка 6 млрд. долларов. За время реализации программы, к первым 8 странам присоединяется еще 16, а в 2011 году, оценивая высокую эффективность программы, на саммите «восьмерки» во Франции было принято решение о продлении срока еще на 10 лет.

Программы «Глобального партнерства»  по утилизации атомных подводных лодок реализуются как на Северо-Западе России, так и на Дальнем Востоке.  На Севере – это работы в хранилище ОЯТ губы Андреева, реабилитация бывшей военной базы в Гремихе, пункт долговременного хранения в Сайда губе. Несколько уникальных проектов было реализовано за это время и на Дальнем Востоке, в бухте Разбойник. В первую очередь,  это  пункт изоляции аварийных подводных лодок, создание которого закончилось в ноябре прошлого года.

Печальная история атомной подводной лодки проекта «Ерш» К -314 началась в 1984 году, когда во время американо-корейских учений  Tim Spirit-84 ее протаранил американский авианосец CV-63 Kitty Hawk. У К-314 был поврежден лёгкий корпус, ограждение выдвижных устройств, правый стабилизатор и правый гребной винт. Она потеряла ход, всплыла на поверхность, и далее была отбуксирована в док для аварийно-восстановительного ремонта. В 1985 году, во время перехода на другую техническую базу, произошла серьезная авария парогенератора, повлекшая утечку радиации. АПЛ была поставлена на отстой в ожидании утилизации еще в 1989 году. 

Другая известная аварийная АПЛ – К-431. В том же 1985 году, во время плановой операции по перезарядке активной зоны реактора, из-за нарушения технологии процесса произошел взрыв. Погибли люди, а значительную дозу радиации выбросило в окружающую среду.

Обе атомные подлодки стали неразрешимой проблемой для тихоокеанского флота, а после перевода аварийных АПЛ в ведение Росатома, и для госкорпорации: готовых технологических решений для подобных ситуаций не было. В 2008 году вышло поручение Правительства РФ о создании в бухте Разбойник пункта изоляции аварийных АПЛ, работы по которому взял на себя Дальневосточный центр по обращению с отработанным ядерным топливом и радиоактивными отходами «ДальРАО»  (филиал «РосРАО»).  Был создан и утвержден сверху проект, определены сроки и самое главное, найдено необходимое финансирование.

Работы по утилизации аварийных АПЛ состояли из двух этапов. Во-первых, необходимо было подготовить трехотсечные блоки, непосредственный объект дальнейшего безопасного хранения.  Это происходило по вполне отработанной схеме: подводную лодку герметизировали и на буксире отправили на судоремонтный завод «Звезда» в городе Большой камень.  Надо сказать, что в этом конкретном случае  задача была не из легких – почти 25 лет ожидания не прошли для подлодок бесследно, они едва не разваливались на части.  Далее на заводе у аварийных АПЛ был вырезан реакторный отсек, вместе с  двумя смежными отсеками для сохранения плавучести. Там же было выгружено ядерное топливо и оборудование реакторного отсека, после чего буксир отправил «трехотсечник» к месту окончательного хранения. В обычном случае, сформированный блок в отсутствии топлива и самого реактора уже не является высоко опасным с точки зрения радиоактивности. Однако с К-431 и К-314 ситуация обстояла иначе, из-за аварий уровень радиоактивного заражения на подлодках оставался очень высоким и хранить их на обычных, предназначенных для этого площадках было не безопасно.  Для решения этой проблемы на втором этапе подготовки к утилизации, в скальной породе подходящей прямо к морю береговой части, был вырыт котлован четырехметровой глубины 250 на 60 метров, соединенный с морем каналом – «укрытие».  На специально сооруженном док-понтоне, в июне 2011 года первый, а в ноябре того же года второй, из подготовленных трехотсечных блоков были доставлены внутрь «укрытия» и в дальнейшем забетонированы.

Другой значимый проект, также реализованный на Дальнем Востоке в рамках программы «Глобального партнерства», это  открытый в мае этого года в той же бухте Разбойник ПДХРО – пункт долговременного хранения реакторных отсеков. Соглашения между правительствами Японии и России, а также между Росатомом  и японским Комитетом по сотрудничеству в целях содействия в области ликвидации ядерного оружия помогли реализовать этот сложный проект в полной мере и даже немного раньше запланированного срока. Два портальных крана, буксир «Сумирэ» и плавдок «Сакура» – вклад японской стороны, без которого реализация проекта не смогла бы состояться — были переданы в распоряжение ДальРАО  в мае этого года.

Конечно, центральная «фигура» подаренного японцами оборудования – плавдок «Сакура».  Специально сконструированный для уже существующей в бухте Разбойник инфраструктуры, один из самых больших передвижных доков в мире почти два года строился в Китае, под строжайшим надзором росатомовских специалистов. Его размеры поражают воображение – высотой с 9-ти этажный дом он имеет грузоподъемность 3,5 тысячи тонн.  Буксир «Сумирэ» (в переводе с японского – фиалка),  и два портальных крана грузоподъемностью 10 и 32 тонны были изготовлены в Японии. Туда же, кстати, все два года пока создавалось уникальное оборудование,  приезжали учиться будущие сотрудники пункта долговременного хранения.

Первая операция по транспортировке и подъему подготовленного к утилизации трехотсечного блока состоялась в сентябре этого года и  продлилась несколько дней. Вторую, и последнюю в этом году субмарину поднимали в последние дни осени.

Сложная процедура выглядит вполне отработанной. Маленький «Сумирэ» с помощью еще двух буксиров отводит  медленную и значительную «Сакуру» в котлован – специально вырытую в бухте «банку», глубина которой позволит погрузиться почти 30-метровому плавдоку. И пока происходит погружение, буксиры возвращаются в бухту за трехотсечным блоком, безымянной субмариной, чья очередь  отправится к своему «последнему причалу» подошла уже в этом году.

Опознать, какое имя носил в прошлой жизни один из трехотсечников — невозможно, путь  до бухты Разбойник для них слишком долог. Предназначенные к утилизации подлодки для начала отправляются на завод «Звезда» (г. Большой Камень), где из них выгружают самое опасное – отработавшее ядерное топливо. Далее отрезаются хвостовая и носовая части, и от атомной субмарины остается только три блока: реакторный, и два соседних, необходимые исключительно для сохранения плавучести.  Эти три блока тщательным образом герметизируются, покрываются специальным защитным составом от коррозии и в таком виде отправляются в бухту Разбойник. Хотя кто-то из сотрудников ПДХРО  (большая часть из них моряки-подводники, проходившие службу на этих же самых АПЛ), утверждает, что узнали среди нескольких десятков обезличенных поплавков «свой», верится в это с трудом. 

Но вернемся к событиям в бухте. «Сумирэ» заводит трехотсечный блок в погруженный док, после чего тот всплывает уже с блоком  на борту, и отправляется  к причалу ПДХРО. Там, с помощью судопоезда, по рельсам трехотсечник отправится на разделочный стол – место, где реакторный блок освободят от двух соседних. 

Интересно, что соседние блоки тут же отправятся в переработку в качестве металлического лома. Никакой радиационной опасности из себя они не представляют, прямого контакта с радиационными материалами не имели и, в сущности, ничем не отличаются от тех частей лодки, где несет ежедневную службу экипаж боевого корабля.  Другое дело сам реакторный отсек. Сохранившаяся радиационная загрязненность, носит скорее низкоактивный характер, так как все самое «ядерное» уже выгрузили на «Звезде».  Однако потребуется еще 70 лет, прежде чем естественный процесс  распада радионуклидов закончится окончательно, и безопасная конструкция сможет отправиться в переплавку.  А эти 70 лет реакторный блок проведет на специальной площадке ПДХРО, защищенный от коррозийных процессов с помощью специальной защитной краски и бетонного армированного постамента.  Впрочем, не надо забывать, что новый пункт хранения – детище международное. Поэтому и контроль над всеми процессами на площадке осуществляется не только с российской стороны, но и со стороны других стран, принимающих участие в проектах по утилизации АПЛ. И людей с дозиметрами здесь едва ли не больше чем объектов хранения. Кстати, недавно итальянская сторона, признала: такая технология утилизации АПЛ на сегодняшний день – лучшая в мире, и будет рекомендована для использования в других странах.  

А между тем, многочасовая процедура по подъему АПЛ в бухте Разбойник закончена. В течение нескольких месяцев поднятый трехотсечный блок будет  очищаться от ракушек, а в феврале начнутся работы по отсечению двух соседних с реакторным отсеком. При расчетной проектной мощности ПДХРО пять блоков в год, процесс окончательной утилизации ожидающих своей очереди уже 52 выведенных из эксплуатации субмарин продлится все ближайшее десятилетие. Кроме того, в скором времени в бухту Разбойник доставят еще 19 трехотсечных блоков с Камчатки.  Одним словом, работой новый ПДХРО обеспечен надолго.