Сергей Кондратьев: "Британцы и дальше будут сохранять курс на диверсификацию с участием мирного атома"

Атомная энергетика должна оставаться составной частью энергокорзины Великобритании, чтобы достичь целевые показатели развития энергетики королевства, говорится в отчете, представленном Королевской инженерной академией Великобритании. Документ определяет основные, по мнению экспертов, шаги, которые необходимо предпринять, чтобы построить оптимальную энергосистему к 2030 году. Атомная энергетика способна помочь Великобритании достичь планируемых показателей по снижению выбросов парниковых газов, отмечают авторы отчета. По их оценкам, к 2030 году совокупная установленная мощность британских атомных станций в может варьироваться от 5 до 15 ГВт. Стоит отметить, что в настоящее время в Великобритании планируется построить с финансовым участием китайских компаний атомную станцию «Хинкли-Пойнт Си» в графстве Сомерсет. Инвестиционное соглашение о строительстве атомной станции было заключено в октябре между китайской корпорацией CGN и французским энергетическим концерном EDF, которому принадлежит британская компания EDF Energy. Доля EDF в проекте составит 66,5%, CGN – 33,5%.

Сергей Кондратьев, заведующий сектором экономического департамента Фонда «Институт энергетики и финансов»:

В последние годы Великобритания сделала ставку, во-первых, на развитие газовой генерации (это прослеживается еще с 1990 годов, с момента либерализации рынка электроэнергии). Тогда казалось, что в приоритете проекты, которые имеют более низкую капиталоемкость и могут быть быстрее построены. Во-вторых, была сделана ставка на возобновляемые источники энергии, в первую очередь – в ветряную и оффшорную. В определенных моментах Великобритания в этом плане преуспела. Но как мне кажется, и диверсификация топливного баланса, и повышение экологичности продолжают стоять в списке задач. И в их решении атомная энергетика могла бы сыграть позитивную роль. Понимают это и британцы, которые, кстати, наряду с СССР были первооткрывателями мирного использования атомной энергии. Не даром эксперты Королевской инженерной академии (RAE) в своем отчете сообщили, что ядерная энергетика должна оставаться составной частью энергобаланса страны.

Британия, в отличие Германии, Швейцарии и других европейских стран, на официальном уровне не заявляла об отказе от атомной энергетики. Более того, совсем недавно, в рамках визита Си Цзиньпина проговаривалась возможность китайских инвестиций в британскую атомную энергетику и даже в строительство новых мощностей. Думаю, британцы и дальше будут сохранять курс на диверсификацию с участием мирного атома. Другое дело, что перед Великобританией, как, впрочем, и перед Францией, стоит проблема окончания сроков эксплуатации АЭС, которые строились в 1960-1970 годах. Это значит, что в ближайшие годы они должны массово выводиться из эксплуатации. Увы, для начала строительства замещающих мощностей остается не так уж и много времени, так что в дальнейшем придется им придерживаться достаточно высоких темпов работ. Нет пока ни в одной стране точных расчетов, что произойдет с электроэнергетикой и надежностью энергоснабжения, если вывести из оборота атомную составляющую. Думаю, что британские власти предпочтут, чтобы такой рискованный эксперимент ставили в какой-то другой стране.

Интересы англичан в строительстве новой АЭС на мысе Хинкли-Пойнт понятны – у них ожидается масштабное выпадение мощностей. Да и участие в проекте китайцев тоже легко объяснимо – зайти на европейский рынок – для них логичная цель. Ведь до недавнего времени в такой стратегически важной отрасли китайцев не особо ждали. И тут возник вопрос – по чьему проекту будут строить. Китайский отличается от требований к безопасности, принятых в Европе, по этой же причине китайские автомобили не очень хорошо продаются в Британии. Поэтому участие Китая в проекте строительства АЭС ограничится пока только финансовой частью. Англичанам это, безусловно, выгодно, так как сейчас найти 5-8-10 млрд долларов под привлекательные условия не очень просто. В любом случае, перед Британией будет несколько вызовов – как сделать проект безопасным и при этом недорогим. Хотя уже сейчас сумма расходов заявлена монструозная – по оценкам Еврокомиссии, 24,5 млрд фунтов ($37,9 млрд). Это проект уже назван самым дорогим на планете. В текущих условиях он не окупаем, да и в очень благоприятных, пожалуй, тоже. До этого времени мы видели суммы меньшие, но по опыту работы «Аревы» с АЭС «Олкилуото» в Финляндии или «Фламанвиль» во Франции наблюдаются задержки и по вводу в эксплуатацию, а это дополнительные расходы и серьезные перерасход смет – от десятков процентов до превышения в разы. Но такие расходы не являются типичными для отрасли. Есть примеры достаточно эффективного контроля над затратами и в том же Китае, и в России. Я имею в виду конкурентоспособные проекты, а не коммерческие на 40 млрд, как заявлено в Англии.

У России с Китаем стратегическое партнерство в атомной сфере, предполагающее возможность работы в третьих странах. Продвижение на другие рынки для России, конечно, важно, так как большого спроса по объективным причинам внутри страны ждать не приходится. Если сравнивать технологический уровень китайской и российской атомной отрасли, то мы сейчас все-таки занимаем лидирующее положение. Нам есть что предложить миру, хотя и у Китая есть технологии, переданные ему лицензиарами с очень большими ограничениями, например, тем же «Вестингаузом». Думаю, что выход Китая на европейский рынок по этой причине будет очень мягким и ограничится финансовым участием, а не предоставлением технологий. Да и сотрудничество у нас с Китаем довольно ограничено в силу расхождения предпочтений по типу реакторов. Хотя допускаю, что возможны какие-то поставки в плане инжиниринговых решений от Атомстройэкспорта, который может принять активное участие в проекте.

Перспективы с китайцами у нас, разумеется, есть, но они требуют большой проработки и более осуществимы не на европейских рынках, а на азиатских – в Юго-Восточной Азии, в Африке, Латинской Америке. С точки зрения потребителей – эти рынки ничем не хуже европейских. Главное в этом деле смотреть на маржинальность и на то, что происходит с бизнесом, а не на географию. Европейский рынок во многих вопросах по-прежнему очень сильно зарегулирован, в том числе и в области атомной энергетики. Плюс он очень сильно зависит от решения отдельных политических групп и общественных объединений, что может убить экономику любого проекта.