"Игналинская АЭС - испытание наследием. Рефлексии после визита" - лекция под таким названием собрала слушателей в Минске 2 апреля. Организатором мероприятия выступил образовательно-выставочный проект Artes Liberales.
Накануне автор - историк и культурный антрополог, лектор Департамента истории Европейского гуманитарного университета Степан Стурейко посетил Игналинскую атомную электростанцию, которая открыла ему новую перспективу видения городского наследия и культурного ландшафта.
Как жить дальше целому городу русскоязычных людей, которые строили и обслуживали атомную станцию, но теперь не вписываются в реалии Литвы? Об эксперименте по деорганизации Висагинаса рассказывает побывавший там ученый.
Кусочек минской Малиновки в Литве
- Я никогда не занимался атомной энергетикой, но вдруг судьба мне подарила уникальную возможность съездить в Висагинас на workshop от ЕГУ. Когда заходят разговоры о превращении АЭС в музей, в лофт или во что угодно, скажу, что памятник имеет два измерения: материальное (материальный артефакт, факт культуры прошлого) и коммуникативный феномен, потому что мы договорились считать объект памятником наследия СССР, мы его принимаем или наоборот.
Не бывает городов без исторического центра - тех объектов, которые местные жители считают наследием. И неважно, что это - готический собор или что-то другое. И вот Висагинас дает нам измерение этого "другого".
Существует проблема того, насколько городское будущее определяется городским прошлым. Насколько в традиционных европейских городах (в том числе, в Минске и Гродно) прошлое управляет будущим, хотя кажется, что его жители - властелины города? Анализ висагинасской ситуации показывает, насколько прошлое давлеет над всеми стратегиями города - и жизненными, и экономическими.
Висагинас - единственный город в современной Литве, где абсолютно преобладает славянское население, то есть русские и русскоязычные. Строительство города-спутника Игналинской АЭС было начато в 1975 году, то есть, в этом году Висагинас будет отмечать 40 лет. До 1992 года город гордо носил имя первого секретаря Компартии Литовской ССР Снечкуса.
Город строился как образец советской урбанистики, в нем 248 многоэтажных жилых домов, преобладают пяти- и девятиэтажки. Но АЭС так и не была достроена. Как и сам город, ее построили лишь наполовину. 31 декабря 2009 года станция была остановлена, и за последние десять лет население города сократилось на 25%.
Если смотреть на Висагинас сверху, он представляет собой кусочек минской Малиновки. Надо сказать, что его архитектура очень удачно вписана в ландшафт. Безусловно, это советские многоэтажки, но они очень грамотно, по-скандинавски устроены и приятны глазу. Уже в пост-советское время там построили католический костел и православную церковь, а памятник Великой Отечественной войне переименовали в памятник Второй мировой. Много зелени, сосен, фонтаны, пруды, не так далеко озеро Дрисвяты. И сейчас Висагинас, кстати, пытается позиционировать себя как центр экотуризма.
В 2001 году правительство Литвы по требованию ЕС утвердило программу остановки и дальнейшего вывода из эксплуатации первого блока Игналинской АЭС. В конце 2004 года был остановлен первый блок, а второй - в конце 2009 года. Таким образом, Литва выполнила свои обязательства перед Европейским Союзом, согласно принятым условиям для вхождения в еврозону.
АЭС должна быть стерта с лица земли
- Во время экскурсии на АЭС я стоял на самом реакторе. Кстати, с собой на объект можно было пронести только нижнее белье, настолько строга процедура контроля. Выдавали всю одежду, заканчивая носками. Первые 15 минут нахождения внутри АЭС пребываешь в состоянии восторга, но затем травмирует невозможность сделать селфи.
Сейчас идет процесс поступательной ликвидации станции. Окончание процесса - 2036 год. На месте АЭС будет засеян зеленый газон, чтобы ничего не напоминало о том, что здесь когда-то находилась станция. АЭС должна быть стерта с лица земли - вот главный посыл ликвидации. Но при этом ядерные отходы будут храниться в Висагинасе, в специальном хранилище.
До сих пор на АЭС работают две тысячи человек. Но она больше не вырабатывает электроэнергию, ни киловатта, а наоборот, покупает. И довольно дорого.
Культурная чужеродность
- Хочу поделиться впечатлениями о том, что же такое Висагинас и что такое станция. Когда попадаешь в пространство Игналинской АЭС, основное, на что обращаешь внимание - все надписи сделаны на русском языке. Это абсолютно нетипичная ситуация для любого пространства в Литве. В этой стране можно найти надписи по-английски, но уж точно не по-русски. Согласно последним данным, литовцы в Висагинасе составляют всего 15% населения, то есть, являются там меньшинством. Город русскоязычный, что также нетипично для Литвы.
Так вот, в момент рассмотрения вопроса о ликвидации АЭС именно русскоязычность Висагинаса и его культурная чужеродность сыграли важную роль. Конечно, помимо экономических и экологических соображений.
Уничтожение советского величия
- Игналинская АЭС - воплощение советского величия, от которого избавляется Литва. Например, в Вильнюсе все советские памятники были убраны. Например, памятник Черняховскому был отправлен в Воронеж, хотя сделан специально для Вильнюса. Советская символика в Литве - серп и молот - приравнена к фашистской. Рабочие в строительных люльках поднимались и сбивали эту символику с фасадов зданий, где она служила деталями архитектурного декора. Ситуацию с АЭС можно рассматривать в таком же контексте.
Литовские социологи с определенными оговорками согласились со мной в следующем тезисе: если бы станция была построена не советскими, а литовскими специалистами, то восприятие ее образа было бы совершенно иным.
Засилье "русского мира" или сливки интеллигенции?
- Отмечу дуальность образа Висагинаса. В литовских СМИ он предстает городом с супервысокой безработицей, с засильем "русского мира" и всеми вытекающими отсюда последствиями - политическими и так далее, потерявший 25% населения за последние десять лет и продолжающий его терять, олицетворение упадка. А есть образ Висагинаса в глазах его жителей: он занимает первое место в Литве по доле населения с высшим образованием, и понятно, почему - это высококвалифицированный персонал АЭС и их семьи, не уступающие этим инженерам в интеллекте, сливки советской науки.
Маргинализация, разжижение и растворение
- Главнейшая проблема Висагинаса в том, что его жители не интегрируются в Литву. Все, для кого эта интеграция не составляла проблемы, уже уехали. Сейчас происходит постепенная маргинализация Висагинаса и его целенаправленное растворение. Там существует ряд программ, направленных на изучение литовского языка и интеграцию висагинасцев в Литву, помощь в их переезде в другие регионы страны - туда, где есть работа. Эти программы не очень эффективны.
На вакансии сотрудников станции объявлются общелитовские конкурсы, берут на работу жителей всей Литвы - то есть, литовцы притягиваются в город, а русских, наоборот, пытаются вытеснить из него. Происходит сознательное разжижение русскоязычного сообщества. Подчеркну, не русского, а русскоязычного, ведь там много беларусов и украинцев.
Сам Висагинас - это город, ностальгирующий по прежним славным дням. Эта активность забвения - память не о советском прошлом, а о приятных днях молодости, когда станция работала. Те, кто не помнят строительство АЭС в силу возраста, впитывают истории о позитивном прошлом, его образ.
Город - на пороге своего сорокалетнего юбилея, и самый больной его нерв, широко обсуждаемая тема - "как нам жить без АЭС?". Единственный способ спасти город, это перемолоть, переинтерпретировать его наследие и конфликтный образ, либо даже его стереть, но дать что-то взамен. Идет поиск новых смыслов. Но они должны быть присвоены самими жителями Висагинаса.
Без "якорей", но с литовскими паспортами
- В литовский национальный дискурс были вмонтированы Вильнюс, Клайпеда. Проблема в том, что основной механизм присвоения города, его интеграция в жизнь страны - выстраивание исторических контекстов, национальных канонов. Легко интегрировать Вроцлав, любой дурак интегрирует Брест или Гродно, а вот Висагинас не имеет другой истории, кроме советской. В нем нет никаких "якорей", зацепок, за счет чего город можно было бы встроить в Литву. Но они пытаются: устраивают песенные и спортивные фестивали, ведут разговоры о развитии экотуризма, даже в риторике сотрудников муниципалитета проскальзывают фразы о мультикультурном образе Висагинаса.
Но на мой, поверхностный, взгляд извне, это все берется из чужого контекста и плохо ложится на местные реалии. Вообще, мультикультурализм - это больше из миграционной лексики. В глазах Литвы Висагинас - город мигрантов, но они же не мигранты, а основатели города и его первые жители, люди с литовскими паспортами.
Казантипа не будет
- Что делать с АЭС? Концепция станции как памятника архитектуры здесь не пройдет. Мы не можем рассуждать о станции как о памятнике, о ее аутентичности, ведь это опасный объект. Мы не можем устраивать внутри нее фестивали электронной музыки, как это модно на Западе. Это не просто индустриальное наследие, это советское наследие.
Имея план ликвидации материальности, эта станция и память о ней должны стать предостережением, уроком для потомков. Важным технологическим опытом, примером того, как останавливались АЭС в мире.
Сносить ее или музеефицировать - это не суть вопроса. Суть - в переработке изначального смысла, идентичности Висагинаса. Его жители пытаются вырваться за пределы дуального образа: например, создается краеведческий музей, цель которого показать, что история города тянется с каменного века, были стоянки и курганы, проходили войска Наполеона и так далее. Это ретроизация образа, стремление избавиться от болевых точек.
Недавно был перенесен с центра на окраину памятник ликвидаторам ЧАЭС с целью припрятать, заретушировать атомный флер. Создаются музеи литовской и русской культур. Последний - лубочный, карикатурный трэш, вобравший в себя все стереотипы мнимой русскости: хохлому, гжель, самовары и так далее, и все это - в маленькой комнатке.
Депрессивный агрогородок
- Что делать городу? Я не знаю… Наверное, нужно продолжать наблюдения и фиксировать новые ключевые точки в развитии процесса. Это внесет вклад в нашу копилку понимания концепта городского наследия. Так что эксперимент по деорганизации Висагинаса продолжается.
В фотографическом смысле АЭС - это негатив, обратная светопроекция архитуктурного наследия. Например, беларусского замка. Очень похожая ситуация: Кревский замок находится в Крево - городе, который за последние 20 лет уменьшился в два раза и стал агрогородком. Это сжимающийся, депрессивный населенный пункт, откуда уезжают люди.
Кревский замок включен в повседневные практики местных жителей: рядом с ним пасут коней, по вечерам в его руинах отдыхают компании. Замок не воспринимается как владение Ягайлы и Витовта. Это что-то родное и близкое для местных, коммуникативная площадка. АЭС в Висагинасе воспринимается его жителями таким же образом.
Но если в Беларуси внешние силы - историки, волонтеры из Минска - приезжают в Крево, чтобы сохранить замок, то в Литве все наоборот - внешние силы хотят уничтожить наследие Висагинаса, АЭС.