То, что оружие апокалипсиса может появиться в Румынии, заставляет вспомнить о ядерных амбициях Бухареста, проявленных еще тогда, когда страна была не в НАТО, а в Организации Варшавского договора.
Информация о вывозе американского тактического ядерного оружия с турецкой базы «Инджирлик» в Румынию, официально Бухарестом опровергаемая, не является чем-то из ряда вон выходящим. Речь, надо полагать, идет о водородных бомбах B61 мощностью 100–500 килотонн, применению которых обучены летчики истребителей-бомбардировщиков F-16 ВВС Турции. Ситуация здесь, видимо, слишком неопределенна для Вашингтона, а риски, связанные с ядерным оружием, ему не нужны. Нечто подобное было в 1974-м во время греко-турецкого конфликта из-за северного Кипра. Тогда США демонтировали от греха подальше свои ядерные боеголовки, установленные на зенитных ракетах «Найк Геркулес» греческой армии.
Рык «Бизона»
Социалистическая Республика Румыния занимала в советском блоке особое место. Президент Николае Чаушеску не только кое в чем дерзко перечил Москве, но еще и умудрялся получать военные технологии одновременно от СССР, Китая и некоторых стран НАТО. А Кремлю «гений Карпат», как подобострастно называла его тогдашняя румынская печать, доверять был вовсе не склонен.
В мае 1976 года на территории соседней Болгарии разыгралась масштабная учебная баталия, в которой приняли участие как свои, так и переброшенные сюда морем советские части. На юг по направлению к границе с Турцией и Грецией устремились самоходные пусковые установки крылатых ракет «Редут» берегового ракетного полка Черноморского флота – отсюда они могли поражать цели в Эгейском море. Такие учения проводились по сценарию типа «Овладение Проливной зоной с высадкой морского десанта в условиях применения обычных средств поражения с последующим переходом к применению ядерного оружия». Словом, вполне симметричный ответ на аналогичные упражнения НАТО.
Между тем учения в Болгарии вызвали беспокойство не только у альянса, но и в Румынии, которую к ним демонстративно не привлекли. Бухарест, задействовавший для слежения за маневрами службу радиоперехвата, обеспокоился, что по тревоге были подняты болгарские части неподалеку от границы страны. Они провели учебно-мобилизационное развертывание. Руководство Румынии расценило это как репетицию вторжения. Такие мысли не покидали Чаушеску с 1968 года, когда он отказался поддержать действия Советского Союза в Чехословакии.
В ответ Бухарест демонстративно провел учения Zimbrul («Бизон») с отработкой задач прикрытия границ с СССР и Венгрией. Вдобавок к армии в Румынии под контролем службы безопасности Секуритате была создана ополченческая структура – Патриотическая гвардия, представлявшая собой отряды местной самообороны, формировавшиеся по территориально-производственному принципу. Гвардейцы Чаушеску готовились в случае чего защищать страну от Советской армии и других союзников, входящих в «братство по оружию». Разумеется, открыто это не афишировалось.
При всем при этом армия СРР была оснащена военной техникой советского образца. Но не только.
Начало использования Румынией советского оружия относится к периоду Второй мировой войны, когда ее армия, участвовавшая в агрессии против СССР, захватывала трофеи на Восточном фронте. Например, румыны заполучили более 200 единиц советской и применявшейся Красной армией ленд-лизовской бронетехники – от оборонявших Одессу суррогатных танков «На испуг» (подробнее – http://vpk-news.ru/articles/31750external link, opens in a new tab) до единичных Т-34, КВ-1, ИС-2 и ИСУ-152. Однако из-за трудностей с ремонтом более или менее заметное боевое применение (в незначительном количестве) у них нашли лишь легкие Т-60 и полубронированные артиллерийские тягачи Т-20 «Комсомолец». Последние были приняты на вооружение вполне официально под наименованием enileta Ford Rusesc de Captura. А машины TACAM T-60 представляли собой шасси Т-60, у которого вместо снятой башни устанавливалась трофейная советская же 76-мм пушка Ф-22 (открытая рубка собиралась из бронелистов, срезанных с БТ-7). Кроме того, на шасси румынских легких танков R-2 (импортные чехословацкие «Шкода» S-II-a) были разработаны противотанковые самоходные установки TACAM R-2, вооруженные трофейной советской 76-мм пушкой ЗИС-3 (опять с использованием в рубке бронелистов с трофейных БТ-7 и Т-26).
В 1944 году Румыния благоразумно порвала с гитлеровской Германией и объявила войну своему бывшему союзнику. Еще раньше, в 1943-м на территории СССР началось формирование из румынских военнопленных 1-й добровольческой пехотной дивизии им. Тудора Владимиреску, причем по «элитному» штату гвардейской стрелковой дивизии Красной армии. Боевой путь она начала в 1944-м. Еще одно румынское соединение – 2-я добровольческая пехотная дивизия им. Хория, Клошки и Кришана была сформирована на территории СССР в 1945-м, но принять участие в боевых действиях уже не успела.
На 9 мая победного года СССР передал румынским войскам 397 противотанковых ружей, 1238 пулеметов, 10 554 винтовки и карабина, 4935 пистолетов-пулеметов, 184 артиллерийских орудия, 320 минометов, значительное количество боеприпасов, 328 автомобилей, 130 радиостанций и 630 полевых телефонных аппаратов. Вооружение было и советское, и трофейное. В число полученной румынами бронетехники входили советские Т-34-85, немецкие средние Pz.Kpfw.IV и Pz.Kpfw.V «Пантера», штурмовые орудия StuG.III и некоторые другие.
Участие в Организации Варшавского договора (1955–1991) не мешало стране активно развивать отношения с Китаем и даже с членами НАТО. Лавируя между Москвой, Пекином и Западом, Бухарест получал ощутимую военную помощь не только от СССР, но и от КНР, а также Франции и Великобритании. Самыми заметными приобретениями стали торпедные катера на подводных крыльях типа «Хучуань» и сторожевые типа «Шанхай-II» (в целом порядка полусотни единиц), поначалу импортируемые, а затем и построенные у себя, производившиеся серийно по французской лицензии легкие многоцелевые вертолеты SA.316B «Алуэтт-III» (румынское обозначение IAR-316B) и средние десантно-транспортные SA.330 «Пума» (IAR-330), по английской – ВТС BN-2 «Айлендер» и ближнемагистральные пассажирские авиалайнеры BAC 1-11 (Rombac-111). В КНР Бухарест приобрел фронтовые бомбардировщики «Хун-5» (копия советского Ил-28).
В партнерстве с Югославией Румыния собирала штурмовики совместной разработки IAR-93 (J-22 «Орао») с выпускавшимися по английской лицензии турбореактивными двигателями «Вайпер» Mk. 632-41 и Mk. 633-47. На самолете нашла применение французская и шведская авионика. Штурмовик вооружен двумя советскими 23-мм двуствольными пушками ГШ-23Л и может нести 57-, 122- и 240-мм неуправляемые ракеты советского образца (интересно, что югославы оснастили его еще и управляемыми ракетами «Гром» класса «воздух-земля», представляющими собой копию американских AGM-65B «Мейверик», которые были поставлены СФРЮ из США в первой половине 80-х годов). Однако основу воздушной мощи СРР составляла авиация, сделанная в СССР, – к моменту упразднения ОВД это были истребители МиГ-21, МиГ-23 и МиГ-29.
Довольно мощная оборонная промышленность страны обеспечивала потребности армии в бронетехнике и артиллерии. До середины 70-х годов румыны довольствовались танками, полученными от союзников (Т-34-85 чехословацкой сборки и советские Т-55), но уже в 1977-м приступили к производству на собственных заводах. Сначала это были соответствующие оригиналу (Т-55) танки TR-580, а в экспортном варианте – TR-77, поставлявшиеся Египту и Ираку. Их сменил TR-85 – комбинация советских (общая компоновка), китайских (лицензионная копия 100-мм китайской пушки «Тип 69-II», в свою очередь созданной на основе советской Д-10Т2С, и лазерный дальномер «Янчжоу») и западногерманских (дизель 8VS-A2T2M) технологий. Румыния также получила от СССР лицензию на производство Т-72, но дальше выпуска в 1989 году созданных по его образцу нескольких прототипов основного танка TR-125 с немецким дизельным двигателем дело не пошло.
В классе легкой разведывательной бронетехники Румыния запустила в серию боевую машину TAB-79, напоминающую БРДМ-2 (кроме того, на базе TAB-79 выпускался собственный вариант самоходного ЗРК ближнего действия «Стрела-1»). Румынскими модификациями советской БМП-1 стали боевые машины пехоты MLI-84 и MLVM, а из бронетранспортеров известны TAB-71 (аналог БТР-60ПБ, но с более мощной силовой установкой) и TAB-77 (дизельная версия БТР-70). Артиллерийская промышленность освоила производство 130-мм М1982 (усовершенствованная советская М-46), 152-мм М1985 (аналог нашей 2А65 «Мста-Б») и модификаций пушки-гаубицы Д-20 (под обозначениями М1981 и М1985). Как оригинальный образец необычного калибра можно вспомнить румынскую 98-мм горно-вьючную пушку М93. Производились также 122-мм самоходные гаубицы М1989 – румынские копии советской 2С1 «Гвоздика» (башни с вооружением поставлялись Болгарией). Кроме того, под боеприпасы советского образца Румыния выпускала 100-мм противотанковую пушку А407 (первоначальная модификация – М1975, усовершенствованная – М1977), созданную на основе китайской танковой («Тип 69-II»).
В 80-е годы румыны начали производство собственного клона 122-мм 40-ствольной реактивной системы залпового огня «Град». Это APR-40 на шасси DAC665T. Выпускался и облегченный вариант этой системы – 21-ствольная APR-21 (на шасси автомобиля «Бучеджь» SR-114). Для подразделений специального назначения был создан свой вариант 122-мм переносной одноствольной реактивной пусковой установки, напоминающий советскую 9П132 «Град-П».
Значительная помощь от СССР поступала ВМС СРР. Румыны получали морскую технику (включая подводные лодки, ракетные катера) и строили на своих верфях корабли, оснащенные советским вооружением. Это, например, ракетный эскадренный миноносец «Мунтения» (впоследствии «Марашешти»), сторожевики типа «Амирал Петре Барбунеану» и «Контраамирал Эустатиу Себастиан», торпедные катера «Эпитроп», речные мониторы VB-76 и «Брутар», минзаги «Вицеамирал Иоан Мургеску», морские тральщики «Локотенент Ремус Лепри» и другие.
Мегатонны справедливости
Армия СРР была единственной в Организации Варшавского договора, имевшей на вооружении военную технику одновременно советского, китайского и натовского образца, что, несомненно, раздражало руководство СССР. Однако в целом это не особо сказывалось на военной поддержке Москвой Бухареста, включавшей и передачу средств доставки ядерного оружия. Это были тактические ракетные комплексы 2К6 «Луна» (шесть самоходных пусковых установок 2П16 в 1963–1964-м) и 9К52 «Луна-М» (девять СПУ 9П113 в 1977–1978-м), а также оперативно-тактические 8К11 (восемь СПУ 8У218 в 1962-м, к ним поставлены 32 баллистические ракеты Р-11М), 9К72 (18 СПУ 9П117М в 1974–1975-м, 72 Р-17/8К14) и 9К714 «Ока» (четыре СПУ 9П71 в 1987–1988-м, 18 9М714). Применение этого ракетного оружия в обычном снаряжении было малоэффективно, а в ядерном могло быть обеспечено только СССР и под его контролем (подробнее – «Ядерное братство»).
Но такой контроль Чаушеску вовсе не устраивал. Ему хотелось собственную атомную бомбу.
В качестве ремарки следует упомянуть, что Бухарест был не единственной балканской страной, имевшей виды на ядерное оружие. Аналогичные планы вынашивал Белград, в Варшавский договор не входивший и придерживавшийся еще более независимых от СССР позиций на мировой арене. Достаточно сказать, что СФРЮ одно время входила в число крупных получателей американской военной помощи. В 1974 году Тито провел совещание с высшим командованием Югославской народной армии и учеными кругами, на котором заявил о необходимости обладания собственной атомной бомбой, путь к которой должен маскироваться исследованиями по мирному использованию ядерной энергии. Через три года шеф военно-промышленного комплекса генерал Кукоч недвусмысленно заявил: СФРЮ, конечно, за ядерное разоружение, но вопрос о том, иметь или не иметь соответствующий арсенал, – национальная прерогатива Югославии, которая готова к отражению «любой агрессии». Амбиции СФРЮ, конечно, учитывались и сотрудничавшей с ней в военной сфере СРР, но скорее как побудительный пример, нежели гипотетическая угроза.
Еще в 1948-м представители румынских властей пытались приобрести в США радиоактивный кобальт якобы для медицинских исследований, но безуспешно. Совместное с СССР предприятие «Совромкварц» занималось добычей урановой руды. Советский Союз оказал Румынии помощь в подготовке кадров и передал двухмегаваттный исследовательский ядерный реактор ВВР-С, установленный в 1957-м в пригороде Бухареста. А в 1979 году США помогли Бухаресту обзавестись еще двумя исследовательскими реакторами типа TRIGA. Они заработали на площадке Института атомной энергии в Питешти.
Такой научно-технический задел в принципе позволял румынским ученым и инженерам приобрести необходимый опыт для создания ядерного оружия. На химкомбинате в Питешти в обстановке секретности была освоена радиохимическая технология получения оружейного плутония (порядка одного килограмма в год) из ОЯТ от 14-мегаваттного реактора TRIGA. Кроме того, Румыния получила из США некоторое количество обогащенного урана.
С помощью Канады румынам удалось наладить производство тяжелой воды и ядерного топлива для АЭС. Химкомбинат в Питешти произвел к 1990 году 585 тонн энергетического ядерного топлива. Примечательно, что первая румынская АЭС в Чернаводэ вступила в строй уже в постсоциалистическую эпоху, хотя решение о ее сооружении принималось еще при Чаушеску. На станции используются два канадских 700-мегаваттных реактора типа CANDU (рассматривалась возможность использования советских ВВЭР-440). Энергоблоки Чернаводэской АЭС были приняты в коммерческую эксплуатацию в 1996 и 2007 годах.
Национальные успехи в области атомных исследований позволили Чаушеску 14 апреля 1989 года сделать громкое заявление: «Мы можем производить любое оружие. Но существует сфера, в которой мы не хотим ничего предпринимать, – это касается ядерного оружия. Да, у нас есть технические возможности его производства, но мы не собираемся идти по этому пути, так как решительно выступаем против оружия, которое способно уничтожить жизнь на планете. Мы требуем ликвидации ядерного оружия во всех странах, которые им обладают, и вообще выступаем за мир без войн и разоружение».
Это заявление получило большой международный резонанс. Фактически оно представляло собой вовсе не констатацию миролюбия, а предостережение ядерным державам (в том числе СССР). Тем более что Чаушеску уже как-то высказался, что ситуация, при которой неядерные страны могут полагаться лишь на геополитическое снисхождение сверхдержав, является несправедливой и что Бухарест оставляет за собой право иметь арсенал химического оружия. По некоторым оценкам, основывающимся на анализе промышленного потенциала Румынии, она могла бы обзавестись ядерными боеприпасами к 2000 году, разместив их на имеющихся баллистических ракетах и самолетах.
Однако планы Чаушеску ушли вместе с ним в могилу. Революция смела и румынский социализм, и самого диктатора, варварски расстрелянного вместе с супругой Еленой по приговору наспех сколоченного трибунала. Видимо, у бывших соратников имелись личные причины торопиться с физической ликвидацией «гения Карпат».
Окончательную точку в этой истории поставило согласие Бухареста признать контроль МАГАТЭ над своими ядерными объектами. Инспектора агентства обнаружили некие улики, в частности почти полкилограмма плутония в Институте атомной энергии, и в 1992 году Бухаресту было предъявлено жесткое требование полностью свернуть военную ядерную программу. Румыния выполнила ультиматум, и принято считать, что ее нынешние изыскания в этой области носят исключительно мирный характер. Однако размещение (если так обстоит на самом деле) американского ядерного оружия (равно как компонентов ПРО) на территории этой страны заставляет по-новому взглянуть на ее статус.