Пять лет назад, когда Сергей Кириенко только начал консолидацию ядерной промышленности России, многие стали говорить о формировании атомного аналога "Газпрома". И никто не угадал с прогнозом, к чему преобразования в итоге приведут.
Атомщики получили огромную бюджетную поддержку, в том числе дополнительно несколько миллиардов долларов в разгар кризиса. "Росатом" разворачивает массовое строительство АЭС в России и за рубежом, покупает урановые активы. Докладами об успехах корпорации в сфере инноваций открывается большинство государственных заседаний по модернизации экономики. Всерьез обсуждаются даже такие проекты, как строительство по российской технологии в США завода по обогащению урана.
Но желания стать подобием газового монополиста "Росатом" не демонстрирует. Может быть, все дело в специфике атомной отрасли - здесь как минимум нет "уранового крана", который можно использовать в качестве яркого политического аргумента. Наглядный пример - Украина, с которой российским атомщикам пришлось вести длительные и утомительные переговоры, не останавливая при этом поставок ядерного топлива на местные АЭС, ведь в противном случае место поставщика тут же было бы занято конкурентами из Westinghouse.
Кроме того, глобальный ядерный рынок, может быть в силу своего недавнего преимущественного военного прошлого, по-прежнему "любит тишину". Самые важные переговоры до последнего остаются закрытыми. В данном случае удачной иллюстрацией может быть история с партнерством "Росатома" и германского концерна Siemens. Стороны продолжают готовиться к формированию альянса, но почти никакой неофициальной информации об этом не просачивается. Возможно, потому, что ясности с партнерством пока нет. Хотя есть и удобное объяснение - германский концерн ведет разбирательство в арбитраже с французской компанией AREVA, и суд наложил обеспечительные меры в виде запрета на продвижение новых партнерств.
Но отрасль по-прежнему остро нуждается в качественной экспертной оценке и профессиональной критике со стороны. К сожалению, круг экспертов крайне мал, и складывается ощущение, что самые острые вопросы часто остаются без ответа, а редкие критики уходят в популизм или сосредотачиваются на второстепенных вещах, занимаясь ловлей блох.
Тогда как, возможно, куда важнее было бы задаться вопросом, зачем "Росатому" продвигать сотрудничество с такими странами, как Бангладеш? В чем смысл покупки урановых активов за рубежом с учетом планов по интенсивному развитию замкнутого ядерного топливного цикла? Что заставляет продолжать работу с Болгарией, которая за последний год, кажется, сделала все, чтобы доказать "Росатому" свою ненадежность как партнера? Что может заставить частных инвесторов вкладывать в атомную энергетику внутри страны? И может быть, настало время обмениваться с партнерами не только урановыми активами, но и площадками по строительству АЭС? А также способна ли атомная отрасль выжить без такой масштабной поддержки со стороны государства?
Юлия Гилева, главный редактор газеты "Страна "Росатом"