В декабре 2010 года в уникальном для России проекте инновационного центра "Сколково" появились первые 16 резидентов или компаний-участников. Активно за прошедшее время развивался ядерный кластер "Сколково"; исполнительный директор кластера Денис Ковалевич рассказал РИА Новости о главных удачах уходящего года, а также о том, что инновационные атомщики планируют делать в будущем году.
- 2011 год пролетел незаметно, какие следы он оставил в вашем кластере? Что считаете самым удачным итогом за прошедшие месяцы?
- Очевидно, что первая и основная удача этого года - это 70 проектных заявок от компаний в ядерном кластере. Из них на конец ноября 20 получили статус участника кластера, еще 20 получили положительную экспертизу, то есть получат статус участника, как только завершат юридические процедуры, и 10 заявок находятся на рассмотрении. Отрицательный отказ из 70 проектов был дан только по 20 проектам - либо по юридическим основаниям, либо по содержательным. Но сам факт того, что было подано 70 заявок, я считаю для кластера определенным успехом: за полгода это много. Для сравнения давайте посмотрим на объем проектов, который обрабатывает специализированный индустриальный венчурный фонд в США в узкой теме, связанной с ядерными технологиями: среднее количество заявок в год - 200 проектов. У нас - 70 за полгода, то есть 140 за год. Если сделать поправку на масштаб рынка и предпринимательского потенциала, то в общем у нас не все потеряно. Мы ожидали к концу года в кластере наличие 20 проектов, а получили 40 - и это серьезная удача.
- Рассчитываете на такую же динамику в 2012 году?
- Скорее, считаю, ситуация стабилизируется в следующем году: мы в среднем в месяц будем получать 5 новых проектов. Это соответствует и общей ситуации, и способности "Сколково" это все переваривать. Если в 2012 году добавить к 40 проектам этого года еще 50 новых, то это уже не просто удача - это успех. Ежегодно 50-60 новых проектов, приходящих в ядерный кластер "Сколково", - это тот темп, который позволит поддерживать критическую массу разработок. Общий размер проектов, с учетом софинансирования, уже сегодня равняется 1,2-1,3 миллиарда рублей. Мы надеемся, что в 2012 году сможем выйти минимум на два гранта в месяц и совокупно в год инвестировать порядка 20 миллионов долларов со стороны «Сколково» в инновационные разработки. Конечно, я рассчитываю на то, что в перспективе ядерный кластер "Сколково" сможет спроектировать и предложить к реализации один-два мегапроекта по созданию в России новых высокотехнологичных индустрий, каждая из которых будет претендовать на занятие 10-15% соответствующего мирового рынка - то есть быть в пятерке мировых лидеров.
- На фоне ситуации в Японии какое отношение к ядерной тематике в "Сколково"?
- Вот, кстати, вторым пунктом в списке успехов года я ставлю тот факт, что нам удалось отстоять ядерную тему как инновационную внутри портрета "Сколково". Когда формировался фонд, шли дискуссии, надо ли там развивать ядерную тематику - ведь у нас есть Росатом, куда идут большие инвестиции в развитие атомной отрасли. Ядерная тематика - это радиационно-опасные объекты. Дело доходило до того, что меня спрашивали те, кто исходно обсуждал проект ядерного кластера: "Мы же не будем в "Сколково" ставить реактор?".
Сегодня мы можем однозначно сказать, что у ядерных технологий есть своя очень важная ниша в мире открытых инноваций - мы сфокусированы на новых применениях, в первую очередь, на радиационных технологиях и новых материалах. Тот объем проектов, который пришел, и тот консенсус, которого удалось достичь как внутри Фонда "Сколково", так и во внешнем окружении, говорит, что эта тема интересна и перспективна.
Одновременно нам удалось произвести определенную разграничительную линию с Росатомом, чтобы не дублировать, а поддерживать деятельность друг друга.
"Сколково" отвечает за поддержку малого предпринимательства и инжиниринга в радиационных технологиях - то есть в тех зонах, где у Росатома пока еще нет полномасштабных индустриальных бизнесов. В каком-то смысле Росатом представляет собой фигуру будущего заказчика и покупателя части проектов, приходящих в "Сколково". Мы начали очень важную работу с ядерно-оружейным блоком Росатома. Этот блок сейчас - главный партнер "Сколково", потому что они хорошо понимают, что диверсификация предприятий, которые раньше полностью занимались закрытой тематикой, является условием их долгосрочного развития и стабильности. С 1 января мы в Сарове запускаем проектный офис "Сколково": уже отобрали там по конкурсу руководителя офиса, Наталью Полковникову, и она начинает там деятельность "инновационного акушера" - поиск предпринимательски-ориентированных людей, помощь в доведении их идей до проектов, в определении потенциала рынков и т.д. - то есть ее задача увеличить долю Саровских участников в "Сколково".
Поэтому я считаю, что закрепление темы ядерных технологий в рамках "Сколково" является вторым успехом этого года.
- Мне кажется, что ясного понимания развития атомной тематики, то есть по каким направлениям, на каких рынках, в какие сроки - так и нет.
- Не совсем согласен. Нам удалось в этом году сформировать ядро международного сетевого сообщества для обсуждения перспектив развития новых применений ядерных технологий в следующие 10-20 лет. Мы базировались на той работе по анализу инновационного потенциала ядерных технологий, которую проводили с Петром Щедровицким и нашими коллегами последние пять лет в Росатоме, и за этот год сумели ее сфокусировать под задачи поиска малых инновационных проектов. Мы запустили работу технологической платформы "Радиационные технологии", формируем научно-технологический совет этой платформы; его председателем согласился стать Вернер Буркарт, экс-замдиректора МАГАТЭ, отвечавший в агентстве за новые применения ядерных технологий, в частности, за ядерную медицину. Мы сформировали группу зарубежных экспертов внутри кластера, которые принимают участие в обсуждении проектов; очень важно, что они регулярно это делают и дают свои заключения. Нам удалось подготовить первый в кластере проект создания центра прикладных исследований совместно с Институтом Джона Адамса в Великобритании. Этот проект научный директор кластера Александр Фертман представил членам консультативного научного совета и получил поддержку. Второй такой проект мы готовим с Курчатовским НИЦ, Физтехом и MIT.
- Каковы перспективы на 2012 год? Что предстоит сделать?
- Планируя будущие работы, я всегда исхожу из проблем, с которыми сталкиваюсь в текущий момент. Главная проблема сегодня - тотальное отсутствие инфраструктуры коммерциализации ядерных технологий. То есть представить себе путь малой компании от момента ее зарождения до выхода на рынок почти невозможно. Все усилия в 2012 году будут направлены на решение этой проблемы.
Нам нужно показать потенциальным инвесторам, что ядерные технологии - это потенциально успешный и выгодный предмет для инвестиций. Я сейчас говорю про мир, а не только про Россию. Мы планируем в первом квартале представить доклад по развитию радиационных технологий, выпустить его на нескольких языках и сделать предметом для широкого обсуждения. Мы должны продемонстрировать корпорациям, что в этой сфере есть, куда вкладываться. Думаю, что такую форму, как доклады, мы сделаем для себя регулярной, примерно как международное энергетическое агентство выпускает регулярные доклады по энергетике. Нам здесь в России придется стать первооткрывателями и начать формировать аналитическую культуру в этой сфере. Результатом решения этой задачи будет привлечение инвесторов в целый ряд проектов.
Вторая группа задач, которые нам надо будет решать в 2012 году - это решение проблемы построения логистики, последовательности пути по коммерциализации разработок. Поясню, 99% разработок в нашем кластере - это разработки, которые в будущем станут отдельными компонентами более крупных систем. То есть по каждому проекту, по каждой разработке нам необходимо ставить ТЗ, исходя из конечных свойств системы в целом. Для малых компаний это означает, что когда они планируют свое развитие, у них должен быть сразу инжиниринговый партнер, который их встроит в будущий продукт, задаст им требования - по размеру, по пользовательским характеристикам, по цене, наконец.
Третья группа задач на 2012 год - нам нужно развивать каналы стыковки разработчиков и конечного рынка. Мы имеем дело с тем, что на рынках работает мало крупных компаний (например, в ядерной медицине Simens, Тошиба и др.), выпускающих конечный продукт. С другой стороны, рынки, связанные с применением ядерных технологий, всегда находятся под жестким регулированием государства как через нормативы, так и через прямой государственный заказ.
У российских малых компаний нет никаких понятных ходов встраивания в деятельность, которую ведут крупные компании, и попадания на государственные рынки.
Это именно та связка, которую нужно выстраивать - взаимодействие малых компаний и крупных игроков, малых компаний и государственных рынков.
- У нас сейчас модная тема безопасности в ядерной сфере. Не планируете и ее коснуться?
- Вот как раз безопасность и будет для нас приоритетом в 2012 году. Для рынка безопасности в нашем кластере есть целая группа разработок. В этом году мы провели ряд предварительных дискуссий с представителями этого сектора, в частности в рамках форума "Интерполитех", и видим их интерес в инновационных продуктах. 20 декабря мы на коллегии МЧС будем рассказывать о своих разработках в сфере безопасности. Темой обсуждения у них будет "Безопасный город". Еще одна линия - использование досмотровых систем для обеспечения контроля товаров, проходящих через границу.