11 марта 2011 года на японской АЭС «Фукусима-1» произошла тяжелая авария, поставившая под сомнение развитие всей мировой атомной индустрии. Российские специалисты, обладающие уникальным чернобыльским опытом, с самого начала драмы в Японии начали выдавать прогнозы развития событий. С момента разрушения АЭС «Фукусима-1» прошло уже ровно два года. Директор Института проблем безопасного развития атомной энергетики, член-корреспондент РАН Леонид Александрович Большов рассказал РИА Новости о том, сбылись ли прогнозы отечественных ученых по фукусимским событиям, какие ошибки допустили японцы, ликвидируя последствия аварии, и что будет с разрушенной станцией в будущем.
— Как только драма в Японии начала разворачиваться, потребовались долгосрочные и краткосрочные прогнозы – что же там на этой АЭС будет происходить? ИБРАЭ стал одним из главных центров оценки событий на атомной станции не только внутри России, но и в мире. Насколько сбылось все то, что вы тогда предсказывали?
— В том, что касается краткосрочного прогноза, с ним что хорошо — он либо очень быстро подтверждается, либо не подтверждается. В случае с Фукусимой он подтвердился на 100%, были даны правильные рекомендации. К этим рекомендациям прислушались руководители отрасли и государства, и истерию радиофобии, которая могла бы подняться в нашей стране, как в свое время в СССР после ЧАЭС, в России удалось сбить в самом начале. Это тот случай, когда испытываешь гордость за державу, за отлично сработавшие системы прогнозирования и предупреждения Росатома и МЧС. В атомной госкорпорации было оперативно принято решение еще раз проверить все российские атомные станции, повысить безопасность АЭС, провести стресс-тесты, закупить дополнительное аварийное оборудование.
Что же касается японской истории, то здесь чувство обиды и неудовлетворенности, оно как возникло в самые первые дни аварии, и так и не оставляет. Великая страна на клочке каменистой земли построила богатейшее государство. Японский народ в момент землетрясения продемонстрировал очень высокий моральный дух и благородное поведение, и я как восхищался, так и восхищаюсь им.
Но одновременно испытываю глубокое сожаление по поводу того, как сегодня развиваются события по предсказанному еще назад два года сценарию. Предсказанному именно для того, чтобы его избежать! Но увы, нам не удалось удержать японских коллег от повторения наших собственных ошибок по ЧАЭС. На все грабли, на которые наступили мы в 1990-х годах, ликвидируя последствия аварии на Чернобыльской АЭС, наступили и в Японии. Власти в Токио перепугали народ своими совершенно необдуманными действиями по чрезмерной реакции на аварию, крайне жесткими нормами по очистке территории и эвакуации населения и невозвращения людей в свои дома. Прошло два года с аварии и, к сожалению, понятно, что в Японии совершены все те необратимые шаги, которые привели к тому, что данную историю придется, к сожалению, расхлебывать длительное время всему мировом сообществу.После ЧАЭС в СССР приняли решения, которые полостью соответствуют представлениям мировой науки по защите от радиации. По рекомендации Всемирной организации здравоохранения, при радиационном загрязнении территории до 20 мЗв делать ничего не надо, и можно спокойно жить. Этот вывод был буквально выстрадан мировым сообществом, проверен на Чернобыльской аварии. Но он был полностью проигнорирован в Японии. Я понимаю японцев. Их маятник сначала качнулся в сторону безопасности, к тяжелым авариям.
Ведь до Фукусимы в Японии отношение к тяжелым авариям было очень поверхностным. И когда это произошло, наступил период полной растерянности, никто не смог принять быстрых и точных решений. Японские власти загнали страну в тупик, перепугав людей слишком крутыми контрмерами, и в такой напряженной ситуации побеждает миф, что все хуже, чем есть и чем то, что говорят официальные органы. Но я также понимаю, что нельзя переусердствовать с контрмерами, нужно скорее возвращать обратно народ, нельзя идти на чрезмерные компенсации, это контрпродуктивно. Нужно нормализовывать жизнь на территориях вокруг станции.
Нужно приучать население, что жить при разумных уровнях радиации, подтвержденных мировой наукой, совершенно безопасно. А токийские власти поставили крайне затратную и практически не выполнимую задачу — вычистить все в зоне загрязнения до уровня в один миллиЗиверт. На что я уверен, не хватит ВВП даже этой богатейшей страны.
— Власти остановили большинство АЭС в стране пытаясь успокоить панику. Это означает конец истории «мирного атома» в Японии по типу Германии?
— Уверен, возвращение Японии к использованию АЭС неизбежно. Ведь страна без природных ресурсов и обременять экономику привозным топливом, ну это даже японский бюджет не выдержит. Шаги японской комиссии по ядерному регулированию, в том числе разработка новых правил безопасности, проверка каждой станции, они конечно разумные, но, к сожалению, совершаются в условиях, когда потеряно доверие общественности и поэтому восстановление работы даже части АЭС будет происходить с очень большим трудом. Промышленности придется нести дополнительные расходы. Доля АЭС в энергобалансе страны через несколько лет будет ниже, чем могла бы быть, и цена этого — дополнительная нагрузка на экономику и нарушение жизнедеятельности большого количества населения. Моральный удар по обществу.
— То есть, фактически, основные последствия любой ядерной аварии – экономические, и даже Японию это не обойдет?
— На протяжении долгих лет после ЧАЭС мы в ИБРАЭ были одними из немногих, кто пытался достучаться до умов руководителей атомных компаний, правительственных органов, объясняя, что основные последствия даже самых тяжелых аварий не медицинские, не загрязнение окружающей среды. Это все факторы менее значительные. А факторы наиболее значительные, на порядок более существенные — социально-экономические, психологические, политические последствия. Рад, что у нас в понимании данной картины появились совсем недавно очень мощные союзники. В декабре 2012 года в Вашингтоне прошел первый семинар, где американское общество инженеров-механиков представило доклад группы, анализировавшей перспективные системы обеспечения безопасности в процессе эксплуатации энергии «мирного атома». Основной вывод доклада полностью соответствует нашему чернобыльскому опыту и говорит о том, что главная цель обеспечения безопасности — избежание мощных социально-экономических и политических встрясок всего общества при любом заметном ядерно-радиационном инциденте. Объяснять, что все было не так страшно после того как переполошили большое количество народа, это уже не на уровне рациональных аргументов. Добавлю, что реакция промышленности на сам доклад была исключительно острая. Но я увидел, как происходит некая самоорганизация внутри атомной отрасли, осознание того что паника для нас есть самая серьезная реальная угроза и нам не надо дожидаться пока регуляторы введут драконовские меры.
— Почему все-таки японцы не учли чернобыльский опыт? Потому что его предлагала Россия?
— Да, они не учли чернобыльский опыт. Но дело здесь не в России. Все мировое сообщество, в том числе наши коллеги из Франции и США обращали их внимание на то, что с реабилитацией территории, критериями отселения людей нужно быть аккуратнее. Нельзя сказать, что японцы просто отворачивались от опыта ЧАЭС. Спустя полгода после аварии начался поток делегаций японских специалистов, которые приезжали к нам, в другие организации, участвовали в разных форумах, собирали информацию, ее переваривали. Но у меня такое впечатление, что это как джинн, выпущенный из бутылки — они приняли неправильное решение, и изменить его пока так и не удалось.
— Понятна ли ситуация с блоками Фукусимы? Какова судьба станции, что с ней будут делать? Как думаете, японские специалисты обратятся к нам за опытом «Укрытия», которое мы успешно возвели над четвертым блоком ЧАЭС, безопасно спрятав его на долгие десятилетия?
— Японские специалисты методично включились в работу по расчистке каждого блока, по созданию техники для удаленного контроля и операций на расстоянии. Надо отдать должное, — японские инженеры великолепные, они свезли или разработали кучу всякой техники на площадку АЭС. Они набирают свой большой и уникальный опыт. Конечно, какие-то работы на АЭС можно было бы сделать быстрее. Глядя на второе «Укрытие» на ЧАЭС можно сказать, что возможно наши специалисты справились бы с возведением подобных объектов на разрушенных блоках японской АЭС за меньшее время и за меньшие деньги. Но я не думаю, что японцы будут обращаться к нашим инженерам за помощью. Все-таки, с одной стороны национальная гордость, с другой совершенно понятное желание получить заказ на работы в условиях, когда промышленность далеко не в лучшем состоянии и отдавать деньги на сторону для Токио не лучший выход.
Что касается станции, то она умерла. Хотя 5 и 6-й блоки в нормальном состоянии и их вполне можно было бы запустить, но если вспомнить, сколько блоков в Японии просто остановлены, будучи в полном порядке, то, что говорить про эти единственно целые энергоблоки Фукусимы? Если же говорить о том, что окончательно делать со станцией, то тут масса вариантов – к примеру, все разобрать для захоронения, или возвести саркофаги для каждого блока. Одно понятно, все эти работы будут стоить если не миллиарды, то сотни миллионов долларов по каждому погибшему блоку.