Украина и Южная Корея договорились об атомном сотрудничестве. Сеулу есть о чём рассказать Киеву, особенно в том плане, как нужно достигать самодостаточности в атомной энергетике.
Как сообщили электронному изданию AtomInfo.Ru в пресс-службе НАЭК "Энергоатом", 14 мая 2009 года президент украинского атомного ведомства Юрий Недашковский и глава южнокорейской компании KEPCO Сан-Су Ким (Ssang-Su Kim) подписали меморандум о взаимопонимании по проектам развития атомной энергетики на Украине.
В документе предусматривается расширение сотрудничества в сфере проектирования и сооружения АЭС, в том числе, совместные работы по подготовке ТЭО и строительству блоков. Специалистов НАЭК особенно привлекают такие реакторные проекты, как OPR-1000 и APR-1400.
К новому партнёру украинцев стоит присмотреться внимательнее. Южная Корея представляет собой уникальный пример в истории мировой атомной энергетики. Страна начинала с полной зависимости от иностранных поставщиков и за 30 лет, постепенно и шаг за шагом, прошла длинный путь от чистого импортёра к статусу самостоятельного атомного государства.
О достижении полной независимости в сфере реакторных технологий Сеул объявил в прошлом году. Далось это ему дорогой ценой - только за последние семь лет одной из южнокорейских компаний (Doosan Heavy & Industries) пришлось инвестировать в собственные разработки около 80 млн долларов.
Зато теперь Южная Корея свободна от всех лицензионных ограничений, установленных для неё американской компанией "Вестингауз" и французскими фирмами, и может предлагать свои реакторные технологии не только на внутреннем, но и на внешнем рынке.
Что особенно интересно, корейцы сумели при этом сохранить хорошие отношения с американцами. Из бывшей пары "продавец-покупатель" родилась прочная связка партнёров, и вот уже "Doosan" будет помогать "Вестингаузу" выпускать оборудование для китайских AP-1000.
По топливному циклу Южная Корея строжайшим образом следует неформальным рекомендациям мирового сообщества. Уран для своих реакторов страна покупает в Канаде и Австралии, его обогащение производится на предприятиях AREVA, URENCO и Росатома. В то же время, фабрикация топлива полностью локализована.
Иными словами, Сеул демонстративно отказывается от развития чувствительных технологий и в подтверждение своих добрых намерений раскрыл в 2004 году содержание прошлых экспериментов пятёрки южнокорейских учёных, сумевших получить в лабораторных условиях несколько миллиграммов плутония. Но все остальные части топливного цикла, которые не подпадают под пристальное внимание МАГАТЭ, давно получили в Южной Корее местную прописку.
Из двух южнокорейских реакторных проектов, заинтересовавших Украину, неплохие перспективы на будущее имеет APR-1400. Эта мощная модификация водяных реакторов под давлением в настоящее время уже строится на АЭС "Шин-Кори". В октябре 2008 года на этой площадке начато сооружение блока №3 с APR-1400, а его сдача в коммерческую эксплуатацию должна произойти в 2013 году.
Что касается OPR-1000, то это так называемый оптимизированный стандартный тысячник, ранее известный как KSNP/KSNP+. В Южной Корее он надёжно эксплуатируется на шести энергоблоках, и большой интерес к нему проявляют на азиатских рынках.
Таким образом, сотрудничество с Сеулом может стать для Киева чрезвычайно полезным. И самое главное для украинских атомщиков и их руководителей - такая кооперация даст им возможность из первых рук ознакомиться с опытом получения реальной независимости в атомной сфере, причём достигнутой без крупных конфликтов и без разрыва давних исторических связей со своими первыми поставщиками.