Какие медицинские открытия навредили пациентам и медицине, почему преподавателя-физика студенты взяли в заложники, как правильно читать Набокова и Фаулза и какие мутации одновременно полезны и вредны, узнали зрители научно-популярного ток-шоу «Что пошло не так?» 1 июля. С обсуждения ошибок в науке, восприятии информации и генных мутаций начался фестиваль науки «КСТАТИ: движение», который организовал Информационный центр по атомной энергии (ИЦАЭ) Владимира при участии центра современной культуры «Флигель» и администрации города Владимира.
Тему медицинских открытий, которые оказались бесполезны или вредны для пациентов, раскрыл Алексей Водовозов, военный врач, токсиколог, научный журналист и медицинский блогер. Например, Антонио Каэтану ди Абреу Фрейри получил Нобелевскую премию «За открытие терапевтического воздействия лейкотомии при некоторых психических заболеваниях», из-за чего лоботомия – так стали называть эту операцию впоследствии – приобрела высокую популярность. Только в США было сделано более 40 000 таких операций. Но вред от них оказался гораздо выше, чем польза от снижения уровня агрессии у буйных пациентов – у большинства прооперированных практически полностью утрачивались когнитивные функции.
«Отказ от лоботомии произошёл в том числе благодаря изобретению нейролептиков, которые оказывали похожее воздействие, но без операционного вмешательства. Впоследствии во многих странах лоботомия была запрещена законодательно», — прокомментировал эксперт.
Ещё один миф, родившийся в результате некорректно поставленного эксперимента – это вред холестерина. «Эксперимент провёл выдающийся русский учёный Н.Н. Аничков. Кроликов кормили молоком и яйцами, и у них в большом количестве образовывались холестериновые бляшки. В чём неправильность? Кролики – травоядные животные, и такая диета для них вредна по умолчанию. Но в итоге только в 2014 году было доказано, что вред холестерина сильно преувеличен. Из-за неправильной обработки сырых данных по эксперименту с холестерином медицина 40 лет шла по неправильному пути», — объяснил Алексей Водовозов.
О том, как желание создать проектную деятельность для студентов привело к тому, что преподавателя взяли в заложники, рассказал Роман Лаас, директор института развития инженерного образования Томского политехнического университета, кандидат технических наук и автор цикла видеороликов о ядерной физике на канале «SciOne» Роман Лаас.
«Я сам учился в политехе на специальности «Безопасность и нераспространение ядерных материалов» и выбрал направление «Физическая защита», которая занимается обеспечением безопасности ядерных объектов. Когда я начал преподавать, я понял, что наши задания оторваны от жизни. Нельзя взять план настоящей АЭС и продумать, как теоретически можно на неё пробраться и что-то испортить», — начал свою историю Роман.
В качестве эксперимента Роман Лаас объявил группе, что китайский чай – это ядерный материал, а студенты должны разработать правила учёта и контроля, хранения и обращения с игровым «ядерным материалом». Кроме того, половина группы занималась разработкой алгоритма защиты «ядерного материала», а вторая половина пыталась преодолеть систему защиты и его украсть.
«В итоге та часть группы, которая играла роль злоумышленников, поняла, что у них ничего не получается, и они решились на отчаянный шаг. Заходят ко мне два студента, один из них говорит: «Роман Александрович, вы в заложниках! Я хочу зачёт!» — и берёт пластиковый нож. Я успел написать другой части группы, что меня взяли в заложники, но потом у меня забрали телефон. Ситуация приняла комический характер, но в итоге «захватчики» выбросили мой чай в окно – то есть по условиям игры «осуществили вынос ядерного материала за пределы охраняемого объекта». И в результате получили зачёт автоматом, как я и обещал. Вот так я пытался внедрить проектное обучение», — рассказал Роман Лаас.
Что такое «ненадёжный рассказчик» как литературный приём, объяснила владимирцам книжный блогер Дарья Корсунская на примере «Лолиты» Владимира Набокова и «Коллекционера» Джона Фаулза.
«Между автором и читателем существует негласный договор, что рассказываемое в книге – это серьёзная и достоверная информация. А ненадёжный рассказчик – это чаще всего персонаж, от лица которого ведётся повествование и который искажает реальность или восприятие событий, описанных в книге. Например, Миранду многие читатели считают вздорной самоуверенной особой, которая капризничает. «Ведь он приносит ей курицу, включает музыку, которая ей нравится, что ей ещё надо?» — такое мнение часто можно увидеть среди популярных отзывов на роман. Но при этом читатели упускают из виду, что Фредерик Клегг лишил её главного – свободы, и что это, по сути, философский роман о социальном неравенстве и борьбе между необразованной толпой и интеллектуальной элитой», — пояснила Дарья Корсунская.
Тему одновременно полезных и вредных мутаций раскрыл биолог Александр Панчин. «Антагонистическая плейотропия – мутация, которая полезна в один период времени и вредна в другой. Например, с точки зрения эволюции все болезни, которыми болеют люди после прохождения ими активного детородного периода, не значимы, потому что они выполнили свою главную задачу – дали потомство», — объяснил Александр.
Оказалось, что люди с болезнью Хантингтона реже болеют раком, а серповидноклеточная анемия повышает устойчивость к малярии.
«Эволюция не про то, чтобы сделать гармоничного человека. Она про эффективное размножение. У эволюции нет цели, на неё не нужно смотреть как на процесс, который стремится к совершенству. Природа бездумна, она ничего не может предугадать, а действует методом проб и ошибок», — прокомментировал эксперт.
После выступлений экспертов зрители почти час задавали вопросы. Так, например, отвечая на вопрос об урановых «хвостах», Роман Лаас пояснил, что Россия ввозит ценное сырьё, которое умеет перерабатывать, поэтому экономически это выгодно, а с точки зрения обеспечения безопасности Росатом – одна из самых надёжных компаний. Заинтересовала зрителей и технология редактирования генома CRISPR/Cas9, а также её практическое применение. Александр Панчин объяснил, что учёные нашли способ сделать редактирование генома более точным, а Алексей Водовозов добавил, что сейчас CRISPR/Cas9 используют при лечении генетических заболеваний, «когда хуже уже точно не будет», например при врождённой слепоте.