Ашот Саркисов: соглашение 123 - шаг вперёд

Президент США Барак Обама 10 мая направил на ратификацию в Конгресс договор о сотрудничестве с Россией в области мирного использования ядерной энергии (так называемое «соглашение 123»), сообщает пресс-служба Белого дома. Это соглашение в сентябре 2008 года было отозвано из Сената тогдашним президентом Джорджем Бушем-младшим после войны в Южной Осетии. По мнению действующего американского президента, выполнение соглашения 123 не несет риска для безопасности и обороноспособности США. В письме, направленном Бараком Обамой госсекретарю, министру энергетики и членам Конгресса, говорится, что «глубина и охват российско-американского сотрудничества по Ирану достаточны для того, чтобы обоснованно передать в Конгресс проект соглашения». Американский президент отметил, что ситуация в Грузии больше не служит препятствием для заключения договора.

Ашот Саркисов, Институт проблем безопасного развития атомной энергетики (ИБРАЭ) РАН, советник РАН:
Это соглашение является очень серьезным шагом вперед, причем и в идеологическом, и в практическом смысле. И понятно, почему американцы так долго тянули. Получился очень взвешенный и совершенно равноправный во всех аспектах документ, и здесь содержатся утверждения, которые, я предполагаю, им не совсем приятно произносить. Поэтому в 2008 году после грузинских событий они его и не утвердили: посчитали, что это соглашение − уступка с их стороны. И даже сегодня раздаются голоса, которые говорят об этом. Я уступки никакой не вижу, это абсолютно равноправное соглашение, без которого нам очень сложно сотрудничать. Разумеется, и до него сотрудничество было − и в двусторонних, и в многосторонних форматах. В качестве примера я бы привел весьма успешное сотрудничество по усовершенствованию физической защиты ядерных материалов, особенно на объектах военно-морского флота, а также по утилизации выведенного из эксплуатации атомного флота. Другой пример − многолетнее сотрудничество нашей Российской Академией Наук и Национальной Академии Наук США по проблемам нераспространения. Но это лишь отдельные примеры. А ведь наравне с этим было и очень много препятствий и срывов в сотрудничестве, связанных с отсутствием рамочного соглашения и соответствующей юридической базы. Приведу лишь один, но весьма показательный пример. Мне его напомнил наш академик Николай Николаевич Пономарев-Степной. Он в свое время организовал демонстрацию в Америке совершенно уникальной инновационной разработки − реактора для космических целей «Топаз». Причем туда он установку привез без проблем, а когда испытания закончились, то вывезти ее не позволили − мол, по закону США они не могут дать разрешения на вывоз ядерных установок. Пришлось за разрешением обращаться к тогдашнему президенту Америки Бушу. После ратификации соглашения таких юридических казусов быть не должно. Кроме того, хочу обратить внимание на следующие важные моменты в этом документе. В соглашении подчеркивается ведущая роль Российской Федерации и США в области разработки и использования современных энерготехнологий. Также в Соглашении подчеркивается, что именно с ядерной энергетикой как наиболее чистым и неисчерпаемым энергетическим источником, связано будущее снабжение человечества электричеством и теплом. Важно и то, что в этом соглашении признается приоритетная роль обеспечения безопасности, без гарантированного и приемлемого уровня которой атомная энергетика не может развиваться. Так же, как, собственно, без защиты населения и окружающей среды. Могу сказать, что здесь учитываются интересы обеих сторон, и никакой дискриминационной составляющей я не вижу. И еще об одном важном моменте, упоминаемом в Соглашении – оговариваются согласованные действия обеих сторон в оценке экологических последствий использования атомной энергетики.

В целом этот документ произвел на меня позитивное впечатление. Я считаю, что открывается новая страница в отношениях наших стран, которые, как написано в соглашении, занимают передовые позиции в области развития ядерных технологий. Теперь недоразумений, которые были раньше, быть не должно. Все трудности и шероховатости полностью не снимутся, конечно, никогда, так как мы представляем два разных государства, две разные экономические системы, которые конкурируют друг с другом на мировом ядерном рынке. И очень важно, что в соглашении подчеркивается именно общность наших интересов, целей и обоюдной ответственности.