О планах по подъему затопленных в Арктике радиоактивных отходов вновь заговорили в «Росатоме». На то, чтобы поднять наиболее опасные из них, может потребоваться около восьми лет, на днях заявили в госкорпорации. Первыми могут стать подлодки К-159 и К-27 — ранее о том, что поднимать их необходимо в первую очередь, говорила и международная комиссия с участием российских специалистов, изучавшая советское атомное наследие на протяжении последних четырех лет. Подробнее о планах и перспективах по его утилизации — в материале «Известий».
«Кит» на дне
В «Росатоме» сообщили о планах по подъему нескольких наиболее опасных радиоактивных объектов, затопленных в водах Арктической зоны Российской Федерации. В том числе речь идет о подводных лодках К-27 и К-159 («Кит»), судьба которых обсуждалась на протяжении последних десятилетиий.
О том, что на работы по подъему может уйти не менее восьми лет, в госкорпорации рассказали в понедельник, 3 августа. Всего, по данным специалистов, в Арктической зоне было затоплено около 17 тыс. (согласно реестру затопленных объектов, который ведется МЧС РФ) или 18 тыс.(данные приводятся «Росатомом») таких объектов. При этом наиболее опасными, по мнению экспертов госкорпорации, остаются около 5% из них.
— Согласно оценкам исследований, около 95% объектов из 18 тыс. затопленных пришли в безопасное состояние естественным путем, они заилены и уровни гамма-излучения вокруг них соответствуют естественным фоновым показателям. Для оставшихся 5% (1 тыс. объектов) характерны более высокие уровни гамма-излучения. Наибольшую опасность могут представлять шесть объектов из этой тысячи, а именно реакторы с ОЯТ (отработавшим ядерным топливом. — Ред.) подводных лодок К-11, К-19 и К-140, две целые подводные лодки К-27 и К-159 и отработавшее топливо из реактора ледокола «Ленин» — содержат больше чем 90% суммарной активности затонувших объектов, — цитирует ТАСС сообщение госкорпорации.
Большая часть этих объектов (в частности, лодка К-27, реакторы с отработанным ядерным топливом и фрагменты ледокола «Ленин») находятся в районе Новоземельской впадины, которая ранее использовалась как ядерный могильник из-за своей относительной изолированности от основной акватории Ледовитого океана.
— Считаем необходимым поднять все шесть объектов, включая К-159 и К-27. Поднятие всех шести объектов, их безопасная транспортировка на место утилизации и подготовка их к длительному хранению займет не менее восьми лет, — отметили в госкорпорации.
Первыми в «Росатоме», скорее всего, попытаются поднять подводную лодку К-159 и К-27, затопленную недалеко от Новой Земли, полагает Александр Никитин, генеральный директор экологического правового центра «Беллона», принимавший участие в совещаниях, посвященных ситуации с затопленными радиоактивными отходами.
— К-159 не была затоплена, она затонула на входе в Кольский залив, на переходе на завод, где ее должны были утилизировать. С точки зрения экспертов, она представляет наибольшую опасность, поскольку ее реакторы не были подготовлены к затоплению. Вторая лодка, К-27, была затоплена в свое время после аварии, — объясняет собеседник издания.
Построенная в начале 1960-х и затопленная в 1982-м, К-27 — единственная, построенная по проекту 645ЖМТ, с жидким металлом в качестве теплоносителя. Она была выведена из состава флота в 1968 году после радиационной аварии, в ходе которой погибли девять членов экипажа.
Эта лодка была подготовлена к затоплению, однако, поскольку в ее реакторах находится высокообогащенное ядерное топливо, эксперты опасаются, что случайная разгерметизация реакторов, если она произойдет, и попадание топлива в воду могут быть «чреваты серьезными неприятностями для экологии Арктики», указывает Никитин.
К-159 типа «Кит» затонула уже после перестройки, в 2003 году. Она стала последней из затонувшей в этих водах подводных лодок среди тех, которые остаются до сих пор не поднятыми.
Расчистка Севморпути
Радиоактивные отходы составляют важную часть так называемого накопленного экологического урона (НЭУ), сформировавшегося в Арктике. О необходимости очистить территорию АЗРФ от мусора и неиспользуемых объектов, в больших количествах копившихся там с начала промышленного и военного освоения этих территорий в начале прошлого столетия, говорилось в том числе в Стратегии развития АЗРФ, утвержденной президентом Владимиром Путиным в 2013 году на срок до 2020 года.
Согласно выводам исследования, выполненного Институтом безопасного развития атомной энергетики (ИБРАЭ) РАН, в арктических водах сейчас затоплены три атомных подводных лодки, пять реакторных отсеков, один ядерный реактор с АПЛ, 19 судов с радиоактивным топливом на борту, более 700 радиоактивных конструкций и 17 тыс. контейнеров с атомными отходами. Большое количество наиболее опасных и крупногабаритных объектов сосредоточено в районе Новой Земли, где в советское время действовал полигон по испытанию ядерного оружия.
Согласно другому исследованию, выполненному специалистами Научно-исследовательского института по проблемам гражданской обороны и чрезвычайных ситуаций МЧС РФ и опубликованному в 2013 году в сборнике ИБРАЭ РАН, сложившаяся там экологическая ситуация из-за этих отходов оценивалась как кризисная.
Ситуация с некоторыми объектами беспокоит в том числе и международных экспертов — в частности, это касается лодки К-159, которая лежит недалеко от границы Норвегии.
Вопрос с подъемом К-159 озвучивался руководством ВМФ вскоре после ее затопления. В начале 2010-х годов об этом говорили и в «Росатоме». Еще раньше обсуждалась эта тема в отношении К-27.
Рост интереса к этой теме сейчас связан с перспективами освоения АЗРФ, отмечает Александр Никитин.
— Тогда Россия намного меньше внимания уделяла перспективам развития АЗРФ, которые оказались в фокусе сейчас. Сейчас есть госпрограмма, есть планы по использованию Севморпути, и очевидно, что для этого эту акваторию необходимо чистить, — отмечает он.
В России есть примеры успешных кейсов по решению таких задач, однако утилизация и захоронение ядерных отходов — во многом «вопрос не политической воли, а экономических возможностей», напоминает Борис Моргунов, директор Института экологии НИУ ВШЭ.
— Таких объектов десятки сотен, стало быть, финансирование будет исчисляться десятками млрд рублей. Для старта, безусловно, должна быть разработана дорожная карта с оценкой негативного потенциала, — подчеркивает эксперт.
Какие-то объекты станут опасными через пять лет, другим потребуется 15–20 лет, поэтому план утилизации должен содержать подробный анализ рисков, указывает собеседник издания.
Планы на подъем
Анализ советского ядерного наследия, захороненного на дне арктических морей, с 2016 года проводила международная группа экспертов. В задачи специалистов в том числе входило формирование плана, которым можно было бы руководствоваться при подъеме тех или иных объектов. Свои выводы они представили в Москве в конце декабря 2019-го. Тогда же эксперты выделили АПЛ К-27, К-159, реакторы лодок К-11, К-19 и К-140 и захороненное топливо с ледокола «Ленин» как наиболее опасные объекты. На результаты этого проекта ссылался и «Росатом».
О том, что госкорпорация претендует на статус организации, ответственной за подъем затонувших в арктических водах атомных судов, стало известно в июле 2020-го.
— В 2020 году была завершена разработка технико-экономического исследования по безопасному обращению с затопленными объектами. В четырехлетнем проекте участвовал международный консорциум по контракту между Еврокомиссией и итальянской компанией Sogin. Эксперты создали базу данных затопленных объектов, оценили их опасность, а также объем финансирования и сроки проведения работ, — сообщили в «Росатоме» по итогам заседания очередной совместной российско-норвежской комиссии по защите окружающей среды.
По подсчетам участников международного проекта (в него входил в том числе консорциум с участием специалистов ИБРАЭ РАН), подготовительный этап, включая подводные исследования, проектирование и строительство судна для подъема АПЛ, продлится до 2026 года. Поднять К-159 планировалось к 2028 году, К-27 — к 2031-му, оставшиеся объекты — до 2032 года.
Ранее эксперты указывали, что общая стоимость работ по К-159 может составить €57,5 млн, по К-27 — €47,7 млн. В «Росатоме» ориентировочную стоимость работ не называли.
В конце июля 2020-го посол по особым поручениям МИД РФ Николай Корчунов, комментируя ситуацию в российской Арктике, также отмечал перспективность международного сотрудничества в сфере утилизации ядерных отходов, опираясь на опыт сотрудничества в рамках природоохранного партнерства «Северного измерения». При этом работы финансируются Европейским банком реконструкции и развития и участниками проекта, в том числе «Росатомом».
Трудность заключается в том, что в России нет подходящего для этих целей флота. С точки зрения технологической возможны два пути, полагает Александр Никитин: в первом случае речь будет идти о контракте с частной компанией, обладающей необходимой техникой, которая выполнит работы по подъему и затем передаст подлодки российской стороне для утилизации (по аналогии с К-141 «Курск»).
Во втором — российская сторона сама будет проектировать и строить судно, способное выполнить подобные работы. Однако этот путь, по мнению эксперта, будет намного более сложным и долгосрочным.
«Известия» обратились в «Росатом» с вопросом о том, в какие сроки могут быть начаты работы и каким может быть механизм их финансирования. В частности, планируется ли реализовывать проект по подъему АПЛ в рамках международного партнерства.