18 октября 2010

В стиле латина

 

А знаете ли вы, что в Соединённых Штатах действует всего одна атомная электростанция? Невероятно, но факт. Потому как речь идёт о Мексиканских Соединённых Штатах — самой молодой ядерной державе Нового Света. Однако факт и в том, что атом прочно обосновался в Латинской Америке, причём не только в Мексике.

Развитие ядерной энергетики в Латинской Америке пока не самая большая глава в её мировой летописи. Но небезынтересная. Здесь переплелись и региональное соперничество, и попытки выйти за пределы мирного использования атома, и самые разные проекты — удачные и не очень. Сегодня можно говорить о том, что соперничество уступило место сотрудничеству, начало которому положило Гвадалахарское соглашение между Аргентиной и Бразилией об использовании атомной энергии исключительно в мирных целях, подписанное в 1991 году. Отвечающий духу договора Тлателолко, этот документ нашёл свою реализацию, в частности, в создании Бразильско-Аргентинского агентства по учёту и контролю ядерных материалов, взаимодействующего с МАГАТЭ. Становление национа льных атомных промышленно-энергетических комплексов в странах Латинской Америки связано с их стремлением укрепить независимость своей экономики и приобрести больший вес не только в региональном, но и в планетарном измерении. Свои особенности имеет и интеграция ядерных усилий этих государств.

АТОМНОЕ ТАНГО

Правительство Аргентины задумалось об овладении ядерной энергией ещё в конце 1940‑х годов — благо, тому способствовало переселение в страну немецких учёных, ранее работавших над урановой проблемой на родине. В 1950 году здесь создали Национальную комиссию по атомной энергии (CNEA), которая возглавила исследовании в этой области. Планы были вполне амбициозными и преследовали цель обзавестись как атомной энергетикой, так и предприятиями ядерного топливного цикла. В середине 1950‑х годов в стране началась добыча урана, запасы которого ныне оцениваются показателем от 15 до 55 тыс. т. До закрытия последнего из семи урановых рудников в 1997 году по соображения экономического характера, Аргентина получала 2509 т урана ежегодно. В настоящее время комиссия CNEA рассматривает возможность возобновления разработки рудников Sierra Pintada и Don Otto. Вслед за запуском промышленной добычи урана стартовало сооружение исследовательских ядерных реакторов — первые четыре из них появились в 1958–1972 году, причём, что примечательно, только один поступил из США, остальные были продуктом собственных инженерной мысли и атомного машиностроения. Сегодня под эгидой CNEA и других организаций в Аргентине действуют пять исследовательских реакторов. Приобретя опыт создания таких реакторов и накопив вполне солидный багаж национальных изысканий в сфере ядерного топливного цикла, специалисты начали строительство атомных электростанций. Принципиальное решение об этом было принято в 1964 году. Первая аргентинская, она же первая в Латинской Америке, одноблочная АЭС Atucha‑1, которая находится в Лиме (115 км севернее Буэнос-Айреса), пущена в 1974 году. В соответствии с национальной стратегией развития ядерной энергетики на ней работает тяжеловодный реактор на природном уране электрической мощностью 357 МВт. Для станции использована технология немецкой фирмы Siemens. Вторую, тоже одноблочную, атомную станцию Embalse в провинции Кордоба (620 км от столицы) аргентинцы возвели, заключив контракт с итальянской компанией Italimpianti. Как и на Atucha‑1, реактор на ней установили тяжеловодный, но уже канадской Atomic Energy of Canada Ltd (AECL) — 648‑мегаваттный CANDU‑6. АЭС Embalse работает с 1983 года. Ныне на долю АЭС приходится около 7% электрогенерации в стране. Этого, как считают аргентинцы, мало, и в конце 1970‑х годов правительство распорядилось соорудить ещё четыре атомных энергоблока. В соответствии с решением в 1981 году началось строительство Atucha‑2 с сименсовским тяжеловодным реактором электрической мощностью 745 МВт, однако из-за проблем с финансированием оно изрядно затянулось — пуск ожидается в 2012 году. К четвёртому и пятому энергоблокам Аргентина намерена перейти после вступления в строй АЭС Atucha‑2. На них первоначально планировалось использовать канадские реакторы типа CANDU‑6, но увеличенной до 740 МВт электрической мощности. Однако в 2010 году руководство страны пожелало рассмотреть и другие предложения. Поэтому не исключено, что выбор может быть сделан в пользу не тяжеловодной, а водо-водяной технологии. На рынке её представляют США, Россия, Китай, Франция, Япония и Южная Корея. Кроме того, Аргентина сама разрабатывает водоводяной энергетический реактор CAREM для энергоблока упрощённой конструкции. Опытный прототип с 27‑мегаваттным реактором собирают в провинции Формоса, его пуск ожидается в 2014 году. В дальнейшем возможно сооружение уже промышленного энергоблока данного типа на 100–300 МВт. Не избежала Аргентина и искушения создать собственное ядерное оружие. К 1973 году на экспериментальной радиохимической установке было получено около килограмма плутония, а в последующем началось строительство комплекса по переработке облучённого ядерного топлива АЭС с извлечением плутония и газодиффузионного завода по обогащению урана. Это были серьёзные шаги на пути реализации ядерной оружейной программы, предусмотренной секретной директивой 3183 от 1977 года — тогда у власти находилась военная хунта. От такой затеи Аргентину «отговорили» англичане, одержавшие верх в быстротечном конфликте 1982 года из-за Фолклендских островов. Власть, потерпевшая фиаско, была смещена, и ядерная программа оказалась под гражданским контролем. В конечном итоге военную составляющую заморозили: обогащение урана и подготовка к переработке облучённого ядерного топлива была прекращена, и в части ядерного топлива для АЭС страна ориентируется на им- порт из США. В 1995 году Аргентина присоединилась к договору о нераспространении ядерного оружия, что, впрочем, вовсе не означает утраты потенциальной возможности его создания. Для этого есть и соответствующие технологии, и кадры. По некоторым оценкам, к моменту сворачивания военной ядерной программы до реализации её конечной цели — появления атомной бомбы — оставался всего один шаг.

УРАНОВЫЙ КАРНАВАЛ

Крупнейшее государство Латинской Америки — Бразилия — претендует на вхождение в клуб великих держав, и тут, понятное дело, не обойтись без развития собственных высоких технологий, включая ядерные. Причём длительное время это развитие происходило с оглядкой на аналогичные усилия Аргентины, с которой страна соревновалась за звание континентального лидера. Головная организация, отвечающая за координацию атомных усилий, — Национальная комиссия по ядерной энергии (CNEN). Ещё в первой половине 1950‑х годов бразильцы замышляли приобрести центрифуги для обогащения урана в Западной Германии. Однако этим планам не суждено было сбыться из-за противодействия США. Американцы предложили свою помощь в проведении исследований в области ядерной энергии и даже поставили три реактора для этих целей. Но родина ярких карнавалов не собиралась ограничиваться контактами по этой части со Штатами и предприняла попытки приобрести диффузионные урановые технологии и тяжеловодный реактор во Франции. И здесь бразильцев снова постигла неудача — французы отказались. Зато опять выручил «большой американский брат» в лице фирмы Westinghouse, чьим водо-водяным реактором электрической мощностью 640 МВт была оснащена первая в стране АЭС Angra, вступившая в строй в 1982 году (начало коммерческой эксплуатации — 1985 год). Расположена она в полусотне километров от Рио-де-Жанейро. В 2000 году вестингаузовский энергоблок дополнил второй энергоблок — Angra‑2, на котором используется водо-водяной реактор (1,35 тыс. МВт) немецкой Kraftwerk Union, то есть Siemens. Доля атомной генерации в общем энергобалансе около 3%. Angra‑2 должен был открыть широкую программу строительства бразильско-немецких атомных энергоблоков — всего, согласно подписанному в 1975 году с ФРГ соглашению, ожидалось возведение восьми единиц за 15 лет. Причём предполагалось использовать 90% оборудования бразильского производства на основе немецких технологий. Однако этому проекту из-за экономических трудностей сбыться было не суждено, а сам Angra‑2 заработал с огромным отставанием по срокам. Да и с «детскими болезнями» первого блока пришлось изрядно повозиться.

Тем не менее, сегодня на единственной АЭС уже сооружается третий энергоблок — близнец Angra‑2. Строительство, намечавшееся ещё на 1980‑е, началось в 2010 году, а сдача в эксплуатацию ожидается через шесть лет. Продолжение работ по Angra‑3 поручено французскому концерну AREVA. Правительство страны, несмотря на провалившуюся в целом бразильско-немецкую программу 1975 года, ныне полно оптимизма. В период 2019–2025 год запланировано ввести четыре новых атомных энергоблока-миллионника. В качестве «кандидатов» рассматриваются различные проекты с водо-водяными реакторами — АР‑1000 (Westinghouse), Atmea‑1 (AREVAMitsubishi) и российский ВВЭР‑1000. Бразилия владеет технологиями получения плутония из отработанного ядерного топлива, а в 2006 году в строй введена первая очередь предприятия по обогащению урана. Его запасы в стране значительны — 278 тыс. т. Сейчас добыча идёт только на руднике Lagoa Real, а два других — Pocos de Caldas и Santa Quitéria, не действуют, хотя есть намерения начать к 2012 году освоение последнего. В 1970–1980‑х годах Бразилия занималась тайной разработкой ядерного оружия по проекту «Солимоес». В амазонских джунглях была вырыта шахта, в которой предполагалось устроить подземное ядерное испытание. Как и в соседней Аргентине, эта программа осуществлялась в период нахождения у власти военных. Свои направления вели армия, флот и авиация. Учёные в рамках подпрограммы для ВВС даже успели создать ядерные заряды мощностью 12 и 30 кт, но до испытаний дело так и не дошло — после смены руководства государства «Солимоес» был свёрнут. В 1990 году ликвидировали шахту в Амазонии, причём в церемониальном формате — закрывать её приехал тогдашний президент страны Фернандо Коллор де Мело. Однако, как и в Аргентине, научно-технический и промышленный потенциал для изготовления ядерного оружия в Бразилии сохраняется. И, несмотря на присоединение в 1998 году к договору о нераспространении, военная ядерная программа здесь всё-таки реализуется — речь идёт о разработке АПЛ и реактора (прототип которого у бразильцев уже есть) для неё с технической помощью Франции. Идея заполучить собственную атомную субмарину возникла в 1970‑е годы, но финансовые проблемы повлекли в конечном итоге прекращение соответствующих многолетних изысканий. Возобновлены они были в 2007 году. Проект рассчитан на 12 лет, и имеются сведения, что строить подлодки Бразилия намерена совместно со своей бывшей «конкуренткой» Аргентиной. Так что сотрудничество в ядерной сфере, сменившее недавнее соперничество, выходит за мирные рамки.

РЕАКТОРЫ В СОМБРЕРО

В 1956 году в Мексике была создана Национальная комиссия по ядерной энергии, чья аббревиатура полностью совпала с бразильской — CNEN. Через 10 лет CNEN в кооперации с Федеральной электрической комиссией (СFE) приступила к проработке вопроса о выборе площадки под будущую атомную станцию. В последующем CNEN преобразовали в Национальный институт ядерных исследований (INEN) и Национальную комиссию по ядерной безопасности и защите (CNSNS). Сооружение АЭС Laguna Verde («Зелёная лагуна») началось в одноимённом местечке на берегу Мексиканского залива в 1976 году. Сейчас там действуют два энергоблока с американскими кипящими реакторами General Electric электрической мощностью по 682 МВт. Включение их в сеть состоялось в 1989 и 1994 году. Laguna Verde обеспечивает около 5% генерации в стране. Мексика богата углеводородами, на которые приходится порядка 70% производства электроэнергии (в том числе на газ — до 50%), но правительство страны взяло курс на снижение их доли в энергобалансе, равно как и угля. Иными словами, нужно строить новые атомные блоки — по самому «проядерному» сценарию, подготовленному СFE, их должно быть с десяток. Это покроет к 2028 году четверть национальной потребности в электроэнергии. Окончательное решение пока не принято, но развитие атомной энергетики Мексика рассматривает в ключе освоения экологически чистых источников. В этой связи и возник интерес к быстровозводимым энергоблокам средней мощности с легководным реактором IRIS (335 МВт) фирмы Westinghouse. Как известно, IRIS отвечает запросам «гибкой» применительно к выбору мощностей ядерной энергетики. Для развивающейся Мексики он заманчив прежде всего с точки зрения простоты и экономичности. Такие энергоблоки могут использоваться в качестве не только наработчиков энергии, но и как опреснители морской воды для нужд сельского хозяйства.

А ЧТО У СОСЕДЕЙ?

В своё время развивать атомную энергетику решила и Куба, однако сооружение АЭС Juragua c двумя блоками, оснащёнными советскими водо-водяными реакторами ВВЭР‑440 (по 440 МВт), начатое в 1983 году, так и не было завершено. Причина — неплатёжеспособность Острова свободы. Что, конечно, печально, ведь только первый блок по вступлении в строй обеспечил бы 15% потребности страны в электроэнергии. Изучают возможность обзавестись атомными станциями и другие латиноамериканские государства. О старте исследований в этой области заявил президент Венесуэлы Уго Чавес. Возможно, при реализации своих планов по развитию мирного атома венесу- эльцы прибегнут к нашей помощи. Кстати, в 2008 году в России с такими же намерениями побывала делегация Национального конгресса Чили, которую возглавлял председатель комиссии по горнодобывающей промышленности и энергетике Рикардо Нуньес. Обратиться к теме АЭС заставил намечавшийся кризис в национальной энергетике, вызванный проблемами с поставкой газа из Аргентины. Сенаторы побывали на крупнейшей в стране Балаковской атомной станции. Однако, по недавнему заявлению министра энергетики Чили Марсело Токмана, они пока не готовы к сооружению такого объекта. Этот шаг требует более широкого обсуждения и решения ряда процедурных вопросов, в том числе связанных с обеспечением безопасности. При благоприятном исходе строительство первой чилийской АЭС может начаться в 2018 году, а эксплуатация — ориентировочно в 2024‑м. Словом, перспективы для расширения «сферы влияния» в Латинской Америке у мирного атома весьма неплохие. А это означает, среди прочего, появление новых возможностей для укрепления экспортных позиций российских ядерных технологий. Нашей стране есть с чем выходить на здешний атомно-энергетический рынок.

 

СПРАВКА:

 

МЕКСИКА
Площадь — 1,9 млн. кв. км
Население — более 106 млн. человек
Производство электроэнергии — 210,6 млрд. кВт.•ч (2009 год)
Атомная генерация — 10,1 млрд. кВт•ч (2009 год)
АРГЕНТИНА
Площадь — 2,8 млн. кв. км
Население — 40 млн. человек
Производство электроэнергии — 109,3 млрд. кВт•ч (2009 год)
Атомная генерация — 7,6 млрд. кВт•ч (2009 год)
БРАЗ ИЛИЯ
Площадь — 8,5 млн. кв. км
Население — более 190 млн. человек
Производство электроэнергии — 443,2 млрд. кВт•ч (2009 год)
Атомная генерация — 12,9 млрд. кВт•ч (2009 год)