Южная Африка готова вернуться к своим планам по строительству новых АЭС, отложенным после начала глобального экономического кризиса. Но республику не устраивают докризисные предложения, которые были сделаны ей от лица компаний "Westinghouse" и AREVA. Не устраивают, в первую очередь, из-за высокой цены.
На поколение ниже
Американцы и французы долгое время чувствовали себя в ЮАР в полной безопасности, рассчитывая, что разыграют заказы на долгосрочное развитие атомной энергетики этой страны (вплоть до 20 новых блоков) исключительно между собой.
На первых этапах конкуренцию AREVA и "Westinghouse" пытался составить российский "Атомстройэкспорт", но россиян не допустили к стартовому тендеру на два блока - правда, пообещав вернуться к предложениям России попозже, при проведении последующих торгов.
Но теперь всё меняется. События в Эмиратах, где продвинутый, но чрезмерно "тяжёлый" проект EPR-1600 проиграл южнокорейскому APR-1400, доказали правоту тех аналитиков (в том числе, и из России), которые предсказывали возрождение интереса к реакторам второго поколения.
Новыми поставщиками реакторных технологий для ЮАР могут оказаться Южная Корея и Китай. Азиаты готовы продавать проекты, классифицирующиеся в качестве поколения II+. Речь идёт об экспортных модификациях реакторов APR-1400 и CPR-1000, соответственно.
В Претории у азиатских реакторов видят два основных преимущества по сравнению с AP-1000 и EPR-1600. Во-первых - а также, во-вторых, в-третьих, и так далее - это существенно более низкая цена. Ну и в-последних - огромный эксплуатационный опыт, накопившийся в мире по блокам второго поколения. У африканцев, если они решатся построить APR-1400 или CPR-1000, не будет недостатка в консультантах, умеющих надёжно эксплуатировать подобные установки.
Бессилие клонов
Оказывается, идея вернуться к поколению II для Южной Африки не нова. Ещё до кризиса, атомщики ЮАР обращались к группе AREVA с просьбой подготовить для использования в этой стране проект RSA-1000, иначе говоря, адаптированную под африканские условия версию CPR-1000. По разным причинам, на тот момент идея не получила развития.
По китайским данным, капитальные затраты на строительство китайских реакторов более чем в два раза ниже, чем затраты на сооружение AP-1000 и EPR-1600. Но, кроме многочисленных плюсов, у китайских аппаратов есть и минусы.
Например, в отличие от западных блоков, китайские установки требуют создания достаточно больших особых зон вокруг АЭС. Так, стандарты EUR требуют наличия вокруг станции только 800-метровой зоны "немедленной эвакуации" в случае ядерных инцидентов (emergency evacuation zone), в то время как китайцы для своих проектов исходят из гораздо больших цифр.
Для ЮАР проблема в этом случае будет заключаться в следующем. Выбор площадок под новые АЭС проводился в республике, исходя из требований EUR. Переход на китайские технологии автоматически приведёт к необходимости пересмотра площадок и внесения коррективов в их ОВОСы. Это работа долгая и дорогостоящая.
Единственное исключение - площадка в Кёберге, где уже действует первая и пока последняя АЭС на африканском континенте. Станцию здесь построили давно и по устаревшим на сегодня стандартам. Зона немедленной эвакуации составляет в Кёберге 5 км, а зона эвакуации "на всякий случай" - 16 км.
Попросить китайцев внести изменения в проект CPR-1000 с сокращением зоны эвакуации возможно - и это уже было сделано. Проблема в другом - в состоянии ли китайцы выполнить такую модификацию с соблюдением должной интеллектуальной чистоты?
Общеизвестный факт, что основу китайского мирного атома образовывают проекты-клоны. Владельцы оригинальных концепций будут терпеть китайские попытки усовершенствовать их детища, но только до тех пор, пока не страдают их финансовые интересы.
Ловушка для цены
Децентрализованная и лишённая единого государственного управления атомная отрасль Франции раздирается противоречиями. О них прекрасно осведомлены потенциальные заказчики, пытающиеся сыграть на внутрифранцузских конфликтах.
Южная Африка - не исключение. Африканские энергетики выходили с предложением к компании EDF построить в ЮАР блоки с CPR-1000, но при французском (а именно, EDF) участии. Появление в проекте французов позволило бы снять множество ограничений по интеллектуальным правам - не стоит забывать, что EDF выступала как архитект-инженер для французских блоков, с которых впоследствии были клонированы CPR-1000.
В компании EDF предложение Южной Африки восприняли на ура и как новую возможность насолить своим злейшим врагам из атомной группы AREVA. Но от нового скандала французскую атомную отрасль спасло прямое вмешательство администрации президента. В Париже постановили, что EDF не имеет права продвигать в ЮАР китайские технологии в ущерб интересам AREVA.
Запрет на африканский альянс EDF и Китая имеет и другую сторону. Франция добивается всеобщей глобальной стандартизации норм безопасности для атомных энергоблоков на основе французских требований и подходов. Китайские клоны таким требованиям не удовлетворяют, и казалось бы странным, что французская компания работает с проектом, который никогда не мог бы быть построен во Франции.
Одна из претензий к CPR-1000, равно как и к APR-1400 и другим подобным проектам, широко известна. У этих реакторов отсутствует ловушка расплава активной зоны. В EPR-1600 она есть, и французы хотели бы, чтобы ловушка стала обязательным элементом любого реакторного проекта.
Споры про ловушку докатились и до ЮАР. Далеко не все из южноафриканских специалистов испытывают восторг от предложений по переходу на "менее безопасные" проекты. Есть и другая точка зрения. Разговоры о возможности строительства в Южной Африке китайских или южнокорейских блоков - не более, чем уловка. Азиатам уготована роль понижателя цены, или рычага давления на западные компании с целью заставить последние удешевить свои проекты поколения III.
Французы согласны с тем, что стоимость EPR-1600 возможно "немного оптимизировать". Но на слишком крупные уступки по цене группа AREVA, скорее всего, не пойдёт. Строя атомный блок, вы обеспечиваете себя энергией как минимум на 60 лет, и торг по мелочам в данном случае неуместен, объясняют свою позицию французские атомщики.