27 марта 2011

Владимир Асмолов: "Тушить реакторы мешали чиновники"

В воскресенье из Японии вернулся ведущий российский эксперт по безопасности ядерных объектов - первый заместитель гендиректора концерна "Росэнергоатом", заместитель директора РНЦ "Курчатовский институт" Владимир Асмолов, который в Чернобыле много лет был одним из руководителей работ по ликвидации последствий катастрофы.

Едва сойдя с трапа самолета, профессор Владимир Асмолов рассказал обозревателю "Известий" Сергею Лескову о своих японских впечатлениях.

Известия: По дороге из Японии вы остановились на Сахалине и доложили обстановку премьер-министру. Не могли бы вы дополнить этот доклад личными впечатлениями?

Владимир Асмолов: Прежде всего после аварии на АЭС "Фукусима", которая произошла из-за природного катаклизма и не зависела от человеческого фактора, можно было работать гораздо лучше. Японцы, которые научились почти идеально эксплуатировать станцию, в кризисный момент потеряли управление. Японская модель с долгой и строгой иерархией усложнила последствия аварии. Чем дальше уходил вопрос от места аварии, тем медленнее принималось решение, тем хуже было управление. Образно говоря, если русскому дяде Ване, чтобы починить залипшую кнопку, требуется лом и пять минут работы, японцы создают комиссию, мучительно совещаются, а ответственность на себя может взять только один начальник, которого срочно найти не всегда удается. Говорить с кем-нибудь ниже уровня заместителя министра бессмысленно.

Конкретные примеры нерасторопности можете привести?

Асмолов: Сколько угодно! Девять дней после аварии и обесточивания на станцию не могли перекинуть электрический ток. Русский человек быстро катушку по земле раскатал бы, запасной генератор притащил. Если бы удалось сразу запустить насосы с водой, худшего на станции удалось бы избежать. Нельзя сказать, что японцы ничего не делали, они по своей логике проходили долгие этажи иерархии. А станция горела.

Как показали себя сами реакторы? Оказались прочными или хлипкими? Вопрос ключевой для будущего атомной энергетики.

Асмолов: Реакторы три дня стояли и просили пить. Но чиновники воды не давали. Только раскалившись до предела, реакторы стали обнажать активные зоны. На мой взгляд, реакторы показали исключительную надежность. Это важнейший вывод из аварии на АЭС "Фукусима", который говорит об устойчивости атомной энергетики.

Почему российских специалистов несколько дней не пускали в Японию?

Асмолов: Не пускали не только российских, но и американских специалистов, которые представляли Комиссию по ядерному регулированию. Эта комиссия находится в непосредственном подчинении президента США, а станция построена по американскому проекту. Японцы считают, что воспользоваться чужим опытом и советами - унизить себя и показать недостаток мудрости. Ситуация усложняется политическим аспектом. Недавно в Японии к власти пришла партия, которая 40 лет была в оппозиции и лучше умеет критиковать, чем работать, тем более в кризисной ситуации.

Если в высокотехнологичной Японии не сумели справиться с ядерным объектом, то не рискованно ли строить АЭС в развивающихся странах?

Асмолов: Авария на АЭС "Фукусима" говорит о том, что помимо культуры обслуживания самой АЭС в стране должна быть создана адекватная возможным проблемам структура управления, а также промышленная инфраструктура.

Российские специалисты сумели дать советы, к которым японцы прислушались?

Асмолов: В конце концов японцы взяли на вооружение много наших советов. Прекратили разбрызгивать воду над реактором с вертолетов, что было совершенным бредом. Еще пример: водометные пожарные машины японцы подгоняли к разрушенным зданиям на 50 метров, а ближе из-за облучения боялись. В итоге струя шла веером, толку не было. Я посоветовал подключать водометную пушку к дизелю, подходить к зданию в упор, поскольку человек был уже не нужен. Японцы сильно удивились, думали целый день и в итоге наше предложение приняли.

Самый главный совет: во главе аварийных работ должен стоять один человек и этот человек должен сидеть не в министерстве, а на самой станции.

Много ли пострадавших от облучения на "Фукусиме"? Что за история о 50 героях-камикадзе, которые попрощались с семьями и вошли в зону поражения?

Асмолов: С полной ответственностью заявляю, что на "Фукусиме" нет и не будет ни одного случая смерти от радиационного фактора. Япония после Хиросимы живет в состоянии паники от радиации, что, впрочем, из-за энергетического голода не помешало ей построить 55 ядерных энергоблоков. Самую большую дозу облучения получил рабочий, который схватил 100 миллизивертов, или 10 рентгенов. У нас в Чернобыле на медосмотр ликвидатора отправляли после 25 рентгенов. Что касается камикадзе, то это миф. На "Фукусиме" ситуация взята под контроль, нет нужды рисковать жизнью. Установленный режим работы и меры безопасности гарантируют безопасность персонала. Заболеть может только чудак, который решит на ночь раскладушку у реактора поставить.

Это будет первое ядерное харакири...

Асмолов: Все-таки шутить на этот счет не стоит.