Пресс-конференция директора Нововоронежской АЭС Владимира Петровича Поварова на площадке «Комсомольской правды».
На пресс-конференции, организованной Центром общественной информации НВ АЭС совместно с редакцией газеты «Комсомольская правда», присутствовали журналисты телеканалов, информагентств, печатных и интернет-изданий Воронежской области. Общение с руководителем атомной станции вызвало живой интерес: корреспонденты спрашивали об уровне безопасности АЭС, внедряемых в отрасли инновациях, экономической эффективности действующих и строящихся энергоблоков. Было немало вопросов, связанных с мифическим восприятием атомной отрасли у населения.
- Владимир Петрович, расскажите, пожалуйста, насколько удачным был для станции уходящий год?
- С начала года выработано более 12 миллиардов киловатт-часов электроэнергии, в бюджеты идут стабильные налоговые поступления. За 9 месяцев в казну Воронежской области мы перечислили более 900 миллионов рублей налогов и еще дополнительные налоги от прибыли. До конца года перечислим еще 895 миллионов, которые будут направлены на развитие Нововоронежа. Так что результаты положительные, год удачный.
- Судя по налогам, НВАЭС — одно из ключевых предприятий, пополняющих казну?
- Мы входим в тройку крупнейших налогоплательщиков, и вносим вклад в стабильное развитие области. К тому же привлекли огромный объем инвестиций на строительство двух новых блоков.Там сводная смета более 200 миллиардов рублей, и все подрядчики также платят в областной бюджет. Основные из них зарегистрированы в регионе.
- Новый блок — новые перспективы?
- С вводом блока цифры налоговых поступлений вырастут, но не только в этом дело. Новый блок — головной, сделанный по новой отечественной технологии. Как пятьдесят лет назад здесь были первые головные энергоблоки реакторов с ВВЭР, так и сегодня мы — в передовиках. Его мощность — 1200 МВт, он имеет повышенный уровень безопасности. По стандартам МАГАТЭ, происшествия с повреждением активной зоны допускаются один раз в сто тысяч лет, у нас же — один раз в миллион лет, то есть наши технологии выработки атомной энергии на порядок надежнее. Подобные «адвансед»-реакторы сооружаются также в Финляндии и во Франции.
Наш российский отличается продуманностью технических решений, современные блоки по такой технологии работают и в Китае, на них уже «положили глаз» финны, чехи и болгары. То, что в России сооружаются такие блоки именно на НВАЭС — ответственно и почетно.
- А чем еще занимается большой персонал станции, кроме собственно эксплуатации реакторов?
- Он изучает и контролирует все: от влияния реакторов на окружающую среду до физической безопасности. Физическая защита предусматривает защиту от терроризма, но не только. В это понятие входит защита от таких экзотических угроз, как землетрясения (в нашей несейсмоопаснойзоне) и даже падение на реактор тяжелого самолета. Все это сможет выдержать новый энергоблок. В концерне «Росэнергоатом» эта физическая защита признана лучшей — объект охраняет и внутренняя служба безопасности и специальная воинская часть.
- Под Воронежем не повторится Фукусима?
- После событий в Японии мировое атомное сообщество сделало выводы. Дело в том, что автоматика у японцев как раз сработала как положено. Но пресловутый «человеческий фактор» сыграл свою роль. Мы обсуждали это в личных встречах с директорами атомных станций мира — в атомной энергетике Японии не было практики принятия в критических ситуациях решений на месте. Японцы просто потеряли время, ожидая команды к действию «сверху». А команда должна была поступить, пройдя 25 уровней согласования. У нас — другая система, все знают свои роли в нештатных ситуациях, есть техника и инструменты для решения любых ситуаций, тренажеры для операторов реакторов. Недавно мы продемонстрировали специалистам МАГАТЭ и Ростехнадзору, как действовать в критических ситуациях. Если что-то будет угрожать станции, решение принимает директор. А если беда случилась ночью, то пока он едет, решение имеет право принять начальник смены непосредственно на станции. 11 марта, когда случилась авария на Фукусиме, были потеряны возможности энергоснабжения аварийных механизмов для прокачивания охладителя. Там потеряли время, ожидая команды, и авария усугубилась. Мы же предлагали помощь своих специалистов и агрегаты, помогающие избежать последствий аварии, но восточные соседи отказались.
- Говоря о безопасности, кроме Фукусимы еще вспоминают Чернобыль...
- В Чернобыле и тип реактора и характер аварии совершенно другой — недостатки конструкции. После Чернобыля также сделали выводы, мы проводим «стресс-тесты» и многочисленные учения. На оснащение каждой из АЭС в «Росатоме» закупили мобильные насосные станции, мощные дизельные генераторы, отечественные и шведские, которые питают механизмы при возможных авариях.
Есть и меры связанные с защитой от взрыва водорода, который произошел на Фукусиме. Водород дожигается, не достигая опасной концентрации. А в случае землетрясения наши реакторы заглушатся автоматически. Россия — лидер в области безопасности от всех угроз на АЭС. Впрочем, не все аварии на станциях приносят фатальные последствия. Например, в США в прошлом на одной из АЭС была авария, но выбросы остались внутри станции. Рекомендации местным жителям были всего лишь закрыть окна в радиусе 2-х километров, даже эвакуации не проводилось.
- Есть мнение, что электроэнергия с Нововоронежской станции в основном уходит за границу и в другие регионы...
- Это не так. Сейчас более 80% нашей электроэнергии достается потребителям Воронежской области. Для развития областной промышленности есть и резервы. Мы вводим в следующем году новый блок, срок его службы — 60 лет. 3-й блок пустили в 1971 году, ему 42 года, он работает в режиме продленной эксплуатации. Это очень надежный блок — основа атомной энергетики Финляндии, и его надежность позволяет продлить сроки работы. В Венгрии, Чехии такие блоки тоже хорошо себя показали. Продленный срок службы заканчивается для 3-го блока в 2016 году, а для 4-го — в 2017 году. Есть идея, чтобы объединить возможности двух блоков и при экономической целесообразности, будет дополнительный источник энергии. Возможность замены оборудования и объединения изучается, есть примеры такому подходу и за границей: в Венгрии, Украине, Чехии.
- Нововоронеж признан лучшим муниципалитетом области. Есть в этом заслуга НВАЭС?
- Нововоронеж очень хорош для жизни: низкий уровень онкологических заболеваний, проблем с органами дыхания. У нас ведь практически никаких вредных веществ, как, например на угольных ГРЭС, не выбрасывается. За 50 лет нововоронежцы перестали бояться соседства с атомной станцией, и даже жилье там подорожало. Инициативный мэр тесно сотрудничает с «Росатомом». И атомщики помогают городу. Нововоронеж— красивый город, там хорошие дороги, много новых объектов, стадионов с хорошим покрытием. В следующем году у нас будут 10-е сельские игры на строящемся многофункциональном стадионе. Многие регионы России сейчас борются за то, чтобы атомные станции сооружались у них.
- К вам сложно попасть на работу?
- Сначала специалист с высшим образованием походит в рабочих, приходится покрутить задвижки, потом сдает экзамены, в том числе и психофизиологическое тестирование, и лишь потом встает за пульт управления. Зато любой сотрудник обеспечен жильем, отдыхает в санатории, имеет социальный пакет и льготы. Поэтому мы имеем приток новых кадров на станцию. И колоссальные возможности, чтобы повидать мир — наши специалисты ездят по всему земному шару.
В будущем, возможно, и появятся источники энергии, по дружелюбности к экологии и экономическому эффекту превосходящие атомную, но пока альтернативы нет. Там, где под давлением сворачивают атомную энергетику, умеющие считать сильно переживают.
Например, в Германии не научились делать ветряные электростанции, которые по себестоимости энергии выгоднее. В Индии тоже ветряная энергетика не имеет преимуществ перед атомной: не только себестоимость энергии выше (даже несмотря на дотации), но и эксплуатация маломощных ветряных станций требует больших затрат. Так что атом пока остается оптимальным источником энергии для человечества.