Специалисты ОАО "ВНИИНМ имени А. А. Бочвара" сегодня трудятся над рядом суперсовременных проектов по атомной энергетике. В свое время ВНИИНМ участвовали в создании ядерного щита страны, атомного флота, современных АЭС и космических аппараты. О самых интересных и перспективных современных разработках РИА Новости рассказал директор ВНИИНМ Валентин Иванов.
- Можно сказать, что у возглавляемого вами ВНИИНМ был удачный год?
— Здесь слово "удачный" нужно делить на несколько частей. Первое удачно то, что баланс доходов сложился неплохой. Поэтому был достаточный фонд заработной платы. Появилась возможность заплатить особо отличившимся сотрудникам соответствующие премии.
Хватило средств для покрытия накладных расходов для того, чтобы решать общеинститутские задачи. Хотя Вы понимаете, что наш бюджет под жестким контролем материнской компании. Поэтому будем считать, что в целом финансовые результаты удовлетворительные. Но для науки удача — это совершенно другое. Нам нужно смотреть, как наш продукт двинулся дальше на рынок. У нас не такой уж и большой сектор внутрикорпоративный. Он связан в основном с топливом для реакторов на тепловых нейтронах, а именно ВВЭР, РБМК, транспортные реакторы. За что нас в 2013 году похвалили. Первое, это "ТВС-Квадрат". Технология была завершена и передана на Новосибирский завод. ТВСК пойдет на облучение для сертификации в Швецию. Это большое достижение, потому что прорваться на этот специализированный рынок очень тяжело по понятным причинам. Экзамен впереди, но промежуточную стадию мы прошли.
Второе, ТВЭЛ продлевает с Китаем контракт на поставку топлива. В основе контроля технологии и определенных ноу-хау лежит наука. Мы являемся главным технологом-конструктором топлива для всех типов реакторов.
- Над чем еще работает ВНИИНМ?
— Над проектом в ядерной энерготехнологии нового поколения "Прорыв". Здесь мы отвечаем за плотное топливо: нитридное, уран-плутониевое для будущих реакторов типа Брест. Оно имеет плотность выше 12 грамм на 1 куб. см, поэтому у него ниже температура центра топлива. По нашей технологии во ВНИИНМ и СХК изготовлен набор твэлов, которые приготовлены для реакторных испытаний. Твэлы были приняты комиссией. Ранее изготовленные во ВНИИНМ твэлы сейчас облучаются в исследовательском реакторе БОР-60 и в БН-600. В исследовательском реакторе получим те параметры, которые позволят нам верифицировать расчетные коды. Это в мире впервые. Раньше это были просто научно-исследовательские опытно-конструкторские работы. Эта технология при успешных реакторных испытаниях станет технологией модуля фабрикации, который в этом году начнет строиться на СХК. Там к 2020 году появится опытный энергетический комплекс на основе реактора БРЕСТ-300.
Есть еще не такие крупные достижения, но в науке даже небольшой шаг открывает возможность для других крупных задач.
- Вопрос по "Прорыву". Почему вы выбрали свинец? Ведь у него масса минусов как у ЖМТ.
— Чистый свинец — перспективный теплоноситель. При активации в нем не будет полония. Зачем нужна маневренность, когда главный вопрос — это естественная безопасность? Свинец обеспечивает: а) самозалечивание, б) естественный отвод тепла, в) свинец не горит, как натрий. Из того, что мы имеем на сегодняшний день, свинец наиболее привлекательный. В чем Вы правы, так в том, что свинец очень сложный для технологии теплоноситель. Но так устроена наука, а тем более атомная. Если стоит задача, чтобы свинец держать в узком диапазоне по содержанию в нем кислорода, чтобы не было коррозии, значит, найдутся такие технологические решения.
В проекте Generation IV также запланированы реакторы со свинцовым теплоносителем. Появилась информация, что США предлагают Казахстану атомную станцию малой мощности со свинцовым теплоносителем. При этом никто в мире до реакторных испытаний не дошел. И мы пока только пытаемся.
- Что для вас в 2014 году главное? Какие направления работы сейчас вы считаете главными, в том числе прошу вас рассказать о проекте с Роснано, который два года назад открывал цех. Как он продвигается?
— Все, чем мы занимаемся, имеет ценность, но на разных этапах. Я являюсь членом технического комитета проекта "Прорыв" с самого основания этого проекта. Это тропинка, по которой я пришел во ВНИИНМ. Я очень хочу, чтобы плотное топливо появилось, чтобы оно работало. Но если говорить об основном продаваемом ТК продукте, имеющем рынок вперед на 60 лет, это топливо для тепловых реакторов – любые движения в этом направлении важны. Работает целое отделение, работает успешно. Есть целый сектор, работающий на оборонные цели. Недавно на НТС рассматривали предложение по изменению топлива для высокопоточных реакторов СМ-2 и ПИК. Это топливо позволит увеличить поток и удешевить эксплуатацию этих реакторов.
- Вы же плотно работаете и по теме сверхпроводимости.
— Сверхпроводимость — это будущее электроэнергетики. Большая беда, что сейчас нет в России рынка сверхпроводимости с поддержкой государства. В России, в ТК, на ЧМЗ освоена промышленная технология низкотемпературной сверхпроводимости, созданная во ВНИИНМ,. Провода поставляются на ИТЭР. В этом году прекратятся поставки, и оборудование будет простаивать. Есть мнение, что это неудачный маркетинговый проект, но только по формальным признакам можно так считать. На самом деле это большое достижение. По высокотемпературным сверхпроводникам мы отстали, нужно догонять. Для этого нужно делать опытные участки или использовать кабели, чтобы отрабатывать криогенику, делать оборудование: двигатели, накопители энергии, ограничители тока. Но пока рынка нет.
Озадаченные конструкторские организации не рискуют вставлять сверхпроводящие провода. Их можно понять, потому что дороже. А те, кто должен обеспечивать венчурные проекты, не рискует вкладывать деньги. По каким причинам, не знаю. Означает лишь, что рынок надо делать, его надо формировать. Нужна реклама.
- Как вообще устроена работа по науке во ВНИИНМ?
— Хозяйственные механизмы и законы России на сегодняшний день не направлены на цели науки. Законы по закупке, с одной стороны, это инструмент для борьбы с коррупцией. С другой стороны, это такие препоны, когда резко удлиняются сроки закупок, а победителями конкурсов часто становятся некомпетентные поставщики, но с меньшей ценой и т.п. А вы представьте себе, если ученый ошибся. Сегодня он заказал материалы с такими параметрами, а потом посидел ночь и понял, что есть лучший вариант. А вы попробуйте теперь вернуть все эти документы назад! Вы будете делать корректировку плана закупок, что практически очень сложно.
Вроде благое дело — борьба с коррупцией, а для науки — это смерть. В этом случае нужно переходить на гранты. Есть задачи, дали деньги – приходите в конце, принимайте результаты. Но если вы пришли, и за выделенные деньги я добился цели, значит, мне можно заказывать научные исследования, не проверяя промежуточные закупочные этапы. Нужно иметь в виду, что такая проблема есть и ей нужно серьезно заниматься.