10 августа 2010

Россия и США не готовы к полному уничтожению ядерного арсенала

В августе 1945 года на Хиросиму и Нагасаки были сброшены атомные бомбы, уничтожившие до основания оба города. Тогда целый ряд учёных — основоположников создания ядерного оружия в США — схватились за головы и начали бороться за исключительно мирное применение атомной науки. Сейчас это движение заметно ослабло, полагает директор Института проблем безопасного развития атомной энергетики РАН Леонид Большов.

– Как Вы оцениваете возможность полного уничтожения ядерного оружия?

– Это больше политический, чем научный вопрос. Судьба договора о нераспространении ядерного оружия достаточно сложная. В своё время это соглашение, подписанное многими странами, сыграло определённую роль в ядерном сдерживании, но не воспрепятствовало появлению новых ядерных держав. Во-первых, две страны, владеющие максимальным объёмом ядерного оружия, не готовы разоружиться полностью, хотя и сокращают свой атомный арсенал; во-вторых, созданием такого оружия занимаются (и небезуспешно) некоторые развивающиеся страны. Мир, который когда-то был двуполярным, потом однополярным, становится многополярным. Сильным государствам в нём, конечно, проще договориться, чем прибегнуть к крайним мерам воздействия, но есть и бедные страны, которым, по сути, нечего терять, и со стороны кажется, что они довольно легко относятся к вероятности претворения в жизнь ядерной угрозы.

– Зависит ли что-то в этом процессе от учёных, их гражданской позиции?

– Конечно. Когда что-то изобретаешь, не плохо бы подумать о возможных последствиях. Мы хорошо знаем историю Манхэттенского проекта. После того как были сброшены бомбы на Хиросиму и Нагасаки, целый ряд учёных – основоположников создания атомного оружия в США, схватились за головы и начали бороться за то, чтобы атомная наука имела исключительно мирное применение. Сейчас это движение заметно ослабло. Я считаю, что и наша, и американская академии должны более активно обсуждать вопросы безопасности ядерных исследований, разоружения, уделить больше внимания существующей угрозе ядерного и радиологического терроризма.

– Каково состояние атомной науки в России?

– В контексте далеко не благополучного состояния нашей высокотехнологической промышленности атомная энергетика занимает особое место. Частично это произошло благодаря наличию как раз оружейной компоненты в атомной отрасли, частично проявленной мудрости государственных руководителей, не допустивших развала в ядерной промышленности, которая пользовалась и продолжает пользоваться наработками фундаментальной науки. В итоге наша атомная энергетика сохранила конкурентоспособность, проекты наших атомных станций выигрывают международные тендеры, что очень важно. Ведь если развивается промышленность, то будет востребована и прикладная атомная наука. В то же время необходимо поддерживать и даже наращивать темп фундаментальных исследований в атомной науке, так как на фоне глобального изменения климата становится очевидной потребность в широком использовании дружественных к экологии источников энергии. Наши коллеги во Франции уже 75 процентов электроэнергии вырабатывают на атомных станциях! Фундаментальная наука всегда была надстройкой над наукой прикладной. Сейчас нам очень важно сохранить всю цепочку, связывающую фундаментальные исследования в атомной отрасли с прикладными и, в конечном счёте, с потребностями экономики. В этой связи мне видится своевременным и правильным утверждение Курчатовского института в статусе национального исследовательского центра и выделение ему специальных ресурсов.