17 декабря 2008

На подъездах к столице установлены датчики радиоактивности

Экологические службы Москвы обобщили данные о радиационной обстановке столицы и составили очередной радиационный паспорт города. По данным МосНПО «Радон», радиационный фон в городе по-прежнему не вызывает опасений, он остается стабильным и безопасным для людей. Однако источники излучения могут возникнуть в самых неожиданных местах. Где? Почему? И что делается, чтобы защитить москвичей от опасного влияния «мирного атома»?


 

Не будите «спящие» котлы

Из всех мировых столиц Москва - единственная, где расположено более тысячи предприятий, которые используют источники ионизированного излучения. Что касается самих реакторов, то их у нас одиннадцать. Работают, правда, только два: в Курчатовском центре (на Соколе) и в МИФИ (на Каширском шоссе). Другие заглушены из-за недофинансирования научных работ.
Как же случилось, что в столице оказалось столько реакторов? Да очень просто: когда они строились - располагались на окраинах, которые со временем стали чуть ли не центром. Убрать их из Москвы сейчас вряд ли возможно. По самым скромным подсчетам, разгрузка и демонтаж каждого из них обойдется в 100 млн долларов, а вывезти и захоронить оборудование - еще 600 тысяч. А тем временем только на территории Курчатовского института скопились десятки тыс. кубометров радиоактивных отходов, от которых планируется избавиться лишь к 2010 году. И хотя окрестности института регулярно проверяются, а результаты проверок неизменно благоприятны, принято было решение вывести это научное учреждение за черту города. Но на это понадобится время.
Официально утверждается, что степень надежности столичных реакторов самая высокая, а пресловутый человеческий фактор здесь практически сведен к нулю.

Подарочек от Жолио-Кюри

Итак, опасаться того, что эти объекты опасны, оснований нет. Но существует и так называемая «безнадзорная» радиация. Чтобы понять, как она появилась, нужно вернуться на несколько десятилетий назад. На 40-50-е годы прошлого века пришелся расцвет ядерной физики. Однако тогда к радиоактивным продуктам зачастую относились просто как к рабочим материалам, предметам исследований. Когда Фредерик Жолио-Кюри, приехав в Москву, подарил нашему Политехническому музею в качестве сувенира ничем не защищенную пробирку с радием, ее выставили на всеобщее обозрение. «Ценный» экспонат несколько лет красовался на стенде, и ни у кого не вызывал настороженности.
Если так поступали великие, то что говорить о рядовых гражданах? Посуда, фильтры, перчатки, ветошь, одежда - все, что входило в соприкосновение с источниками облучения, беспечно выбрасывалось вместе с обычным мусором.
Грешили когда-то этим и наши производства, широко применявшие изотопные материалы. Например, светящиеся краски. В департаменте по экологии мне показали обычный переключатель напряжения, выпущенный несколько десятков лет назад. На его ручке пятнышко величиной с булавочную головку, а поднесенный к нему дозиметр все еще высвечивает 300 микрорентген в час!
Теперь таких деталей уже не выпускают. Но существуют и другие приборы с опасным излучением. На ряде предприятий для автоматического контроля сыпучих и других материалов стоят датчики, которые сами по себе не представляют опасности - расположенные внутри них радиоактивные изотопы находятся в свинцовых цилиндрах. Но известны случаи, когда такие приборы «умыкали» - свинец принимают пункты вторсырья. А оставшиеся внутри доли граммов стронция или цезия выбрасывались куда попало.
Есть и другие примеры. В организациях Северо-Восточного и Восточного округов столицы некоторое время назад было изъято около 170 датчиков задымления, которые содержали радиоактивные изотопы. У них закончился срок эксплуатации, и хотя есть инструкция, что после десяти лет работы приборы подлежат утилизации, это не было сделано. А в Подольске на заводе по вторичной переработке металла вообще не велось радиационного контроля. И вдруг выявили, что одна из печей «фонит», да так сильно, что к ней подходить нельзя. Так и осталось неизвестным, откуда взялся опасный металл, отправленный на переплавку. Печь была демонтирована, приняты меры по дезактивации, тем не менее еще долгое время территория предприятия оставалась загрязненной.
Есть опасность загрязнения и около ТЭЦ. Оставшаяся после сжигания угля зола содержит некоторое количество изотопов. Отходы должны вывозить, но случается, что золу разносят по дворам, а то используют как теплоизоляционный материал на чердаках - вместо керамзита.

Нуклеиды под ногами

И все же, по мнению специалистов, техногенные причины (включая выбросы предприятий и последствия аварий) не сильно влияют на радиационный фон Москвы. Мониторинг окружающей среды, жилых и общественных помещений столицы показывает, что от 50% до 80% облучения население получает из других источников. Местами локальных радиационных загрязнений, как правило, является большинство городских свалок. По утверждению президента Центра экологической политики России, члена-корреспондента РАН Алексея Яблокова в столице каждый год обнаруживают от 50 до 70 мест с опасным уровнем заражения. Все они ликвидируются МосНПО «Радон» и вывозятся на полигон под Сергиевым Посадом - основное место для захоронения отработанных ядерных отходов.
Как же появляются новые очаги и как они вообще возникли в столице?
В послевоенные годы отходы военной промышленности просто закапывались на определенную глубину, которая в то время считалась безопасной. При этом не велся их учет, не составлялись карты захоронений. Были и неведомые миру радиоактивные могильники, о которых знали только спецслужбы: «Сов. секретно»! Их адреса становятся известными только сейчас, когда начинаются земляные работы.
Известна крупная «ядерная эпопея» в Братееве, где начали возводить жилые кварталы и обнаружили целые залежи радиоактивного грунта. Строительные работы задержались почти на два года. Вывезли около 120 тонн земли. Теперь здесь один из самых благоустроенных районов города, при этом экологически благополучный. Еще пример. Несколько лет назад с берегов Москвы-реки в районе Москворечье-Сабурово было вывезено более тонны грунта, загрязненного радием-226. А из микрорайона Строгино, где были обнаружены участки загрязнения, отправили на утилизацию около трех тонн металла и окалины, загрязненных радионуклидами.
У гаражного комплекса на ул. Гарибальди, что рядом с жилым микрорайоном, прозванном «Царское село», своя история. Долгое время на его месте был пустырь, а когда начали проверять грунт, то стрелки дозиметров стали зашкаливать. Фон превышал норму в две тысячи раз! Причем за несколько десятилетий почва просела, и зараженный слой оказался на глубине 5-6 метров от поверхности. Весь его срыли, и только после этого возобновили строительные работы.
Рекультивационные мероприятия были проведены также на территории одного из жилых комплексов на востоке Москвы. Наличие повышенного уровня радиации в грунте обусловлено было здесь солями радия, которые когда-то в массовом порядке применялись в устройствах для подсветки циферблатов и приборных шкал. Тоже бывшая свалка. Проверялся каждый ковш вынутого экскаватором грунта, каждая выезжающая за пределы площадки машина. По периметру зоны были установлены блоки детектирования, обеспечивающие непрерывный радиационный контроль дозы гамма-излучения. Сейчас безопасности жильцов ничто не угрожает.

Жителям Индии радиация нипочем

На самом деле нужно различать естественный радиационный фон и «привнесенный» человеком. Собственно радиация - это не аномалия, а нормальное состояние природы. Фонить может все: камень, песок, щебень. Радиоактивное вещество радон исторгают недра. Радиацию приносит космос. Во Франции есть места, где фон составляет 60 - 70 микрорентген в час, а в некоторых районах Индии он доходит и до сотни. Но люди там чувствуют себя хорошо - привыкли. В общем, кто к чему привык. Мы, москвичи, народ более «изнеженный». Естественный фон для столицы - 10-14 микрорентген в час. Но береженого, как говорится, бог бережет. И потому в столице существует строжайший контроль над всеми источниками радиоактивного излучения.

Головное предприятие, которое этим занимается - уже упоминаемый нами МосНПО «Радон». Но есть еще не менее десятка организаций (среди них - Комитет здравоохранения Москвы, Госатомнадзор России, Федеральное Управление «Медбиоэкстрем», Министерство обороны России и другие), которые стоят на страже здоровья москвичей. С радиацией шутить нельзя.

Каждому прибору - пост ГИБДД

Какова же стратегическая политика Москвы для защиты жителей от ее последствий?
Для контроля за ситуацией в городе, согласно правительственному решению, введены специальные паспорта, которые отражают уровень радиации на отдельных его территориях. В них перечисляются все источники ионизирующего излучения, количество радиоактивных отходов, плотность загрязнения почвы, воды, атмосферы. На радиоактивность тщательно проверяются все строительные материалы. Основания для этого есть. «Фонят» некоторые разновидности гранитов, пемзы, бетона, при производстве которого использовались глинозем, фосфогипс и кальций-силикатный шлак. Зафиксированы случаи, когда в бетон попадали опасные загрязнители. А некоторое время назад в столичном районе Зюзино была остановлена работа целой стройки из-за найденного там крошечного осколка керамики. Радиоактивное излучение рядом с ним превышало норму в 600 раз!
Очаги опасности могут быть самые неожиданные. В одном элитном подмосковном коттедже специалисты обнаружили, что гранитная лестница в два пролета, а также гранитный стол (вот причуда!) излучают около 50 мкР/ч. Для взрослого это не страшно, но на детях может сказаться плохо. Был еще один случай: некто решил построить себе дачу полностью из огнеупорных кирпичей. Но не проверил, что этот дорогостоящий кирпич (им обычно выкладывают изнутри печи и камины) выделяет в пять раз больше гамма-излучения, чем обычный.
Существует несколько нормативно-правовых документов, обязывающих строительные организации проводить радиационное обследование строительных площадок на всех этапах работ, контролировать соответствие стройматериалов ГОСТам. Ответственность за убытки и вред, причиненные радиационным воздействием жизни и здоровью граждан, не имеет срока давности. Предусмотрена и персональная ответственность чиновников за засекречивание информации, касающейся радиоактивной опасности.
Одним из основных факторов радиоактивности остаются природные источники - например, газ радон, который образуется в земной коре. На него приходится две трети всего излучения в столице. Сравните: на долю предприятий, использующих ионизирующие источники, падает всего лишь 0,07% годовой дозы. Газ может поступать в здания через трещины и щели в фундаменте, полу и стенах. Если дом находится на разломе земной коры или какой-либо другой аномалии, способствующей продвижению радона по горным породам, то его содержание может значительно превышать допустимые уровни. И потому, прежде чем приступить к стройке, проводится тщательная проверка грунта на излучение.
Изучается и влияние медицинских приборов, используемых при рентгенографии, флюорографии, томографии (в каждом из них есть ионизирующие источники), и если фон превышает допустимые пределы, эти приборы изымаются из обращения.
Специалисты МосНПО «Радон» каждый год ликвидируют в Москве несколько десятков очагов гамма-излучения. И среди них... предметы продовольствия, которые мы потребляем. Ежегодно сотрудники «Радона» обезвреживают более полутора тонн обнаруженных санитарными врачами радиоактивных продуктов. Правда, «продуктовый» вклад составляет всего 1% от общей дозы облучения, но и к нему надо отнестись серьезно. Не так давно было обследовано более 60 рынков и порядка 700 предприятий пищевой промышленности. Оказалось, что к «продуктам риска» на сегодняшний день чаще всего можно отнести лесные ягоды и грибы, а также чай. В прошлом году для утилизации было ввезено свыше 50 кг радиоактивной клюквы. Периодически, начиная с 2000 года, в этот список попадает и мясо. Конечно, рискуют лишь те покупатели, которые предпочитают приобретать продукты в местах стихийной торговли. В магазинах и на санкционированных рынках радиоактивная снедь отбраковывается, не доходя до прилавка.
Итак, радиация в столице находится под жестким и эффективным контролем. Но существует ведь еще внешняя «угроза»: на юге - это Воронеж и Курск, на северо-западе Санкт-Петербург, Тверь, Дубна. Реакторы, конечно, там надежны, но перестраховка в таких случаях лишней не бывает. А потому по всему периметру Москвы установили датчики, которые показывают радиологическую ситуацию на подходах к городу. Где они размещены? Не догадаетесь. Сначала думали создать для них специальные станции. Но ведь их необходимо охранять - известно, как «любопытны» москвичи. И тогда решили разместить приборы на...постах ГИБДД! Милиция охраняет приборы, те защищают нас. Работа приборов надежна и гарантирована.

В целом же среднестатистический житель столицы получает в год всего третью часть дозы облучения, которая считается допустимой. Более того, выявлена тенденция к снижению фона. Но случиться ведь может всякое, а потому контролирующие органы всегда начеку.

Исаак Глан