У кого есть атомный флот, тот владеет Арктикой. В этом во время поездки в Мурманск убедились читатели «Комсомолки».
Радиация – не там, где ее ищут
В год 65-летия атомной отрасли победители викторины, которую газета организовала совместно с корпорацией «Росатом», посетили знаковые места, способные оставить яркий след в памяти даже далеких от атомной темы людей: подмосковный завод по производству ядерного топлива «Элемаш», Калининскую АЭС, Курчатовский институт, родину первой советской атомной бомбы секретный город Саров и, наконец, жемчужину отечественного атомного флота - ледокол «Ленин».
Отправляясь в путь, кто-то из участников путешествия обязательно спрашивал: а как там, куда мы едем, обстоят дела с радиацией? Нельзя сказать, что их это сильно беспокоило, но по тому, что этот вопрос все же возникал, можно судить о великой силе расхожих стереотипов, связанных с атомной энергетикой. Теперь никто из победителей викторины задавать этот вопрос больше не будет: ни на одном из посещенных объектов уровень радиации не отличался от природного фона. А на некоторых, как, например, внутри ледокола «50 лет Победы», был даже ниже, чем снаружи, благодаря тому, что стальные переборки корабля являются своеобразным экраном.
Впрочем, в условиях повышенной радиации мы все же побывали – во время перелета в Мурманск и обратно. С набором самолетом высоты показания дозиметра увеличивались в геометрической прогрессии: на высоте около 9 тысяч метров прибор показывал 159 микрорентген в час, что в 20 раз превысило естественный фон на земле.
На высоте 10 километров и выше излучение нередко переваливает за 200 микрорентген. Кстати, именно от полетов на самолете человек получает повышенную дозу радиации. Тем не менее, вряд ли это обстоятельство беспокоит кого-то из многомиллионной армии авиапассажиров – куда как привычнее тревожиться из-за «опасности», которую якобы излучают рукотворные ядерные объекты.
Победители финального тура викторины посетили один из них - легенду отечественного ледокольного флота атомоход «Ленин». За время своей службы с 1959 по 1989 год он прошел по арктическим маршрутам 360 тысяч километров – практически 30 земных экваторов, и провел через льды 3741 судно.
Три капитана
Первым капитаном на нем стал Павел Акимович Пономарев: в 63 года он перешел с отслужившего свой век «Ермака» на «Ленин». Мало сказать, что это был опытнейший моряк. Он был моряк старой закалки: ветераны вспоминают, что даже в ненастную погоду, в мороз и жгучий ветер Павел Акимович предпочитал командовать ледоколом не из рулевой рубки, а с открытого всем ветрам ходового мостика. Врачи настойчиво рекомендовали ему поберечь здоровье – у капитана мог обостриться полиартрит. Но убеждения не действовали: в последнем своем плавании он провел на открытом воздухе по меньшей мере 800 часов. Суровые вахты подорвали здоровье Павла Акимовича и он ушел из жизни в 1970 году. Сейчас одна из улиц города носит его имя. И в его честь назван арктический дизель-электроход.
«Ленин» теперь стоит на почетном месте у причала Морского вокзала Мурманска.
Потом почти 20 лет ледоколом командовал Борис Макарович Соколов. Он не представлял жизни без «Ленина» и даже умер по дороге на свой корабль. И во многом благодаря Соколову судно было сохранено и осталось в строю как символ отечественного атомного флота.
К 1989 году эксплуатация «Ленина» стала слишком затратной. К тому же атомный гражданский флот насчитывал уже несколько кораблей, способных полностью обеспечить транзит грузов, северный завоз и поддержку научных экспедиций. Так что первенец атомного флота был выведен из эксплуатации и пришвартован к причалу запретной зоны мурманского порта.
Сейчас ледоколом командует Александр Николаевич Баринов. 30 лет жизни отдал Арктике. Нет, пожалуй, всю жизнь. То, что с ней он останется навсегда, понял еще в первом рейсе на атомоходе «Арктика», на который был распределен в 1978 году после окончания Ленинградского высшего инженерного морского училища имени адмирала Макарова.
Инженеры Центрального пункта управления ледокола «50 лет Победы» с готовностью шли на контакт: «Спрашивайте, спрашивайте. Мы вам еще что-нибудь не расскажем».
- С другом Евгением Банниковым написали заявления на атомные ледоколы, - рассказывает Александр Николаевич, - Тогда это было исключительным случаем. Первый вопрос, почему я хочу на ледокол, был: «У вас что, визы нет?» Тогда ведь ходить в загранку – значит, быть при деньгах и импортных вещах. А я тогда думал: не понравится – уйду. Но первый же выход обрубил все дороги назад, и заграница померкла перед Арктикой. Здесь необычайная красота, которая переполняет такими эмоциями, которые не опишешь словами – надо просто увидеть. А когда корабль останавливается во льдах – от тишины закладывает уши. И понимаешь: эта тишина, эта нетронутая цивилизацией территория будут всегда. И сейчас, хотя по возрасту приближаюсь к пенсии, я остался таким же романтиком, как и тогда, в свой первый поход на «Арктике».
Учитывая то, что «Ленин» уже давно никуда не ходит, капитан Баринов мог бы спокойно каждый вечер сходить на берег, ночевать в городе, а утром возвращаться на службу. Но, видимо, ледоколу повезло стать домом для своих капитанов. И Баринов – не исключение. Когда Александру Николаевичу надо отлучиться по делам, он не запирает кубрик, а просто вешает поперек дверного проема цепочку – от любознательных школьников, приезжающих на ледокол с экскурсиями. На вопрос – не мешают ли посторонние, отвечает: «привык».
Ледокол помог холостяку жениться
Было время, когда атомный ледокольный флот давал казне второй по объемам после нефти и газа валютный доход. Однако выход «Ленина» на пенсию стал символичным для всего атомного флота, который почти два десятилетия с начала 90-х переживал не лучшие времена. Например, в середине 80-х по Севморпути ежегодно перевозилось в среднем 6,5 миллионов тонн грузов. К 1993-му году объем грузов сократился вчетверо. Да и сейчас работы у атомных ледоколов не так много, как хотелось бы. Хотя ситуация меняется к лучшему. Грузооборот Севморпути с использованием ледоколов подрос до 2,5 миллионов тонн. По приблизительным расчетам, если транзит составит 3,5-4 миллиона тонн, то атомный ледокольный флот будет коммерчески привлекательным.
До сегодняшнего дня одним из сезонных источников дохода является туризм. 25 тысяч долларов – и вы на Северном полюсе. Путешествие на атомном ледоколе длится три недели (или в июле, или в августе), и, как говорят капитаны, выход из порта, достижение макушки планеты и возвращение обратно происходит с точностью железнодорожного экспресса.
Кстати, ледоколы нового поколения, такие, как «50 лет Победы», строятся с учетом круизных особенностей. На «Арктике» или «Ямале» массовые события происходили в спартанской обстановке - не только в кают-компании, но и в сопредельных с ней коридорах, буквально на коленке, потому что не хватало свободного места для пассажиров. На борту «50 лет Победы» - полный комфорт: мероприятия проводятся в помещении, больше похожем на зал ночного клуба. Здесь есть все: и танцпол, и бар, и столики, и зеркальный шар под потолком. А еще на атомоходе можно сходить в бассейн, спортзал и баню. В общем, жить можно.
И не просто жить, но и решать житейские проблемы. Был в одном круизе к Полюсу один гражданин из Америки по фамилии Бэччелор (холостяк в переводе на русский). Турист и вправду оказался холостяком, и в свои 94 (!!!) года отправился в круиз с одной лишь целью – добиться благодаря покорению Северного полюса руки и сердца своей возлюбленной, которая уже трижды говорила ему «нет». Когда он послал ей телеграмму с макушки планеты, в ответ получил короткое сообщение: «Я согласна».
- Только совершив что-то экстраординарное, я смог добиться ее согласия выйти за меня, - рассказывал потом счастливый жених.
У кого атомоходы – у того и Арктика
Похоже, что с круизами придется постепенно расставаться. Как считает замруководителя Росатомфлота Андрей Смирнов, у атомного ледокольного флота хорошие перспективы - работы в будущем прибавится:
- Транзит судов по Северному морскому пути из Европы в Азию на 15-20 суток короче и значительно дешевле, чем традиционный 40-дневный маршрут через Суэцкий канал. И безопаснее, если учесть ситуацию с пиратами в районе Аденского залива. Это многие понимают – только не было подтвержденного на практике прецедента. Но в начале сентября атомоход «50 лет Победы» успешно провел по Севморпути шедший из Норвегии в Китай датский балкер «Нордик Баренц» с 41 тысячей тонн железной руды. И мы сразу отметили оживление - получили уже 10 заявок на подобные проводки.
Еще адмирал Макаров в свое время говорил, что ни одна нация не заинтересована в ледоколах так, как наша. Ледокольный флот сегодня – это не только экономика, это еще и геополитика, связанная, прежде всего, с разработкой богатств арктического шельфа и охраной границы.
Ни для кого не секрет, что ведущие мировые державы стремятся к переделу арктических пространств. Россия - первое государство, заявившее о правах на установление своих северных границ в Ледовитом океане. Но для этого надо было уточнить точные параметры шельфа.
Поэтому летом 2007 года российская полярная экспедиция отправилась в путь и 1 августа достигла Северного полюса. Исследователи должны были доказать, что подводные хребты Ломоносова и Менделеева, которые тянутся к Гренландии, геологически являются продолжением Сибирской континентальной платформы, а это значит, что Россия может претендовать на территорию океана площадью 1,2 миллиона квадратных километров.
Пока комиссия ООН считает, что нужно больше доводов, чтобы признать за Россией право на территорию. Поэтому для устранения замечаний комиссии до 2013 года будет проведен еще большой объем исследовательских работ. И в этом деле без атомных ледоколов не обойтись. Так что к словам адмирала Макарова, сказанным больше 100 лет назад, можно добавить одно: у кого есть атомный флот, тот владеет Арктикой.
Провести караваны судов через арктические льды не может никто, кроме нас. У Америки, например, тоже есть ледоколы, некоторые даже мощнее наших. Но – ни одного атомного. А с дизелем, пусть даже и более мощным, автономное плавание во льдах закончится, не успев начаться, потому что солярка буквально вылетает в трубу. И надо либо таскать за собой танкер, чтобы заправляться на ходу, либо через каждые два-три дня заходить на дозаправку в порты. Что нереально. А на одной «атомной» заправке ледокол может находиться во льдах до 5 лет.
«Ленин» снова с нами
Наш атомный ледокольный флот оживает. А вместе с ним переживает второе рождение и отслуживший свой век «Ленин». Долгое время он стоял у причала Росатомфлота, и на его борт поднимались только члены команды. После того, как атомный флот был переведен из состава Мурманского пароходства в ведение корпорации «Росатом», легендарный ледокол было решено сделать доступным для всех.
Теперь он стоит на почетном месте у причала Морского вокзала Мурманска, и всего за год с небольшим с первенцем атомного флота познакомились уже 50 тысяч человек. Он стал вторым по посещаемости объектом Мурманской области, хотя по-прежнему является не музеем, а частью атомного ледокольного флота. Как шутят моряки, загрузи топливо в реакторы, и «Ленин» пойдет своим ходом.
Собственно, в этой шутке – изрядная доля правды. Ни внутри, ни снаружи корабля следов ветхости не заметно. Все интерьеры – в том виде, в каком они были в момент первого спуска ледокола на воду. Сразу бросается в глаза, что о комфорте моряков-атомщиков партия позаботилась. Ведь «Ленин» должен был стать лицом не просто флота – всей страны. И денег на него не жалели. Дерево, шпон и ламинат в отделке переборок и мебели, комфортабельные по тем временам каюты. Долгое плавание не должно было изнурять моряков.
Впрочем, неудобств не испытывали не только опытные «морские волки», но и пришедшие на борт физики-очкарики. Учитывая, что «сердце» у корабля не простое, на «Ленин» был объявлен набор среди молодых ученых-атомщиков. Источником кадров для атомфлота стал Обнинск, где к тому времени уже 5 лет работала первая в стране АЭС, запущенная в июне 1954 года.
И физики доказали, что ничто лирическое им не чуждо. Ветераны-моряки вспоминают, что первые месяцы, когда «Ленин» готовился к походу и стоял у причала, на его борту было чересчур уж весело. Жизнь по вечерам напоминала студенческую общагу: песни под гитару, конкурсы, КВН и танцы. Ну а какие танцы без девушек?... Понятно, что долго это продолжаться не могло: капитаны навели суровый морской порядок. Дух академической вольницы был если и не усмирен, то направлен в мирное русло. Сейчас о тех славных временах говорят экспонаты музея атомохода, многие из которых - дело рук команды.
А о творческой атмосфере, которая была неотъемлемой частью быта моряков с «Ленина», напоминают фотографии разных лет. Ледокол посещали известные артисты и писатели, зарубежные политики и военачальники. В судовом журнале можно увидеть автографы Юрия Гагарина, Анны Пахмутовой (на «Ленине» она впервые исполнила ставшую впоследствии хитом песню «Уставшая подлодка»), Фиделя Кастро, Ричарда Никсона и многих других.
Сейчас на «Ленин» целыми классами приезжают школьники, где для них проводятся уроки астрономии и географии на русском и английском языках. Здесь же учатся ядерной физике, играют во "Что? Где? Когда?" и даже занимаются этноперкуссией - древним барабанным искусством.
Весной этого года на борту ледокола открылся Информационный центр по атомной энергии. Все желающие могут в 3-D формате посмотреть трансляцию мультимедийной программы «Путешествие в мир атомной энергии». Мурманский информационный центр стал шестым в сети подобных учреждений, создаваемых Росатомом. Центры открываются сейчас и в других городах. Но этот стал настоящей «жемчужиной», судя по растущему интересу жителей и гостей Мурманска к теме атомной энергии. О чем свидетельствует письмо одного из победителей викторины Анастасии Цыбун, которое она прислала нам по возвращении домой:
«В этом письме я хотела бы выразить Вам огромнейшую благодарность за организованную поездку в г. Мурманск на атомный ледокол "Ленин". Сказать, что это было восхитительно - ничего не сказать. Прошло уже почти 2 недели, а я всеми мыслями там и еще долго оттуда не вернусь. Сказать, что я поражена увиденным - ничего не сказать. Сам ледокол, обстановка на нем, люди, которые нас сопровождали всю поездку - исключительные люди. Вы знаете, когда я возвращалась в Калининград, я сидела в аэропорту Пулково и плакала. Пока не приземлилась в Калининграде. Вот такое сильное впечатление на меня произвела поездка. Это была моя поездка, я теперь однозначно поняла, чего я хочу и к чему я буду стремиться. Еще раз выражаю свою благодарность, Госкорпорации "Росатом", ФГУП "Атомфлот" и конечно же Информационному центру за потрясающие эмоции, которые пропитали меня до молекулы, до атома».
Михаил Гончаров, фото автора