«Почти все наши проблемы — из-за нехватки персонала. Здесь человеческие ресурсы практически выбраны», — говорит Владимир Федяков, гендиректор Ловозерского горнообогатительного комбината (ЛовГОКа). Это единственное в России производство лопаритового концентрата, и одна из ключевых задач менеджмента — найти и удержать специалистов.
В Ловозерском районе Мурманской области живут около 8 тыс. человек, из них более 6 тыс.— в Ревде, поселке городского типа при ГОКе. На комбинате работают около 1 тыс. ревдинцев. Почти все руководящее звено предприятия новое. «Прежние собственники забрали топ-менеджмент. Год назад, когда пришел «Росатом», управленческой структуры практически не было. Команду формировали на ходу», — рассказывает Владимир Федяков. Топ-менеджеров и специалистов гендиректор привлекает со всей страны — прежде всего, из горнодобывающих центров. Так, главного кадровика и главного юриста Владимир Федяков нашел в Забайкальском крае. Но больше всего не хватает горнорабочих очистного забоя — именно тех, с кого начинается и на ком держится и рудник, и обогатительная фабрика, и Соликамский магниевый завод, который перерабатывает лопаритовый концентрат с ЛовГОКа.
Одним из первых на призыв Владимира Федякова откликнулся Андрей Смирнов. Он работает начальником рудника Карнасурт уже год. Сам с Кузбасса, долго трудился в угольных шахтах, последние шесть лет до переезда в Ревду — на золотодобывающем предприятии в Забайкалье.
«У меня довольно богатый стаж в подземке, но ничего похожего на то, что я увидел здесь, не встречалось. Это уникальное предприятие, уникальная система выемки», — говорит Андрей Смирнов.
Особенность выработок Карнасурта в том, что они ниже человеческого роста, зачастую не превышают 80 см. Передвигаться и работать приходится полусидя-полулежа. Отработка по большей части полуручная, с помощью лебедок и скреперов (прикрепленных к тросам коробок). В очистных блоках повыше используются породопогрузочные и погрузочно-доставочные машины.
К сожалению, значительного притока кадров с Кузбасса ждать не стоит. «Угольщики — другая каста», — поясняет Андрей Смирнов. В Ревде он благодаря опыту на золотом руднике. По-видимому, по той же причине не особо едут с Донбасса, хотя есть люди и оттуда. Начальник технологического участка «Уртиты» Олег Короченцев перебрался в Ревду вслед за сестрой в 2015 году, а за ним, в 2022-м, — его знакомый Павел Назаренко. Он бурильщик.
«Как нам тут? Да нормально. Темно и сыро, — смеется Павел Назаренко. — Везде работать надо, бездельничать-то какой смысл?» ГОК обустраивает общежитие для приезжих — ремонтирует квартиры в многоэтажном доме. Один этаж уже заселен. «Стараюсь брать семейных и задействовать супругов максимально», — говорит Владимир Федяков. Сотрудница кадрового отдела приедет вместе с мужем-энергетиком, сотрудница юридического — с мужем-электриком. Начальник инвестиционного отдела Алексей Николаев в Ревде с сентября прошлого года. Он родился и вырос в Мурманской области, занимался инвестициями в филиале «Россетей». «Я сюда приехал из-за бренда «Росатома», — отмечает Алексей Николаев. — Это очень интересно — внедрять на старом предприятии новые процессы управления. Дело идет, правда, тяжело, небыстро, но поступательно». Жена Алексея Николаева Мария работала на комбинате директором по устойчивому развитию и коммуникациям (и очень помогла «СР» в подготовке этого материала), сейчас поступает в аспирантуру в Кольский научный центр РАН по специальности «геоэкология».
На комбинате много сотрудников, которые работают здесь несколько лет (а некоторые и всю жизнь). Николай Калашников родом из Апатитов в Мурманской области. Окончил Кольский филиал Петрозаводского государственного университета по специальности «геофизика». После армии планировал работать в компании «Апатит», ему и место там пообещали. Но, когда в 2014 году приехал устраиваться, оказалось, что мест нет.
«Я увидел вакансию геофизика на ГОКе, позвонил, мне сказали: «Приезжайте хоть завтра». Я приехал, прошел медкомиссию, оформился. Думал, годика за два наберу стаж, опыт — и обратно. Но работа оказалась интересной, затянуло», — вспоминает Николай Калашников. Из геофизиков он перешел на должность начальника службы прогнозов и предотвращения горных ударов, потом стал начальником участка №1. Вернулся в службу прогнозов горных ударов и дорос до главного горняка — начальника производственно-технического отдела. «Чтобы занять должность по горной специальности, понадобилось образование горного инженера. И так до сих пор работаю, мне нравится. Любимое предприятие, любимый поселок», — говорит Николай Калашников. Много лет работает на комбинате и заместитель гендиректора по экономике и финансам Арутюн Хечумян. «Прошлые хозяева с собой на Кипр звали, но он уперся и не поехал», — шутливо представляет заместителя Владимир Федяков. «Я давно на предприятии, видел Ловозерский ГОК в разных состояниях. Одно время совсем плохо было. Когда я приехал, квартира в поселке стоила 55 тыс. рублей, а сейчас даже самые плохонькие, без отделки, — 1–1,5 млн. Уровень жизни заметно поднялся. А главное — у коллектива появились перспективы, пришло ощущение, что предприятие будет развиваться, — рассказывает Арутюн Хечумян. — Конечно, всем хочется быстрых побед, но быстро не получится, потому что ремонтировать, строить, донастраивать, переделывать и инициировать новое надо одновременно, а ресурсы ограниченны. Приходится делать шаг за шагом, по мере возможностей, поэтому результат проявится не сразу. Но я очень хочу увидеть, когда ЛовГОК начнет развиваться по-настоящему и все усилия дадут результаты». Анатолий Черных трудился в шахте комбината до пенсии, но полгода назад вернулся в гору. «Зашел «просто спросить», а мне предложили быть инструктором новичков, и я согласился», — рассказывает он.
Сын Анатолия Черных тоже работает на руднике, скоро и внук сюда придет. Ученик нашего собеседника приехал в Ревду из соседнего Оленегорска полгода назад — к девушке, сейчас уже жене.
Пока учеников в руднике шестеро. В Ревде колледжа нет, ближайший — в Кировске, готовит горных техников и маркшейдеров. Оттуда молодежь приезжает, но не так много. В этом году из Кировска ждут на практику шесть человек в маркшейдерскую службу. Андрей Смирнов очень надеется, что им на комбинате понравится и они останутся, обещает приложить для этого все усилия.
«Маркшейдеров не хватает не только у нас, они нарасхват по всей стране», — поясняет он. «Нам в поселке нужен хотя бы филиал колледжа. Ведем проработки: были в Дагестанском университете, в Санкт-Петербургском горном университете, разговариваем с учебными заведениями Мурманска и Оленегорска», — рассказывает Владимир Федяков. ЛовГОК поддерживает организационно и финансово небольшой садик для детей своих сотрудников. Называется «Электроник». «Там много атомных образов: электроны, ядро, — объясняет концепцию гендиректор комбината. — Я и расшифровку для слова «ядро» придумал: «я, друзья, родители, образование».
А электроны — заряженные на добрые дела частицы». В планах — организовать цепочку: детсад, школа, колледж, комбинат. Для этого в школе ЛовГОК планирует курировать класс, куда (как предполагается) придут дети из «Электроника». Более дальняя перспектива — целевое обучение по горным специальностям в колледже.
В условиях острого дефицита кадров Владимир Федяков ищет нетривиальные решения. В Оленегорске есть колония, где сидят по «легким» статьям и откуда разрешено выезжать на работы за пределы исправительного учреждения. Каждый день за двумя десятками человек с ГОКа отправляют автобус. Говорят, заключенные очень мотивированы: чем лучше работают, тем больше шансов получить условно-досрочное освобождение. Отбывающие наказание выполняют подсобные работы. Они расчищали фабрику от металлолома (сломанных запчастей), сейчас вычищают с фабрики песок — отходы техпроцесса. «Если вдруг выпивка или безделье — тут же лишение всех преимуществ. Поэтому эти люди работают хорошо, все бы так работали. А мы даем понять, что после освобождения можно и у нас новую жизнь начать. Есть прецеденты, когда вышедшие досрочно устроились на фабрику», — рассказывает Владимир Федяков. Кроме того, он договорился с администрацией ревдинской колонии строгого режима, чтобы заключенные шили спецодежду для комбината. Шьют отлично. Экономия по сравнению с заказом у предыдущего подрядчика — 7,5 млн рублей в год. ГОК предложил и другим предприятиям горнорудного дивизиона использовать эту спецодежду, коллеги изучают образцы.
Главное, что должен сделать ГОК, — увеличить объем производства и производительность труда, чтобы стабильно обеспечивать Соликамский магниевый завод сырьем. Для этого и ведется непростая работа по привлечению кадров. Больших козырей у комбината нет: условия сопоставимы или даже несколько уступают тем, что есть на других горных предприятиях региона, не говоря уже о стране. В этой отрасли смена места ради лучших условий — обычная практика. Приходится задействовать нематериальные стимулы: хвалить, уговаривать, увещевать, иногда подстегивать. К счастью, в разговорах с сотрудниками, от шахтеров до руководителей, нет ощущения безразличия. Они живо вовлечены в поиск решений, которые обеспечили бы комбинату прибыльность и, как следствие, возможность для развития и поощрений. Один из проектов — новая методика добычи, которая должна улучшить качество поступающей на фабрику руды и обеспечить предприятие достаточным объемом скальной породы для отсыпки дамбы хвостохранилища и ремонтов. Нарастить дамбу на хвостохранилище нужно, чтобы фабрика продолжила работу (прежний объем практически заполнен). Небольшой проект развития — сепарация мелкой фракции с лопаритом, которая пока теряется и уходит в хвосты. Большой проект развития — производство из хвостов нефелинового концентрата для последующего выпуска алюминия. Оба проекта нацелены на доизвлечение лопарита. Идет работа над обеспечением сырьевой базой — старая практически исчерпана. Это не только вопросы геологии и горного дела, но и обсуждение с госструктурами мер поддержки: условий получения лицензий, возможности вести подземную отработку под землями заказника (для этого надо изменить его статус на природный парк), льгот при исчислении налога на добычу полезных ископаемых и проч. Все надо обосновывать и пробивать — и на предприятии есть люди, которые этим занимаются.
«Многие ожидали, что придет «Росатом» и будет что-то грандиозное. Но госкорпорация — не Дед Мороз с мешком денег. Надо не ожидать, а работать, это движение в обе стороны. Мы идем и бьемся, и надеюсь, что в этом году переломим ситуацию. Помните сказку про лягушку в горшке с молоком? Первый комочек масла, чтобы выбраться, мы, думаю, уже сбили», — говорит Владимир Федяков.
Ловозерское месторождение открыто в 1934 году. ГОК — единственное в России действующее предприятие по производству лопаритового концентрата: руду обогащают на фабрике гравитационным методом с последующей доводкой на электромагнитных и электростатических сепараторах. Плановый объем производства — 8 тыс. т концентрата в год. Из него на Соликамском магниевом заводе извлекают ценные компоненты, производя коллективные карбонаты редкоземельных металлов (лантана, церия, неодима, празеодима, самария, европия и гадолиния), титановую губку и оксиды тантала и ниобия.
