17 июня 1967 г. 45 лет назад в Китае было проведено испытание первой водородной бомбы. Пекин сделал ещё один шаг на пути создания полноценного ядерного арсенала. В настоящее время КНР обладает ядерными средствами глобального масштаба наземного и морского базирования. Среди них следует назвать межконтинентальные ракеты наземного базирования, ракеты средней дальности, а также бомбардировщики, способные доставить ядерные заряды на дальность до 2,5 тыс. километров. Современный Китай уделяет значительное внимание развитию своего ядерного потенциала, стараясь создать полноценную морскую составляющую ядерных сил.
Из истории рождения китайской атомной бомбы
Китайское военно-политическое руководство с первых лет становления Китайской Народной Республики исходило из того, что государство должно обладать вооруженными силами с современным оружием, включая ядерное. «Великий кормчий» Мао Цзэдун говорил: «В нынешнем мире мы не можем обойтись без этой штуки, если хотим, чтобы нас не обижали. Он полагал, что Западный мир «с пренебрежением» относится к КНР, потому что у неё «нет атомной бомбы, а есть только ручные гранаты».
Еще летом 1937 года в Институте радия Парижского университета, которым руководил Фредерик Жолио-Кюри, появился аспирант из Бейпина (Пекина) Цянь Сэньчжянь. Научным руководителем китайского аспиранта стала жена Жолио-Кюри Ирен. В 1940 году Цянь Сэньчжянь защитил диссертацию и продолжил свою работу во Франции, за которую в 1947 году был награжден премией Французской академии наук по микрофизике. В следующем году он вернулся на родину. По одной из версий, Ирен подарила ему кусочек радия. По другому мнению, 10 граммов соли радия Ирен Жолио-Кюри передала китайскому радиохимику Ян Чжэнсуну в октябре 1951 года, чтобы «поддержать китайский народ в атомных исследованиях».
Надо отметить, что в китайском атомном проекте приняли участие сотни китайцев, которые проживали за границей. Некоторые из них – такие как физики Ван Ганьпан и Чжао Чжуняо из Калифорнийского университета (последний работал и в советской Дубне), математик Хуа Логэн из университета штата Иллинойс – после долгих лет жизни за границей оказались в Китае уже на первом этапе атомных разработок. Таким образом, многие атомные секреты на родину привезли ученые получившие образование и опыт за границей.
В начале 1950 г. в составе Академии наук Китайской Народной Республики появился Институт современной физики, заместителем директора которого стал Цянь Сэньчжянь. Весной 1953 года делегация Академии наук КНР направилась в Советский Союз для расширения познаний в области атомных технологий. Готовясь встречать китайский гостей, президент АН СССР академик Александр Несмеянов посоветовал властям проявить благоразумие и ознакомить Цянь Сэньчжаня только с некоторыми научными работами общего характера без введения в курс проблем, которые входят в тематику Первого главного управления, курировавшего вопросы советских атомных разработок.
Впервые «великий кормчий» обратился к Москве с просьбой помочь в создании атомного оружия во время визита Никиты Хрущева в Китай в октябре 1954 года. Хрущев не стал давать никаких обещаний. Более того, Н. С. Хрущёв посоветовал Мао отказаться от атомных проектов, т. к. у Китая нет необходимой для этого научной и промышленной базы, финансовых средств.
В то же время убежденность китайского военно-политического руководства в необходимости обладания ЯО только усилилась. Этому способствовали события двух конфликтов у границ Китая: Корейской войны 1950-1953 гг. и китайско-американского столкновения в Тайваньском проливе 1958 года. Китайское руководство получило угрозу США применить атомное оружие против КНР. 15 января 1955 года Мао на расширенном заседании Секретариата Центрального комитета Компартии Китая (ЦК КПК) даёт установку: КНР должна разработать собственную атомную бомбу с помощью Москвы или без её участия. За несколько месяцев до этого заявления Мао, его заместитель Чжу Дэ и министр обороны Пэн Дэ Хуай присутствовали в Советском Союзе на Тоцком полигоне на учениях с применением ядерного оружия.
Хрущёв идёт на уступки. 20 января 1955 года было подписано соглашение, которое предусматривало совместные геологические исследования в КНР (в Синьцзяне) и разработку урановых рудников. СССР испытывал потребность в увеличении своих ресурсов уранового сырья и получил по этому соглашению обязательство китайской стороны в обмен на предоставленную помощь в геологоразведке получать излишки урана. В поисках урановых залежей, кроме советских и китайских специалистов, были привлечены учёные из Восточной Европы. Вскоре выяснилось, что КНР неплохо обеспечена урановым сырьем. Первое место по его запасам принадлежало северо-западу Китая (Синьцзяну), где в 1957 году в районе города Чугучак начал разрабатывать урановое месторождение.
7 апреля 1956 года было подписано соглашение об оказании советской помощи в строительстве гражданских и военных объектов. По нему предусматривалось строительство новой железной дороги от Актогая до Ланьчжоу, что давало возможность доставлять оборудование на первый испытательный центр атомного оружия в Лоб-Норе.
Зимой 1956 года ЦК компартии Китая принял решение «о развитии атомной энергетики». В основу проекта были заложены два главных направления: создание стратегических ракет и ядерного оружия. Лучшие умы Китая и более 600 советских учёных работали над перспективным 12-летним планом развития науки на 1956-1967 гг. В этом плане были выделены направления по мирному использованию атомной энергии, изучению реактивной техники, созданию полупроводниковой техники, разработки ЭВМ и т. д. Для реализации этих масштабных замыслов Пекин собирался просить Союз и страны народной демократии оказать в этих вопросах «всестороннюю и ускоренную помощь». К тому времени Москва обязалась построить в КНР около ста заводов ВПК. В первую очередь Пекин хотел от Москвы помощи в развитии атомной и оборонной сферах.
Вначале многое в Китае просто копировали с советских образцов. Так, к концу 1956 г. в КНР создали «атомное министерство» - т. н. «Третье министерство машиностроения» (в 1958 г. оно стало Вторым) – это был аналог советского Средмаша. Если в Союзе главным атомщиком Иосиф Сталин назначил Лаврентия Берию, то в КНР эта обязанность была возложена на главу госбезопасности Кан Шэна (его позднее прозвали «китайским Берия»).
В 1956 году в Польше и Венгрии начались народные волнения и Хрущёв, нуждаясь в политической поддержке Мао, пошёл на расширение сотрудничества с Китаем. Кроме того, когда в сентябре 1957 года китайская делегация направилась в столицу СССР для переговоров, Хрущев, только что одержал победу во внутрипартийной схватке над Молотовым и его сторонниками, поэтому он хотел, чтобы Мао Цзэдун лично принял участие в совещании коммунистических и рабочих партий 1957 года в Москве. Хрущёв хотел успехом в отношениях с Китаем укрепить своё положение в СССР. «Великий кормчий» умело использовал эту ситуацию. Мао заявив, что приедет в Советский Союз только после подписания военно-технического соглашения, включающего передачу Китаю материалов и образцов для производства атомного оружия и средств его доставки. Так, Китай получил доступ к советским технологиям, необходимым для создания ЯО.
15 октября 1957 года между двумя державами было подписано соглашение, которое предусматривало передачу Китаю технологии изготовления ЯО. Москва отказалась только передать материалы, которые касались постройки атомной подводной лодки. По китайской информации, СССР предоставил также в качестве образцов две ракеты ближнего радиуса действия класса «земля—земля». Кроме того, уже с начала 1958 г. в КНР стали прибывать советские атомщики. Всего за период 1950-1960 гг. Китай посетило около 10 тыс. советских специалистов атомной отрасли. С помощью советских специалистов была выбрана площадка полигона для атомных испытаний – Лоб-Нор. Советские учёные помогли построить и запустить первый китайский экспериментальный ядерный реактор на тяжелой воде в сентябре 1958 г. Также был сооружён экспериментальный циклотрон. Одновременно примерно 11 тыс. китайских специалистов и 1 тыс. ученых прошли обучение и подготовку в Советском Союзе.
Надо сказать, что Хрущёв не испытывал сомнений по поводу решения вооружить Китай ЯО. А вот советские учёные, согласно воспоминаниям академика Абрама Иоффе, пытались саботировать это решение. Они хотели передать китайцам более старые проекты, чтобы притормозить их атомную программу. Однако Задикян, советский советник по ядерным делам при китайском правительстве, обнаружил это и донес наверх. В результате Китаю передали самые совершенные советские технологии, а вскоре произошел разрыв отношений СССР с КНР.
Проблема АПЛ и разрыв отношений.
В 1958 году Пекин снова попросил СССР оказать помощь в создании современного военно-морского флота, оснащенного атомными субмаринами. Советский посол в Китае Павел Юдин на встрече с Мао 1 июля сообщил, что вопрос рассматривается в Москве, но строительство современного подводного флота - дело новое и дорогое даже для Советского Союза. Посол добавил, что в СССР считают возможным и целесообразным строить современный ВМФ совместными усилиями Союза и КНР. Посол сообщил, что моря омывающие берега Китая по своему расположению являются важнейшими районами и создают благоприятные условия для действия ВМС в районе Тихого океана. Москва предложила продолжить переговоры с участием премьера Чжоу Эньлая и министра обороны Пэн Дэхуая. Мао поднял вопрос о собственности флота и его управлении. Советский посол уклонился от обсуждения деталей проекта
На следующий день Юдина пригласили на беседу с Мао Цзэдуном. В партийно-правительственной резиденции Чжуннаньхай были собраны все находившиеся в то время в Пекине члены китайского политбюро. Мао заявил, что Пекин не пойдёт на создание советских военных баз в мирное время. Он предложил Союзу оказать помощь в строительстве флота, «хозяевами которого будем мы». Предложение о визите в Москву Чжоу Эньлая и Пэн Дэхуая было отклонено.
Постепенно Москва стала ставить вопросы о определённом контроле со стороны СССР за ядерной отраслью и ВС Китая. Так, 31 июля 1958 года Хрущёв прибыл в Пекин и на встрече с Мао заявил, что КНР атомная бомба не так уж и нужна, т. к. СССР готов защищать соседа «как самого себя». Мао дал понять, что Китай - это великая и суверенная держава, которая должна обладать ЯО, чтобы защитить себя в случае войны. Он поставил вопрос о передача Китаю готового ЯО, или технологии создания атомной бомбы.
Летом 1958 года состоялась новая встреча Хрущева с Мао. Советский лидер пытался пробить идею о совместном строительстве флота и базировании советских подлодок в китайских базах. Мао Цзэдун не согласился, сообщив, что в прошлом в Китае много лет «сидели англичане и другие иностранцы». Он подтвердил, что в военное время Пекин готов предоставить свою береговую инфраструктуру, территорию для советских вооружённых сил. Однако руководить операциями на территории Китая будут сами китайцы. Кроме того, сообщил, что и китайские военные во время войны должны иметь право действовать на советской территории, включая Владивосток. В мирное же время, по его мнению, в подобном соглашении нет необходимости. В мирное время Советский Союз должен был помогать Китаю «создавать военные базы и строить вооруженные силы».
Китайские успехи.
К лету 1959 года стало окончательно ясно, что Москва не передаст Пекину полную технологию создания атомной бомбы. Премьер Государственного совета КНР Чжоу Эньлай заявил, что Китай сам за 8 лет создаст ядерную бомбу и без посторонней помощи. Отзыв из КНР 1292 советских специалистов в 1960 году, не смог серьёзно отодвинуть сроки создания атомной бомбы. К тому времени в КНР с помощью СССР уже подготовили около 6 тыс. собственных специалистов. Ухудшение советско-китайских отношений в начале 1960-х годов не изменило мотивацию Пекина к обладанию ЯО. К тому времени китайская наука уже получила достаточный объем теоретической информации из Союза, наладила контакты с европейскими учеными.
Через 5 лет (вместо обещанных 8), 16 октября 1964 года, премьер Госсовета Чжоу Эньлай от имени Мао сообщил китайскому народу об успешном испытании первой китайской ядерной бомбы (проект «596»). По подсчетам западных экспертов, эта программа обошлась КНР в 4,1 млрд. долларов США. Испытания прошли на ядерном полигоне Лоб-Нор (в окрестности озера Лоб-Нор). Изделие было создано на основе элемента уран-235, и обладала мощностью в 22 килотонны. Это испытание сделало Китай 5-й ядерной державой в мире.
Сразу после испытаний первого ядерного изделия Пекин сообщил об отказе от применения атомного оружия первым. Исходя из экономических соображений (нехватки средств), Пекин пошел по пути преимущественного производства термоядерных боеприпасов, создания баллистических ракет наземного базирования и авиабомб. 14 мая 1965 года китайцы провели первое ядерное испытание со сбросом атомной бомбы с самолета. В октябре 1966 года был запущен ядерный реактор в Чжуване для производства плутония. Зимой – весной 1967 года шёл процесс завершения разработки первого термоядерного заряда. 17 июня 1967 года китайцы осуществили первое успешное испытание термоядерной бомбы на основе урана-235, урана-238, Li-6 и дейтерия (т. н. ядерное испытание № 6). Взрыв изделия был произведён на полигоне Лоб-Нор, его мощность составляла 3,3 мегатонн. Термоядерная бомба была сброшена с самолёта Hong-6 (аналог советского самолёта Ту-16), на парашюте спущена до высоты 2960 м, где был произведён взрыв. После завершения этого испытания КНР стала четвёртой в мире термоядерной державой после Советского Союза, США и Англии.
27 декабря 1968 года Китай провёл испытание термоядерного заряда, в котором впервые использовался оружейный плутоний. 23 сентября 1969 года было проведено первое подземное ядерное испытание. В конце 1960-х годов Китай начал развертывания бомбардировщиков – носителей атомного оружия.