Россия вновь предложила Индии присоединиться к международному центру по обогащению урана (МЦОУ) в Ангарске. Эта тема была поднята во время апрельского визита на АЭХК высокопоставленной индийской делегации во главе с доктором Анилом Какодкаром.
МЦОУ задумывался как центр, где зарубежные партнёры России могли бы вкладывать свои средства в производство обогащённого урана. Идея центра возникла как отклик на потребности мирового сообщества в интернационализации чувствительных секторов атомной энергетики - в первую очередь, обогащения и химпереработки ОЯТ.
Создание МЦОУ с самого начала пошло не так, как задумывалось. Самый первый его потенциальный иностранный соучредитель взял паузу на раздумья, затянувшуюся на несколько лет. В Тегеране так и не сумели разобраться, не потребуют ли от них взамен за вхождение в Ангарск закрыть разделительный завод в Натанзе. Место Ирана занял Казахстан, а в обозримом будущем к нему собираются присоединиться Армения и Украина.
Но для придания центру налёта подлинной международности требовался соучредитель из дальнего зарубежья. Настоящим прорывом и крупным дипломатическим успехом могло бы стать присоединение к МЦОУ Индии. И такие предложения индийской стороне делались, причём неоднократно.
Потребности Индии в обогащённом уране на сегодняшний день невелики. Например, из всех действующих в стране энергетических реакторов обогащение нужно только двум старейшим блокам на АЭС "Тарапур". Но впереди у Индии - по крайней мере, если верить роскошным презентациям - пуски десятков импортных легководных реакторов, при эксплуатации которых без обогащённого урана не обойтись.
Первыми в этой длинной серии легководных установок должны стать два блока с ВВЭР-1000 на АЭС "Куданкулам", за чьё снабжение ядерным топливом за весь срок службы отвечает Россия. В 2007 году прилетевшего в Москву индийского премьер-министра попросили подумать - не согласится ли Индия войти в число акционеров МЦОУ в обмен за скидки на цену куданкуламского топлива?
В теории Индия была не против подобной сделки и лишь предлагала подождать, пока с неё снимут международные ограничения на ядерную торговлю. Но теперь уже обиделись в Москве. В списке неформальных требований на членство в центре появилось весомое дополнение - страна-кандидат в акционеры должна признавать ДНЯО. Для Дели такое условие, естественно, неприемлемо, так как подписание ДНЯО в его нынешнем виде автоматически лишит индийцев ядерного оружия.
Возвращение к теме индийского участия, случившееся в апреле на АЭХК, может говорить о том, что Россия всё-таки смягчила свою позицию. Косвенным подтверждением этому стал и преданный огласке набор требований к клиентам топливного банка, который создаётся в том же Ангарске - страна, желающая покупать в банке уран, должна быть членом МАГАТЭ, а отнюдь не подписантом ДНЯО.
Более того, в инструкциях для пользователей банка можно видеть предложения, написанные как специально для Индии - страна-клиент должна поставить под гарантии МАГАТЭ всю свою мирную атомную программу, что подразумевает возможное наличие у неё программы военной. Это явно индийский случай - правда, если быть точнее, то по состоянию на лет через пять вперёд, не раньше.
Выгоды Индии от присоединения к МЦОУ, в принципе, очевидны. Вложив деньги в создание обогатительных мощностей центра сейчас, Индия смогла бы в будущем добиться снижения топливной составляющей для своих АЭС с легководными реакторами - уж, как минимум, для всех блоков на Куданкуламе.
Доля акций центра в Ангарске позволила бы вздохнуть свободнее и людям, отвечающим в Индии за тяжёловодную программу. Хотя известно, что тяжёловодники могут работать и успешно работают на природном уране, но если их топливо будет слегка обогащено, то физика и экономика реакторов улучшится существенно. Например, уйдёт в небытие положительный пустотный эффект реактивности, эта вечная головная боль у всех наследников CANDU.
Против Ангарска в Индии могут выступить политики. В Дели все ведущие партии, за исключением коммунистов, заняты бурным романом с Вашингтоном, и делать слишком откровенный реверанс в сторону Москвы вряд ли захотят. По крайней мере, пока.
Выгоды России от индийского участия в МЦОУ лежат, в основном, в геополитической плоскости. Если нам удастся заполучить в международный обогатительный центр настоящую ядерную державу, то после такой удачи наши дипломаты и переговорщики смогут почивать на лаврах всё ближайшее десятилетие.
А вот насколько успешной может оказаться монетизация геополитического прорыва и принесёт ли он новые заказы отечественным атомным предприятиям топливного цикла, будет зависеть от управленцев и бизнесменов, а не от дипломатов.