15 июня 2012

Человек и радиация: стоит ли бояться атома?

Споры относительно влияния радиации на здоровье человека не утихают с момента, когда человек начал использовать атомную энергию в своих целях. Места аварий на атомных объектах, полигоны испытаний ядерного оружия обрастают слухами и легендами. Последствия катастрофы на ЧАЭС до сегодняшнего дня ощущают на себе Украина, Беларусь и Россия. А после аварии на японской АЭС Фукусима-1 в 2011 году в ряде стран задумались о дальнейшем использовании атомной энергетики. Имеют ли за собой объективные основания страхи относительно губительного влияния радиации на человека? Какие дозы действительно опасны? Через какой период времени возможно возобновление хозяйственной деятельности на загрязненных территориях? Опасна ли для человека современная атомная энергетика? На эти и другие вопросы ответил заместитель директора Института проблем безопасного развития атомной энергетики РАН по научной работе и координации перспективных разработок Рафаэль АРУТЮНЯН.

Алексей, Москва: Добрый день! Скажите, долго ли ещё мир будет ощущать последствия аварии на японской АЭС "Фукусима-1"?

Рафаэль Арутюнян: Вопрос сложный в том плане, что можно говорить о последствиях, связанных собственно с аварией, с её радиационными последствиями, о влиянии на здоровье населения. И в этом плане, прежде чем говорить о АЭС "Фукусима-1", нужно сказать, что общепринятые представления о том, что аварии на атомных станциях приводят к катастрофическим последствиям для населения и окружающей среды, не имеют никакого отношения к реальным фактам. За всю историю развития атомной энергетики 60 человек подверглись высоким дозам облучения, которые привели к смерти, и меньше трехсот человек получили высокие дозы облучения, которые нанесли ущерб их здоровью. Это данные, которые хорошо известны, и опубликованы в официальных докладах научного комитета по действию атомной радиации при ООН. Чернобыльская авария, которая относится к самой тяжелой аварии в истории атомной энергетики, является таковой, поскольку половина из этих 60 человек - это персонал и пожарные, которые умерли от высоких доз облучения в течение трех месяцев после аварии на Четвертом блоке. Также половина из получивших высокие дозы облучения за всю историю развития атомной энергетики - тоже люди из персонала Чернобыльской АЭС и пожарные. Что касается АЭС "Фукусима-1, то только 2 человека из персонала станции получили дозы облучения около 500 миллизивертов. Это означает, что из ста человек, если бы они получили такие дозы, два человека могли бы умереть от заболеваний раком в течение всей своей жизни. Поэтому ни о каких катастрофических и даже серьезных последствиях для здоровья персонала АЭС "Фукусима-1" нет и речи. Эти факты также хорошо известны и опубликованы в официальных докладах японского правительства. Что касается населения вокруг АЭС "Фукусима-1", то дозы дополнительного облучения, полученные за уже прошедший год, меньше 100 миллизивертов на наиболее загрязненных территориях. Ни о каких последствиях для здоровья при таких дозах наука не знает. Поэтому с радиологической точки зрения авария на АЭС "Фукусима-1" не оказала никакого влияния на здоровье населения. Но можно говорить о последствиях для атомной энергетики Японии. Под воздействием общественного мнения почти все блоки японских АЭС до настоящего времени находятся в состоянии останова, что, конечно, весьма существенно сказывается на экономике Японии. Но это в первую очередь плата за гипертрофированные представления о последствиях аварии на АЭС "Фукусима-1", не имеющие под собой никакой основы.

Дмитрий: Добрый день! Скажите, есть ли у современных АЭС радиационный фон при штатной эксплуатации?

Рафаэль Арутюнян: Собственно говоря, радиационный фон вокруг атомной станции определяется природным фоном, который существует везде, и тем, что, как думают многие, выбрасывает АЭС. Так вот, это широко распространенное заблуждение, что эти выбросы можно зарегистрировать в виде повышения радиационного фона. Выбросы атомных станций и у нас, и во всем мире жестко регламентируются, и они должны быть таковы, чтобы дополнительная доза облучения населения вокруг АЭС была меньше 0,001 дозы облучения от природного фона. Поэтому вы никогда не сможете зарегистрировать превышение фона, связанного с выбросами АЭС. Для того, чтобы обнаружить следы этих выбросов, необходимо применение специальной и очень чувствительной аппаратуры. И соответственно, при столь пренебрежимо малой дозе дополнительного облучения АЭС никак не может влиять на здоровье человека, а тем более, на окружающую среду.

Дмитрий: Какова Ваша позиция относительно возобновления хозяйственной деятельности на территориях, загрязнённых после катастрофы на ЧАЭС?

Рафаэль Арутюнян: Во-первых, на подавляющем большинстве территорий хозяйственная деятельность ведется. Что касается возможности ведения хозяйственной деятельности на весьма ограниченных территориях с наибольшей плотностью загрязнения, то сельхоздеятельность на таких территориях ведется с применением некоторых мер, которые ограничивают поступление радионуклеидов в сельхозпродукцию. При этом надо иметь в виду, что нормативы, которые регулируют требования по чистоте продукции, например, в России, наиболее жесткие в мире. Мало кто знает, что в результате Чернобыльской аварии были загрязнены тем же радиоактивным цезием территории в Европе, которые по площади превышают аналогичные территории в Российской Федерации. При этом в ЕС были установлены значительно более высокие нормативы на содержание цезия, и практически не было ограничений на сельхоздеятельность. И никаких чернобыльских зон у них не существует. При этом понятно, что в этих странах не меньше заботятся о безопасности населения, и не хуже нас понимают в вопросах радиационной безопасности.

Андрей, Владивосток: Скажите, что делается сегодня в атомной отрасли, чтобы обеспечить безопасность эксплуатации отечественных АЭС?

Рафаэль Арутюнян: Вопрос, конечно, большой, поскольку деятельность по обеспечению безопасности и у нас, как и во всех странах, является ключевой в развитии атомной энергетики. Но наверное, главное - это переход на новые проекты, так называемые АЭС 2006, которые на следующем уровне решают вопросы безопасности. Это связано с наличием пассивных систем, которые в течение трех суток позволяют обеспечивать в частности съем тепла с активной зоны без участия персонала. При этом должен сказать, что дополнительные системы безопасности занимают в стоимости проектов около 30%. Создание этих дополнительных систем безопасности в первую очередь - реакция на обостренное восприятие населением аварий с выбросами в окружающую среду. Безусловно, это приводит к удорожанию проектов, но и важно с точки зрения принятия атомной энергетики общественностью.

Елена Дмитриева, Москва: Насколько обоснованы страхи некоторых европейских стан относительно атомной энергетики?

Рафаэль Арутюнян: В первую очередь, нужно представлять себе масштаб атомной энергетики в Европе. Нужно понимать, что на территории Европы, которая составляет лишь небольшую часть территории России, более 140 атомных блоков. Поэтому если говорить в целом, то именно Европа в первую очередь развивает атомную энергетику. А если учесть еще 100 блоков в США, то это две трети атомной генерации во всем мире. Поэтому речь, наверное, идет о Германии, где традиционно сильны позиции Партии зеленых. Одной из основных целей этой партии является закрытие всех атомных станций и полный отказ от развития в стране атомной энергетики.

Сергей: Сегодня много говорят о радиации, её влиянии на человека. Скажите, так ли она опасна?

Рафаэль Арутюнян: Действительно, если как-то характеризовать представления подавляющей части людей об опасности радиации, то можно сказать, что радиацию всегда воспринимают, как самый опасный фактор воздействия на человека и даже окружающую среду. На самом деле все живое на Земле развилось в условиях естественного радиационного фона, вклад которого в облучаемость человека в сто и тысячу раз выше облучаемости от АЭС и объектов ядерного топливного цикла. А о случаях высоких доз облучения, связанных с авариями и инцидентами, количество которых за всю историю атомной энергетики можно пересчитать по пальцам, я уже говорил. Можно привести пример, наверное, наиболее ярко характеризующий облучаемость населения. 90% населения чернобыльских зон получило дополнительную дозу облучения, связанную с радиоактивными выпадениями, в 10 раз меньшую, чем, например, получает население Финляндии ежегодно от природного радиоактивного родона. Кстати, такие же территории с высокими уровнями доз облучения есть и у нас. Например, на прекрасных курортах Алтая и Ставрополья дозы облучения от природного фона достигают 8-10 миллизивертов в год. Такие дозы не получает население даже на наиболее загрязненных чернобыльских территориях. При этом никакого риска здоровью от таких доз не обнаружено за всю историю многочисленных эпидемиологических исследований.

Александр: Фантасты любят писать о последствиях атомных войн… Мутанты, чудовища и т.д. Скажите, есть ли подтверждённые факты о том, что радиация вызывает серьёзные мутации? Никогда не слышал о мутантах рядом с полигоном "Семипалатинск".

Рафаэль Арутюнян: Александр абсолютно прав, хотя действительно широко распространено представление, что одно из страшных последствий радиации - это генетические мутации. На самом деле за всю историю человечества никогда не было зафиксировано ни одного случая генетических последствий для человека, связанного даже с очень высокими дозами облучения. Поэтому это очередной миф, не имеющий никакого отношения к реалиям.

Супруги Иррадиа, Москва: Очень насущный вопрос по поводу установленных норм РБ по России. Считаете ли Вы адекватными установленные государством предельно допустимые нормы радиационного облучения для населения России? Все, что касается облучения, как внешнего, так и внутреннего (инкорпорированного) и в том числе уровня радона в помещениях? Вопросы касательно поднятия общепринятых норм неоднократно поднимались в СМИ за рубежом. С уважением, супруги Иррадиа.

Рафаэль Арутюнян: Я уже говорил, что нормы радиационной безопасности в России наиболее жесткие. Приведу пример: после аварии на ЧАЭС были загрязненные территории как в Западной Европе, так и у нас. При этом нормативы, установленные для продуктов питания, например, в Норвегии и Швеции, были в 3-5 раз выше, чем у нас. И еще раз скажу, что это не означает, что уровни загрязнения продуктов питания, установленные в этих странах, приводили к какой-либо опасности для здоровья, а тем более, те уровни, которые были установлены у нас. Что касается радона в помещениях - это действительно один из основных вкладчиков в дозы облучения населения от природного фона. Есть территории, на которых проживает население, получающее за счет радона дозы облучения на уровне 15-20 миллизивертов в год. При этом вопрос о целесообразности ужесточения норм радиационной безопасности затрагивает напрямую интересы людей. В частности, то молоко, которое у нас считалось загрязненным, а поэтому отправлялось на переработку, в Норвегии было разрешено употреблять детям. Поэтому нормы в первую очередь должны обеспечивать безопасность здоровья, а дальнейшее их снижение ниже безопасных уровней, как правило, приводит к социальному и экономическому ущербу для населения.

Иван, Каменск-Уральский: Хотелось бы услышать ваше мнение по поводу того, что на западе США повысилась радиация, а под Нью-Йорком остановлен атомный реактор. Вам что-нибудь известно по поводу утечки радиации в Хмельницке. Это слухи или проблемы?

Рафаэль Арутюнян: Насчет США - не знаю, что имел в виду Иван, но возможно, он попал в точку. В Соединенных Штатах с 1970 года по настоящее время дозы облучения всего населения в среднем повысились с 3 миллизивертов до 6 миллизивертов в год. И связано это с широким распространением компьютерной томографии. Напомню, что 6 миллизивертов в год - это гораздо больше, чем дозы на 90 процентах территории чернобыльских зон. Но именно безопасность таких уровней облучения позволяет развивать применение компьютерной томографии в медицине для диагностики. Это может быть самый понятный ответ, являются ли опасными дозы облучения, связанные с авариями на Чернобыльской АЭС и АЭС "Фукусима-1".

Вячеслав: Экология. Кто занимается экологическим мониторингом в г. Москве строек, особенно жилых зданий на предмет радиационного фона. Если нет (а такое подозрение есть), то может дать возможность самим жителям контролировать это с помощью индивидуальных дозиметров, ибо мы живем в страшно "радиационной" стране и планы по ее радиоактивному развитию также на направлены не на снижение роли АЭС, как это происходит во всем передовом мире.

Рафаэль Арутюнян: В первую очередь, Вячеслав, наверное, должен знать, что контролем радиационной безопасности населения на всей территории РФ, в том числе в Москве, занимается Роспотребнадзор. Эта структура занимается тем, что контролирует радиационное загрязнение продуктов питания и жилых помещений. Кроме этого, в Москве есть организация МосРадон, которая проводит регулярно съемки по территории Москвы. А еще в Москве существует территориальная система автоматизированного радиационного контроля, в составе которой действует около 100 постов. Так что радиационная обстановка в Москве контролируется более чем надежно. А если говорить о страшно радиационной стране, то нужно говорить про территории с высоким радиационным фоном, десятикратно превышающим радиационный фон в Москве, которые расположены в штате Керал в Индии, в Бразилии на знаменитых пляжах Копакабаны, и наибольшие дозы облучения от природного фона, достигающие 50 миллизивертов в год, получает население прикаспийской зоны Рамсар в Иране. А это доза в 25 раз выше дозы облучения человека в Москве. При этом все здоровы, и многочисленные эпидемиологические обследования, проведенные за последние 30 лет, не только не выявили повышенной онкологической заболеваемости на этих территориях, но и скорее свидетельствуют о более низком уровне онкологии населения этих территорий, живущих там веками.

Лара, Голландия: Здравствуйте, Рафаэль. Что заставило вас прийти в атомную энергетику? Что послужило поводом и что это вам дало как личности? Вызывает ли у вас беспокойство текущая экологическая ситуация, вызванная развитием атомной индустрии?

Рафаэль Арутюнян: В атомную энергетику я попал в каком-то смысле случайно, поскольку после физфака МГУ я занимался вещами, весьма далекими от атомной энергетики, работая в филиале Курчатовского института. В 1986 году, после аварии на ЧАЭС, нашу команду привлекли к работам, связанным с ликвидацией последствий аварии. Так я оказался в Чернобыле, а потом, когда в Академии наук был создан Институт проблем безопасного развития атомной энергетики, я был приглашен туда на работу. Что касается текущей экологической ситуации, вызванной развитием атомной энергетики, из предыдущих ответов видно, что мое отношение к этому исходит исключительно из научных данных, которые однозначно показывают, что экологическая безопасность атомной энергетики заведомо превышает безопасность не только других видов энергетики, но и многих отраслей промышленности. Например, сравнительный анализ негативного воздействия на здоровье человека общей энергетики и атомной энергетики дает общеизвестные, но от этого не менее впечатляющие цифры. За 30 лет в инцидентах и авариях в обычной энергетике погибло более 80 тысяч человек. И это только при авариях с числом погибших больше 5 человек. Ежегодно выбросы тепловой энергетики приводят к преждевременным смертям почти 300 тысяч человек. Не думаю, что имеет смысл эти цифры сравнивать с теми, о которых я говорил в связи с атомной энергетикой.

Иван Сергеев, Москва: Я слышал, что в настоящее время в Европе самые старые а значит самые опасные с точки зрения эксплуатации - АЭС Великобритании. Насколько это соответствует действительности?

Рафаэль Арутюнян: На самом деле во всем мире атомная энергетика развивалась этапами, поэтому есть блоки первых поколений, вторых поколений, а сейчас идет переход на блоки третьего поколения. Идет разработка блоков четвертого поколения. Когда мы говорим о безопасности АЭС - безусловно, их безопасность повышается, но это не значит, что предыдущие поколения станций более опасны. Нормы по безопасности к атомным станциям во всех странах требуют проведения дополнительных мероприятий на старых АЭС для приведения их в соответствие с современными нормами по безопасности. Конечно, не всегда это соблюдается, и собственно, авария на АЭС "Фукусима-1" - это следствие непроведенных эксплуатирующей компанией мер по повышению безопасности действительно старой АЭС. Ей около 40 лет. Но сами мероприятия, вполне понятные, могли быть проведены, и в первую очередь для обеспечения устойчивости работы резервных дизель-генераторов в условиях цунами, что позволило бы избежать тяжелой аварии на АЭС "Фукусима-1". В то же время очевидно, что развитие атомной энергетики должно происходить путем постепенной замены АЭС старых проектов на новые. В России это проект АЭС 2006, удовлетворяющий наиболее жестким требованиям по безопасности.

Юлия: Добрый день, Рафаэль Варназович! Если можно, то вопросов будет несколько. Как известно, существует несколько типов радиоактивного излучения. Свойства различны. Биологический вред и допустимые дозы тоже различаются. С каким видом излучений чаще всего сталкиваются после аварий на АЭС?

Рафаэль Арутюнян: Действительно, существует много типов радиоактивного излучения, это альфа, бета, гамма, нейтронное, есть и другие типы излучений. Но с точки зрения опасности воздействия на здоровье человека есть универсальная величина, так называемая эффективная эквивалентная доза облучения. Собственно, она и определяет уровень безопасных для здоровья доз. Собственно, все эти типы излучений исходно присутствуют в природе и определяют подавляющую часть дозы облучения человека. Вторым по вкладу источником облучения является медицина, то есть радиационная диагностика и радотерапия. И практически пренебрежимым источником облучения человека являются объекты использования атомной энергии.

Алла: Рафаэль Варназович, не секрет, что на загрязнённых территориях после аварии на ЧАЭС ведётся хозяйственная деятельность, а после аварии на АЭС "Фукусима-1" у берегов США ловят тунца с превышенной дозой радиоактивных веществ. Скажите, насколько опасно употребление таких продуктов в пищу?

Рафаэль Арутюнян: То, что касается территорий, загрязненных в результате аварии на АЭС "Фукусима-1", то радиационная обстановка, сложившаяся там, на подавляющей части территорий в префектуре Фукусима позволяет вести хозяйственную деятельность. Уровни загрязнения воды в океане таковы, что содержание радионуклидов, а сейчас это в первую очередь цезий 134-й и 137-й, при потреблении полного рациона рыбы могут приводить к дополнительной дозе облучения на уровне не более 1-2 миллизивертов в год. Это в несколько раз меньше, чем при одной компьютерной томографии грудной клетки. Так что ни о какой опасности потребления рыбы речи не идет. Причем должен сказать, что расчеты ожидаемых уровней загрязнения и воды, и рыбы мы провели в первых числах апреля 2011 года, и они полностью подтвердились за прошедший год, хотя мы слышали много скептических мнений о том, что с рыбой не будет никаких проблем. Но факты есть факты, на сегодняшний день контроль рыбы ведется соответствующими надзорными органами Японии, и уровни ее загрязнения не представляют никакой угрозы здоровью.

Егор: Рафаэль Варназович. Все только и говорят про аварии на АЭС. Скажите, а что осталось после испытаний атомного оружия? Ведь загрязнение полигонами вряд ли ограничилось.

Рафаэль Арутюнян: Если говорить об атомном оружии, то конечно, это отдельная тема. Но в контексте нашего общения могу сказать, что по сути многое о действии атомной радиации на человека нам известно в связи с бомбардировками Хиросимы и Нагасаки в августе 1945 года. Тогда в результате этих бесчеловечных бомбардировок погибло более 210 тысяч человек. А те, кто выжили после этих бомбардировок, получив различные дозы облучения, в том числе и весьма высокие, до сегодняшнего дня наблюдаются японскими специалистами в рамках так называемого японского регистра облученных лиц. Результаты этих наблюдений таковы: из 86 тысяч человек, среди которых половина к сегодняшнему дню умерло по естественным причинам, день японскими специалистами 500 смертей отнесено к последствиям их облучения. Часто эта цифра встречается с недоверием и удивлением. Но эти данные получены в рамках международных проектов лучшими специалистами в мире.

Завершающее слово Арутюняна Рафаэля: Всего хорошего, и хочу пожелать всем нашим участникам этого общения одного: составлять свои представления по, наверное, действительно важному для многих вопросу, вопросу об атомной энергетике и радиации, на основе достоверных данных. А для этого есть очень много источников информации. Меня очень удивляет, когда о радиационной обстановке, дозах облучения спрашивают у специалистов, и даже у атомщиков. Роспотребнадзор ежегодно издает прекрасный радиационно-гигиенический паспорт территорий России. И по каждой области РФ там есть данные по облучаемости от всех источников, от природного фона, от медицинского облучения и от объектов использования атомной энергии. Данных, представленных в этом паспорте, достаточно, чтобы знать о радиационной обстановке на территории, на которой вы живете. Также в Интернете, в том числе на сайте нашего института, можно в реальном времени видеть данные автоматизированной системы контроля радиационной обстановки (АСКРО) вокруг объектов Росатома.