О будущем АЭХК в частности и атомной промышленности в целом, рассказывает председатель комитета по законодательству о природопользовании, экологии и сельском хозяйстве Юрий Фалейчик.
– Давайте поговорим об Ангарске. А именно о АЭХК. Сейчас мы имеем две точки зрения по этому поводу. «Росатом» утверждает, что все будет закрыто, свернуто и перенесено в Северск. С другой стороны губернатор и директор АЭХК говорят, что ничего сворачиваться не будет. Хотелось бы узнать ваше мнение, как депутата, представляющего Ангарск. Кто же прав?
– Между этими двумя диспозициями, как по времени, так и по решениям, ничего не изменилось. Руководство «ТВЭЛ» описывает ситуацию, так как нужно для себя, руководство АЭХК – для себя. И ничего не меняется.
Так кто прав? Я бы сказал, каждый по своему. Губернатор прав – чего людей-то заводить. Серьезные решения принимаются не на площади, а в тиши кабинетов. В долгих сложных переговорах в подгонке позиций – и в заявлении губернатора это прозвучало, но не все услышали. А ключ лежит именно там, в соглашении, которое правительство области будет подписывать с «Росатомом». Именно в соглашении мы должны предусмотреть все условия, которые будут выставлены «Росатому».
Если раньше Ангарск просто «взрывался» от одной только идеи создания международного центра по обогащению урана, то сегодня он негодует по поводу того, что завод реально сокращают, люди реально вылетают на улицу. И полное сокращение сублиматорного производства оставит несколько сотен людей без работы. И степень возмущенности такова, что игнорировать ее не получится. И губернатор говорит людям – вы не переживайте, все всё понимают, будем подписывать с «Росатом» устраивающие всех соглашение.
В судьбе АЭХК пытаются принять участие все политические силы Ангарска. Достаточно открыть любую ангарскую газету – хоть самую малость, но про АЭХК вы найдете в каждой
Что делать в итоге? Оставить в старой форме ну явно уже не получится. Потому как есть одно важное обстоятельство – время идет и, соответственно, технологии совершенствуются. И технология, которая предусмотрена в Северске, реально экономичнее. Производство на АЭХК уже устарело – оно хорошо для двадцатого века, но для 21-го – уже не соответствует.
Если ничего не менять, то мы будем отставать. Мы и сегодня не лидеры с точки зрения себестоимости и экономии уранового производства. А так будем наращивать отставание. Нужна модернизация. Но делать модернизацию во всех трех точках – в Глазове на Чепецком механическом заводе, в Ангарске, в Северске – бессмысленно. Масштабы изменились. Мы бомбы не делаем, наработка урана сократилась.
После Фукусимы изменение масштабов коснулось не только России, но и мира. Если до катастрофы в Японии предполагалось, что ядерная энергия будет иметь долю в 20 процентов в общем энергетическом балансе, то сейчас, по прогнозу «Бритиш Петролиум» до 2030-го года, уровень не будет подниматься – они не прогнозируют развития атомной энергии.
Процесс в Северске не остановить. И понятно, что это повлечет за собой остановку в Ангарске. У меня была тут идея, я ее унес в «Росатом». Ее сейчас там переваривают. Не знаю, как они на нее среагируют, но мне самому она нравится.
Подоплека такова: сейчас на карте страны четко выделена территория для потенциальных инвестиций – Дальний Восток и Прибайкалье. Готовится проект федерального закона о развитии этой зоны. Идут разговоры о создании госкорпорации по развитию Дальнего Востока и Прибайкалья. В какой форме все это будет - пока не ясно, но четко понятно одно: это будет территория особого экономического режима. Здесь будут льготы инвесторам, новым производствам, массовое привлечения людей, плюс пойдет поток госинвестиций в инфраструктурные проекты. И сейчас крупные корпорации – РЖД, «Роснефть», «Газпром» и прочие – нарабатывают проекты для реализации, Потому что, чем больше проектов ты сюда «притащишь» и получишь одобрение государства, тем больше выгода в итоге. Занимаются все – кроме «Росатома». На всей этой территории у «Росатома» три промышленных площадки.
Возвращаюсь к моему предложению. Ангарская площадка, она громадная, идеально инфраструктурно обеспеченна, десятикратный запас мощности по электроэнергии, свободные корпуса для строительства, квалифицированные кадры – великолепный костяк для производства. Понятно, что я не призываю «Росатом» создавать ядерный кластер, но давайте сделаем Ангарск центром неядерных технологий «Росатома» – машиностроительные, химические, металлургические, приборостроительные проекты. Все можно делать в Ангарске.
Такое предложение отправил. Жду реакции. И тут два варианта. Либо пошлют куда подальше. И это вполне нормальный ответ. В России так принято отвечать. Либо – в этом предложении много интересного, мы его изучим, и будем говорить дальше. Я, конечно же, очень бы хотел, чтобы ответ был второй. Потому что это будет, безусловно, спасение и для АЭХК и для Ангарска, а также большой плюс и выигрыш для Иркутской области.
– Если рассматривать вариант с закрытием АЭХК, то не стоит забывать, что на складах находятся большие запасы ОГФУ. И есть вероятность того, что они будут брошены на муниципалитет.
–Нет. У нас в стране по федеральному закону оператором по обращению с облученными веществами является все тот же «Росатом». Они не имеют права ни бросить, ни передать, ни подарить кому-то свое излучающее наследство. Это принципиально и очень важно.
В контексте данного вопроса, стоит вкратце рассказать об одной международной научной конференции, прошедшей в прошлом году. На ней американцы на практике доказали одну теорию. А именно – обогащение урана возможно не только в центрифугах, но и при определенном воздействием лазера. Да, пока что это лишь единичный случай. Но скорость прогресса такова, что в течение десятилетия уже будут устройства по обогащению урана по принципу новых лазерных технологий. Это означает – абсолютно другие энергетические затраты, производственные площади, а значит, центрифужные технологии – конечны.
Применительно к Иркутской области, я думаю, что в течение ближайших двадцати лет не потребуется ни АЭХК, ни обогатительное производство прежнего уровня. И наша задача, тех, кто в политике, найти выходы из этой ситуации, задумываясь о будущем. Надо создать такие условия в жизни в Ангарске, чтобы баланс между производством и обществом не нарушался, и соответственно, не нарушался и в Иркутской области. Чтобы мы расцветали. Чтобы у нас все шло в плюс, а не в минус. И при этом жесточайшим образом соблюдая экологические нормы.
– Вы говорили, что вопрос АЭХК будоражит каждую политическую силу в Ангарске. Может ли стать АЭХК козырной картой, которую следует разыграть политику в предстоящих выборах Законодательное Собрание?
– Во-первых, в этой теме нет политического эксклюзива. Об этом могут говорить и коммунисты, и ЛДПР, и «справедливороссы», и «Единая Россия».
Второе, «Росатом» – гигантская компания. И, условно говоря, она живет по своему времени. Мыслит, так сказать, стратегически – на десятилетия вперед. Нельзя ждать от «Росатома» быстрых решений. И сиюминутное предвыборное спешное копошение их не затрагивает. За столь короткий срок (три месяца) ни одна из политических сил не успеет предложить реально реализуемого решения, которое бы подтвердил «Росатом».
– Но можно просто на популизм надавить...
Это точно. И такое будет, я вас уверяю.