«Русатом Инфраструктурные решения» запустил в эксплуатацию платформу «Умный город» в 12 атомных городах. Гендиректор компании Ксения Сухотина объяснила, чем инструментарий для муниципалитетов отличается от решений для региональных администраций и где можно взять деньги на цифровизацию городской среды.
— В апреле гендиректор госкорпорации Алексей Лихачев объявил, что «Росатом» бесплатно передаст цифровую платформу 10 атомградам. Почему бесплатно?
— Руководство «Росатома» приняло это решение в разгар пандемии, когда вся страна находилась на карантине. В той ситуации атомные города столкнулись с дополнительными сложностями, поэтому их решили поддержать в том числе с помощью наших разработок. Но вскоре к проекту присоединились и другие города помимо этих 10.
— Какие?
— С «Умным городом» «Росатома» уже работают 13 атомных городов. Кроме 10, о которых мы говорили, это Саров, где платформа развернута давно и максимально широко, его можно считать R&D-центром в области цифровых технологий для города. Плюс Десногорск и Полярные Зори. Сейчас мы ведем переговоры с другими пристанционными городами, начали разворачивать систему в Усолье-Сибирском в Иркутской области.
— Что представляет собой процесс передачи технологии?
— Он довольно трудоемкий, просто установить платформу недостаточно. Нужно, чтобы она нормально встроилась в городскую среду, была востребована и отвечала потребностям города. Буквально за пару месяцев наши команды провели колоссальную работу: постоянно общались с представителями муниципалитетов, обучали сотрудников, решали юридические вопросы. Хочу поблагодарить глав городов и департамент по работе с регионами госкорпорации за помощь и активное участие во всех процессах.
Еще один важный момент — необходимо реорганизовать администрирование. Платформа будет бесполезной, если по-прежнему будут потери времени, забюрократизированность процессов, их дублирование, не будет отлажено взаимодействие участников. Автоматизация — не модная электронная игрушка, она обнаруживает ненужные звенья и дает старт внутренней трансформации процессов в городских администрациях.
— Вы с ЗАТО на каком этапе — реорганизации процессов или автоматизации?
— Мы еще в 2019 году подписали соглашения с 18 атомными городами по внедрению системы администрирования процессов Lean Smart City, большую подготовительную работу выполнили. Конечно, улучшение — это бесконечная работа, как и улучшения в ПСР, на которой основана Lean Smart City. Но даже после первого этапа наладки цепочек реагирования на запросы горожан установить цифровую платформу стало дешевле и проще. Передача самой платформы из-за пандемии стала логичным продолжением работы.
— Для чего нужна система Lean Smart City?
— Нельзя цифровизировать беспорядок, это не даст результата. Сначала надо организовать процессы по уму, тогда цифровизация станет не отвлеченной задачей, а инструментом повышения производительности. Сначала эксперты компании «Русатом Инфраструктурные решения» и работники муниципалитетов анализируют процессы, выстраивают их более эффективно, и только потом подключаются цифровые сервисы — те, которые больше всего нужны городу. Это позволяет муниципалитету не создавать лишнее, получить те сервисы, которые закрывают его потребности.
Кроме того, мы постоянно развиваем систему, наполняя ее новыми сервисами. В этом году реализован проект «Умный город» в Железноводске Ставропольского края. Сейчас мы начинаем его тиражировать в других городах региона. Несколько крупных проектов по цифровизации реализуются в Мурманской, Томской областях и других регионах.
На базе платформы «Умный город» мы сформировали новый продукт «Интеллектуальная транспортная система». Это комплексное решение, включающее в себя системы управления дорожным движением, парковочным пространством, пассажирским транспортом. Также в него входит возможность математического моделирования и прогнозирования дорожной ситуации и система весогабаритного контроля. Все системы объединены в сеть, что открывает перед городом абсолютно новые возможности. По нашим оценкам, внедрение такой системы на 25–30 % увеличит пропускную способность дорожной сети. Снизит смертность в результате ДТП на 15–20 % в год, в целом уменьшит среднее количество ДТП на 10–15 % в год. Уменьшит количество закупаемых автобусов и улучшит движение пассажирского транспорта. И это все без реконструкции или строительства новой дорожной инфраструктуры.
— А какой набор функций получили администрации в атомных городах?
— Каждый город получил одинаковый базовый набор функций. Он включает модуль для коммунальных служб, модуль городских служб, школ, детских садов, полицейских участков и модуль, где депутаты могут контролировать качество выполнения работ. Это набор функций, который автоматизирует и переводит процессы в онлайн, а потому облегчает взаимодействие жителей со школами, поликлиниками, муниципальными ведомствами.
— Смогут ли жители онлайн сообщить о какой-то проблеме в городском хозяйстве?
— Да, модуль решения проблем, как мы его называем, входит в базовый пакет. Система устроена так, чтобы горожане получали обратную связь.
— Систему долго налаживали?
— В июле — августе шла тестовая эксплуатация, все проверяли волонтеры. Надо, чтобы люди, которые распределяют задания между исполнителями, были полностью готовы к внедрению системы. Согласитесь, странно было бы представить цифровую платформу, которой толком не воспользоваться. Все получили бы негативный опыт. Наша задача — сделать работу качественно, чтобы горожане увидели улучшения в работе местных властей, больше доверяли им.
— Когда сдали систему в эксплуатацию?
— В начале сентября. Все вернулись из отпусков, с дач и могут в полной мере пользоваться сервисами.
— Что будет после того, как администрации атомных городов освоят первичный функционал?
— Развивать систему будем исходя из запросов администраций и жителей. В июне мы провели онлайн-хакатон. Постарались привлечь как можно больше жителей атомных городов, чтобы они могли сами для себя формировать комфортную среду. Многие решения, не только победителей, будем внедрять. Этот эксперимент с живыми лабораториями удался, будем его продолжать.
— Вы работаете не только с мэрами, но и с губернаторами. Как функционал «Умного города» можно адаптировать к их задачам? Ведь губернатор не разбирается с ямами на дорогах или неработающими фонарями.
— Наш опыт показывает, что административные процессы на уровне города и области не особо различаются. В одном из регионов, с которыми мы сейчас работаем, стоят те же самые вопросы по мониторингу коммунальной техники, контролю подрядчиков, которые занимаются строительством дорог. Даже прием и обработка сообщений на уровне региона те же, что и в городе. Конечно, отличия тоже есть. Город в большей степени занимается вопросами ЖКХ и муниципального транспорта. У губернатора к ним добавляются задачи по усилению инвестиционной привлекательности, стратегическому развитию региона, работе с человеческим капиталом — чтобы жители были довольны и не уезжали жить и работать в другие регионы. Как следствие, увеличивается объем информации, меняется структура внедрения.
— Каким образом?
— В регионах на первый план выходит необходимость интеграционной платформы. В администрации региона действует много информационных систем — гораздо больше, чем в городе. Часто это сквозные системы, которые обслуживают конкретную функцию. Они действуют в каждом городе региона и подключены к федеральным системам. Например, в регионе установлены системы, которые отслеживают жалобы пользователей в соцсетях, чтобы отрабатывать их как официальные запросы. Есть платформы обратной связи, такая система сейчас внедряется на уровне страны. Весь этот ИТ-ландшафт необходимо учитывать и объединять, в этом и есть предназначение интеграционной платформы. Когда она готова, к ней можно подключить отраслевые модули, например по транспорту, ЖКХ, здравоохранению. А верхний уровень — это дашборды: программы систематизируют все аккумулируемые данные и формируют сводные отчеты, которые используют губернатор и региональное правительство в своей работе. Если в городе обычно достаточно одного дашборда, то на уровне регионов их становится гораздо больше. Объема данных, метрик, по которым надо сводить информацию, и направлений деятельности, конечно, тоже больше.
— Если в городе житель может пожаловаться на неубранный снег и понимает, что его запрос получает напрямую мэр, то на региональном уровне как организовано взаимодействие?
— Мы разработали, на наш взгляд, универсальную модель: несколько ступеней, по которым проходит каждое сообщение, чтобы его корректно маршрутизировать. Эти данные вносятся в систему, строится алгоритм. И у исполнителя больше нет в голове хаоса из-за того, что он не понимает, куда надо направить сообщение о той или иной проблеме.
— Как формируется эта модель?
— При внедрении мы собираем все данные по муниципалитетам региона, структурируем их по категориям и подкатегориям, заводим данные в систему. Затем создается нормативный документ, позволяющий региональным администрациям увеличивать количество категорий, по которым жители могут обращаться. А житель, со своей стороны, в интерфейсе выбирает категорию, подкатегорию, отправляет сообщение, через два дня ему приходит уведомление о том, что оно принято в работу. Средний срок решения проблемы — 10 дней.
— Систему устанавливают на серверные мощности администраций?
— Платформа и все данные 12 атомных городов, кроме Сарова, хранятся на мощностях Калининского ЦОДа. Это защищенный отраслевой объект информационной инфраструктуры, и мы понимаем, что с ним ничего не произойдет. И здесь еще и хороший пример междивизионального взаимодействия по развитию новых продуктов в отрасли.
— А данные «неатомных» клиентов где будут храниться?
— Большинство регионов хотят, чтобы система внедрялась и данные собирались на их серверах. В этом случае они покупают у нас лицензию, сейчас она бессрочная. Некоторым не нужна система, они хотят купить услугу. В этом случае информация хранится на наших серверах.
— Какого рода услуги имеются в виду?
— Например, в городе уже есть умные остановки, но муниципалитет хочет показывать на мониторах что-то интересное про маршрут или город. Тогда они покупают контентное сопровождение как услугу.
— Как строится работа с новыми клиентами?
— Участвуем в конкурсе, который объявляет муниципалитет или регион. Если выигрываем конкурс, собираем команду. На каждый проект выделяются аналитики, архитекторы, разработчики, дизайнеры и другие специалисты. Можем сами выйти на потенциальных заказчиков: демонстрируем возможности системы, обсуждаем, какую проблему им нужно решить, какие модули для этого нужны.
— Что просят?
— По-разному. Иногда очень конкретный сервис. Тогда мы отправляем опросные листы, по каждому сервису они различаются. Они нужны для детализации требований. С обеих сторон назначается руководитель проекта, затем приступаем к внедрению. Конфигурация может быть и специфическая, если есть конкретная проблема. Вот пример. Муниципалитет обратился к нам с просьбой решить системную проблему: после сильных снегопадов снег с улиц никто не убирал, хотя подрядчик клялся, что вся техника на линии. Мы проанализировали процесс и выявили пробел в отчетности. Ликвидировали мы его просто: установили датчики на технику, информация стала поступать в ситуационный центр в муниципалитете. Профильный департамент получил возможность видеть технику в реальном времени и быстро формировать отчеты. Верить на слово подрядчику уже не требовалось: система собирала объективные данные.
В случаях со сложным ИТ-ландшафтом, где работает много разных ИТ-систем, надо сначала собрать информацию по каждой: какие есть, в каком они состоянии, могут ли они интегрироваться, какие данные выдают. Еще один вариант — если клиенту нужны умные девайсы: остановки, информационные панели, датчики и т. д.
— Если в городской казне не хватает денег на «Умный город», где их можно найти? Что можно посоветовать главе города?
— Есть конкурсы на гранты, субсидии. Например, недавно в конкурс «Лучшая муниципальная практика» включили новую номинацию «Модернизация городского хозяйства посредством внедрения цифровых технологий и платформенных решений». Конкурс ежегодный, поэтому разные муниципалитеты получают шанс претендовать на призовое место. Объем финансирования — порядка 75 млн рублей, сумма существенная. Есть гранты от Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации, которые распределяются по постановлениям № 550 и 555 через различных операторов. Кроме того, можно заключить концессионное соглашение.
— Как оно работает?
— Это формат государственно-частного партнерства. Он наиболее популярен в сфере ЖКХ. Суть такая: есть муниципальное предприятие, например «Водоканал», чье оборудование настолько изношено, что скоро совсем развалится. Тогда может прийти концессионер — частная компания. Она заключает соглашение с муниципалитетом, подписывает с ним инвестиционную программу, в соответствии с которой вкладывает свои и привлеченные деньги в этот «Водоканал» и эксплуатирует его в течение определенного времени. Возможность включать ЦОДы, информационные платформы в концессионные соглашения появилась только в 2018 году после внесения поправок в законодательство.
— Системы для умных городов сейчас разрабатывает много компаний, преимущественно из телекома. Почему «Росатом» вышел в этот сегмент?
— Мы занимаемся «Умным городом» потому, что предприятия «Росатома» присутствуют в 29 российских городах, где живет 2 млн человек. «Росатом» заботится о том, чтобы качество жизни в этих городах повышалось, человеческий капитал сохранялся и приумножался, люди могли получить тот же набор сервисов, столь же качественные услуги, что и в крупных городах.
Кроме того, диверсификация, развитие новых, в том числе высокотехнологичных, продуктов — это одна из отраслевых стратегических целей. Конкретно для нас это означает рост выручки, устойчивость и долгосрочное развитие нашей компании. Благодаря новым бизнесам у нас будет больше средств на развитие основного бизнеса компании «Русатом Инфраструктурные решения» — теплоэлектростанций, снабжающих теплом, светом и горячей водой крупные предприятия «Росатома» и жителей атомградов.