18 октября 2013

В Куэльпоре (Мурманская область) проводится радиационный мониторинг на месте проведения мирных ядерных взрывов

Первые эксперименты по использованию ядерных зарядов в мирных целях проводились в Казахстане, на полигоне в Семипалатинске. В частности, отрабатывались возможности дробления руды. Но с помощью энергии атома можно, например, также с успехом купировать вышедшие из-под контроля газовые фонтаны. Существуют и другие направления применения МЯВ.

Заказчиками подобных взрывов выступали отраслевые министерства. Всего их было восемь, включая тогдашнее мингеологии. В ряде случаев использование атомной энергии для производственных нужд являлось не столько необходимостью, сколько возможностью отчитаться о внедрении передовых технологий. Впрочем, большинство ядерных зарядов были взорваны не для галочки, а в случаях, когда справиться с проблемой иным способом было затруднительно или просто рискованно.

Контроль ядерной и радиационной безопасности при проведении МЯВ осуществлял минсредмаш - предшественник нынешнего Росатома. За безопасность персонала и местного населения при взрывах и после них отвечал ВНИПИпромтехнологии. И по сей день этот институт выполняет комплекс работ по исследованию радиационной обстановки и разработке мероприятий по инвентаризации этих объектов, возможной утилизации образовавшихся радиоактивных отходов, сертификации добываемой продукции с мест проведения МЯВ, проектами дезактивации и рекультивации прилегающих к ним земель и так далее.

Не обошли стороной вышеназванные эксперименты и наш край, а конкретно - комбинат «Апатит». Хотя он являлся - и является - лидером по производству одноименного концентрата, было решено попытаться увеличить производительность предприятия, где для добычи руды используется метод подэтажного обрушения. В предельно упрощенном (да простят меня геологи и горняки) описании он выглядит так. Под рудным телом делается горизонтальная горная выработка. Затем в толщу породы закладывают заряды (обычные, естественно) и взрывают. «Верхний этаж» обрушивается, руда при этом дробится. После этого ее можно вывозить для дальнейшей переработки.

Чтобы, как говорится, тряхнуть рудный пласт посильнее и обрушить побольше, и было решено использовать силу мирного атома. Хибинский проект получил кодовое название «Днепр». Наверно, чтобы никто не догадался, где будут проводиться взрывы.

Местом проведения взрывов было определено месторождение Куэльпорр. Оно, кстати, находится всего в двух десятках километров от Кировска. Говорят, в планах была и разработка таким же способом другого близлежащего месторождения - Партомчорр. Но помешало подписание международной конвенции о запрете ядерных взрывов в трех средах.

Итак, Куэльпорр. Последствия для региона проведенных здесь ядерных взрывов рассмотрел недавно на своем очередном заседании общественный совет по вопросам безопасного использования атомной энергии в Мурманской области. С анализом результатов радиационного мониторинга объекта «Днепр», проведенного в 2002 - 2009 годах, членов совета познакомил ведущий научный сотрудник лаборатории радиационной безопасности ОАО «ВНИПИпромтехнологии» Валентин Латышев.

Первый взрыв на Куэльпорре прозвучал в 1972 году. Мощность заряда составила 2,1 килотонны в тротиловом эквиваленте. Через 12 лет здесь были взорваны еще два заряда по 1,7 килотонны каждый. Уже после первого взрыва из-за выброса газов произошло загрязнение земной поверхности. Концентрация техногенных радионуклидов превысила исходную фоновую. Впрочем, она все равно была значительно ниже допустимых безопасных значений. После взрывов 1984 года радиационный фон также несколько возрос, но снова быстро пришел в норму. И лишь концентрация трития в воде еще десятки лет превышала фоновые значения.

Всего тремя зарядами был раздроблен рудный блок размером 200 на 90 на 50 метров и весом около 2 миллионов тонн. Степень измельчения породы оказалась вполне приемлемой. Однако складированы были лишь несколько сот тысяч тонн необлученной руды. Впрочем, и их вывезти не удалось ввиду отсутствия подъездных путей. И в начале девяностых годов объект был законсервирован.

Любые облученные отходы, образовавшиеся после МЯВ, как пояснил докладчик, являются особыми радиоактивными отходами. А место их нахождения автоматически превращается таким образом в хранилище РАО, где необходим радиационный мониторинг. И проектом он был предусмотрен. Мониторинг включал в себя контроль объектов на промплощадке самого рудника, исследование почвы, ягод, иной растительности и грибов, а также подземных вод. В первое время отмечалось превышение фоновых значений содержания цезия, стронция и трития, хотя, повторимся, и оно было ниже допустимых норм безопасности. Здесь следует добавить, что до взрыва было проведено фоновое измерение радиационных факторов. Поэтому ученым было с чем сравнивать все параметры. О результатах проведенных исследований докладывали на международных конференциях. Иначе говоря, информация о ситуации на объекте «Днепр» всегда была достаточно открытой.

И сегодня радиационная обстановка в этих местах - на уровне регионального фона в целом. Но так называемая миграция трития продолжается. Осадки, талые воды и иные природные факторы способствуют выносу радионуклидов из штольни через дренажные трещины. Поэтому пройдет еще несколько десятков лет, пока все параметры вернутся к фоновым значениям.

Кроме того, в настоящее время требуют корректировки те мероприятия по консервации объекта, которые были проведены после взрывов. В частности, труба, ведущая из штольни, разрушена - ее необходимо восстановить.

В последнее время техногенных сложностей добавилось. Так, ведущиеся сейчас работы по разработке близлежащего рудника Партомчорр могут привести к осложнению ситуации.

Подводя итоги, Валентин Латышев отметил: Куэльпорр сегодня - это фактически пункт хранения радиоактивных отходов, который будет сохранять потенциальную опасность в течение еще долгих лет. Поэтому мониторинг объекта надо возобновить, проводя его на постоянной основе и в полном объеме. По мнению докладчика, это является важнейшей задачей, реализация которой, безусловно, потребует определенных средств. Обсудив сложившуюся ситуацию, совет поддержал предложение своего секретаря Сергея Жаворонкина обратиться в минприроды для разработки программы мониторинга объекта.