История южноафриканского высокотемпературного реактора PBMR подошла к концу. Правительство ЮАР не станет более тратить деньги на его разработку, а иностранные инвесторы не находят PBMR привлекательным.
16 сентября министр общественных предприятий ЮАР Барбара Хоган выступила в парламенте Южной Африки с обоснованием решения правительства об отказе от PBMR. Приводим перевод её выступления с некоторыми сокращениями.
Уважаемые председательствующий и депутаты парламента!
Благодарю вас за предоставленную возможность разъяснить очень тяжёлый вопрос, касающийся будущего проекта PBMR. Не вдаваясь глубоко в детали, можно сказать, что правительство ЮАР после тщательного исследования, принимая во внимание финансовые реалии, приняло решение не инвестировать более в данный проект.
Как следствие, размеры компании PBMR, созданной для работы над реактором PBMR, были резко уменьшены. В ней осталась сегодня только горстка людей. Приоритеты при сокращениях отдавались необходимости сохранить накопленную интеллектуальную собственность и, в некоторой мере, сохранить её активы.
Позвольте мне подчеркнуть, что решение, принятое правительством в этой связи, не было лёгким. Мы понимаем, какой эффект оно окажет на будущее сотрудников компании PBMR.
Мы не забыли о немалых сделанных государственных инвестициях в PBMR и о важных научных достижениях. Но нам пришлось принять во внимание следующие обстоятельства.
Во-первых, проект PBMR не смог обеспечить себе ни одного реального заказчика или, хотя бы, инвестиционного партнёра.
Во-вторых, для продолжения проекта требуются дополнительные инвестиции на уровне 30 миллиардов рандов (3,15 миллиардов евро).
В-третьих, все ранее принимавшиеся сроки завершения проекта оказались сорванными, и строительство демонстрационного блока с PBMR отодвигалось всё далее и далее в будущее.
В-четвёртых, возможность для компании PBMR принять участие в составе консорциума под лидерством "Westinghouse" в американской программе NGNP по созданию высокотемпературных реакторов была утрачена в мае этого года после отказа "Westinghouse" от участия.
В-пятых, если Южная Африка станет развивать в ближайшем будущем свою ядерную программу, то в стране будут строиться не реакторы PBMR, относящиеся к поколению IV, а другие реакторы поколений II и III.
В-шестых, серьёзность экономического положения побудило правительство ЮАР пересмотреть свои приоритеты и пойти на тяжёлые меры. Отказ от поддержки PBMR стал одной из таковых мер.
Приняв во внимание вышесказанное, правительство страны исходно постановило сократить компанию на 75%, что примерно соответствовало увольнению 600 сотрудников. Предполагалось, что в урезанном виде компания PBMR сможет работать в течение трёх лет и участвовать в тендере по программе NGNP совместно с "Westinghouse". Но отказ от участия в тендере американской компании заставил пересмотреть и это решение.
Отныне проект будет переведен в режим консервации для защиты интеллектуальной собственности и иных активов. Для выполнения этой работы будет выделено несколько сотрудников.
Топливная лаборатория в компании NECSA будет распущена, а стенд гелиевых испытаний в NECSA законсервирован. Стенд HTTF в Северо-западном университете также будет законсервирован, если только сам университет не найдёт ему иного применения.
Для проекта PBMR в целом будет проведен ретроспективный аудит. По его итогам, должны быть извлечены уроки на будущее.
Господин председательствующий, важно отметить несколько выводов, связанных с проектом PBMR.
За прошедшее десятилетие в PBMR было инвестировано 9,244 миллиарда рандов, причём из этой суммы правительство Южной Африки выделило 7,419 миллиардов рандов, или 80,3%. На долю компании "Eskom" пришлось 8,8% от выделенных средств, а на долю "Westinghouse" и "Industrial Development Corporation" - по 4,9%. Оставшиеся 1,1% выделила компания "Exelon".
Основные работы над проектом стартовали в 2000 году с началом подготовки детального обоснования. В 2003 году национальный ядерный регулятор NNR высказался положительно по поводу возможности выдачи лицензии на PBMR.
Приблизительно в 2005 году основные усилия в работе над программой сместились на подготовку к лицензированию демонстрационного блока и проектной документации, необходимой для производства оборудования с длительным циклом изготовления.
Примерно в то же время, правительство Южной Африки отметило потенциал программы PBMR по развитию машиностроения на основе собственных ноу-хау. Участвуя в PBMR, южноафриканские машиностроители могли бы выйти на мировой уровень, и по этой причине государство продолжило вкладывать в программу значительные средства.
Предполагалось, что бюджетные деньги создадут для проекта PBMR прочную основу, позволят привлекать в программу частные инвестиции и подбирать будущих заказчиков на такие реакторы.
Считалось также, что основным заказчиком реакторов PBMR станет энергетическая компания "Eskom" (ЮАР), которая могла бы купить вплоть до 24 высокотемпературных модулей в рамках национальной стратегии по расширению атомного сектора. Демонстрационный PBMR должен был быть построен на площадке АЭС "Кёберг".
Однако в период с 2005 по 2009 годы стало очевидным, что круг потенциальных инвесторов для PBMR, равно как рыночная ниша для таких аппаратов узки. Инвесторов и заказчиков найти не удалось, и правительству ЮАР пришлось задуматься над дальнейшей судьбой проекта.
У нас нет сомнений в обоснованности технологии шаровых реакторов, "Pebble Bed Technology". Их главное свойство - внутренне присущая безопасность, чем они выгодно отличаются от легководных реакторов. В исходном проекте PBMR предполагалось, что гелиевый теплоноситель будет напрямую подаваться на турбину без задействования промежуточных систем, наподобие второго контура с парогенератором.
Принятый в PBMR подход обещал больший к.п.д. блока и повышенный уровень безопасности. Подобные технологии привлекают сегодня многих. Достаточно сказать, что Соединённые Штаты и Китай активно занимаются проработками высокотемпературных реакторов, и Южная Африка могла с полным правом называть себя одним из мировых лидеров в данной области.
Это очень важное достижение для развивающейся страны, и мы можем гордиться этим.
Программа PBMR позволила Южной Африке удержать и аккумулировать имеющийся в атомной отрасли страны потенциал, который был создан в эпоху апартеида. Что ещё более важно, программа обеспечила для нас подготовку нового поколения атомных учёных и инженеров.
Большую выгоду от инвестиций в программу получили некоторые из наших университетов, так как они смогли организовать курсы по атомным специальностям, что было бы не реально без PBMR. И произошло это в то время, когда во всём мире сокращались усилия по развитию атомных программ.
Сегодня отношение к атому в мире изменилось к лучшему, и негативные тенденции, о которых только что было сказано, переломлены. Появилась нужда в сокращении выбросов парниковых газов, и многие страны пересматривают свои ядерные программы.
Южная Африка неизменно инвестировала в атомный сектор на протяжении последнего десятилетия, и поэтому мы находимся в хорошей позиции для старта строительства АЭС, если оно потребуется. Конечно, вследствие закрытия программы PBMR у нас будут потери в компетенции, о чём мы сожалеем, но принимаем как неизбежное. Но мы продолжим подготовку новых поколений учёных и инженеров, выбравших свою профессию атомщика в годы существования проекта PBMR.
Господин председательствующий, решение о будущем программы PBMR было трудным, особенно если учесть, что оно затрагивает множество людей. Если бы были какие-либо иные варианты, кроме её закрытия, то мы обязательно воспользовались бы ими. Благодарю за понимание.