Уже не первое десятилетие в Казахстане обсуждается вопрос о строительстве первой в стране АЭС. В рамках проекта республика намерена не только заложить основы атомной энергогенерации, но и получить доступ к недостающим технологиям в ядерном производстве. При этом противоречивая информация и непоследовательные контакты с потенциальными инвесторами рождают массу спекуляций на этой теме.
Специфика положения Казахстана заключается в том, что страна, являющаяся ныне крупнейшим поставщиком урана на мировой рынок, имеет ограниченный доступ к мирным ядерным технологиям. В 2015 году в республике добыто 23,8 тыс т сырья (рост 4,3%).
В настоящее время в РК нет действующих АЭС. Построенный в советское время экспериментальный реактор научно-исследовательского назначения на быстрых нейтронах БН-350 в Актау (Шевченко) был остановлен в 1999 г.
Вопрос о строительстве атомной электростанции в Казахстане обсуждается с 1998 года. В 2006 году постановлением правительства РК принято решение о подготовке сооружения АЭС близ г. Актау (Мангистауская область), однако проект так и остался на бумаге: у республики не было тогда ни финансовых средств, ни необходимых технологий. Не удалось договориться о сотрудничестве и с зарубежными партнерами.
Хотя за последующее пятилетие ситуация кардинально не изменилась, в 2011 г. Нурсултан Назарбаев вновь заявил о намерениях запустить атомную станцию. Ключевым партнером в проекте национального масштаба была объявлена Россия по итогам встречи лидеров двух государств в июне 2012 г.
Однако в феврале 2013 г. появилась информация о заключении казахстанско-японского меморандума о взаимопонимании, предусматривающего сотрудничество в сфере строительства АЭС. Тогда даже была определена предположительная площадка для размещения объекта – район озера Балхаш.
Несмотря на договоренности с японцами, в конце сентября 2014 года российской и казахстанской сторонами был разработан проект двустороннего соглашения о строительстве Росатомом на территории республики АЭС мощностью порядка 1,2 ГВт. Ядерное топливо для станции, исходя из предварительных соглашений мая 2014 года, планировалось производить на казахстанской территории в кооперации с Россией.
Однако в январе 2015 года министр энергетики РК В.Школьник, в течение 2009-2014 гг. непосредственно курировавший атомную отрасль республики, сообщил о возможном строительстве даже двух электростанций – в районе г. Курчатов (Восточно-Казахстанская область) и п. Улкен (озеро Балхаш, Алма-Атинская область). Среди рассматриваемых проектов – ТЭО японской компании Toshiba (через Westinghouse Electric), официальные переговоры с которой велись с декабря 2014 года, а также российское ТЭО будущего атомного объекта. По словам министра, предпочтение будет отдано поставщику, предоставившему наиболее выгодные финансовые и производственные условия. По сообщениям российских СМИ, японский проект оценивается в 3,7 млрд дол. (против ориентировочных 5 млрд за АЭС российского типа).
В конце октября 2015 года по итогам визита японского премьера Синдзо Абэ в Казахстан сообщалось об очередных предварительных договоренностях по участию Японии в строительстве АЭС в республике в течение 2018-2030 гг. (первая электроэнергия – 2023-2024 гг.). В связи с этим в местной экспертной среде даже высказывались предположения о возможной реализации одновременно двух проектов: российскими специалистами в Курчатове и японцами на Балхаше.
По некоторым предположениям, внешне непоследовательная позиция казахстанской стороны вызвана ее прагматичной ориентацией на торг с целью выбора наиболее выгодного проекта между конкурирующими предложениями российских и японских специалистов. К тому же у казахстанских инициатив в этой сфере есть и репутационный эффект, ориентированный на внутриобщественное восприятие.
Строительство атомной электростанции призвано решить не только отдаленную во времени энергетическую задачу, связанную с внутренними поставками и экспортом в энергодефицитные регионы Средней Азии. За счет участия в проекте иностранного партнера Казахстан намерен получить доступ к недостающим ядерным технологиям.
Расширение атомного производственного цикла – одна из приоритетных задач отраслевой политики Астаны. Несмотря на мировое лидерство по запасам урана (II место) и его добыче (I место) в стране отсутствуют значимые технологии переработки сырья. Самостоятельно Казахстан изготавливает порошки оксидов урана и топливные таблетки на базе Ульбинского металлургического завода в Усть-Каменогорске (после обогащения урана в России). Все последние годы пока безрезультатно прорабатывается возможность налаживания производства топливных сборок (ТВС).
По словам вице-министра энергетики РК Б.Джаксалиева, учитывая текущий баланс энергогенерации и потребления в стране, потребность в АЭС возникнет не ранее 2025 года. В августе 2015 года председатель Комитета по атомной энергии Минэнерго РК Т. Жантикин вообще поставил под сомнение целесообразность проекта в условиях энергоисбыточности некоторых регионов страны (например, богатых углем северных областей). Неслучайно в конце октября 2015 года профильное ведомство заявило, что лишь «в ближайшие 2-3 года мы объявим конкретно о площадке и объеме».
Таким образом, в будущем учитывая материальные и технологические возможности республики и ее реальные энергопотребности, речь, если и может идти, то лишь об одной станции и, скорее всего, в весьма отдаленной перспективе. Казахстан, вероятно, продолжит затяжные переговоры одновременно с Россией и Японией для поддержания конкуренции между сторонами, рассчитывая не только на более выгодные коммерческие условия, но и на шанс получить недостающие технологии ядерного топливного цикла. Как итог, в конце декабря 2015 года министр энергетики РК В.Школьник сообщил о том, что строительство АЭС в республике откладывается на неопределенный срок ввиду профицита электроэнергии «порядка трех тысяч мегаватт». При этом чиновник подчеркнул, что полностью вопрос о сооружении объекта не снимается с повестки дня.