Президент США Дональд Трамп во вторник выполнил одно из своих главных предвыборных обещаний — объявил о выходе страны из ядерной сделки с Ираном и вновь ввел против него санкции. Такое решение он объяснил тем, что ближневосточная страна продолжает обогащать уран и разрабатывать ядерное оружие, несмотря на соглашение. Переубедить американского лидера в последние недели и дни активно пытались лидеры европейских государств — в первую очередь, Франции, Германии и Великобритании. Но в итоге господин Трамп прислушался не к ним, а к премьеру Израиля Биньямину Нетаньяху, утверждавшему: у Тегерана, вопреки его обязательствам в рамках соглашений 2015 года, была секретная программа по разработке ядерного оружия. Источник “Ъ” в МИД РФ заявил, что решение господина Трампа «чревато непредсказуемыми последствиями, как для региона, так и для режима нераспространения в целом».
Сделка попала под Дональда Трампа
«Сегодня я объявляю о том, что Соединенные Штаты выйдут из иранской ядерной сделки»,— заявил Дональд Трамп вечером 8 мая, объясняя свое решение тем, что иранская ядерная сделка «никогда не принесет мир».
По мнению американского президента, соглашение изначально было «основано на лжи», поскольку данные, накануне обнародованные Израилем, показывают, что Иран не прекратил разрабатывать ядерное оружие и продолжает обогащать уран.
«Америка не будет заложницей ядерного шантажа»,— заключил господин Трамп.
Также президент отметил, что сложившаяся ситуация может привести к гонке вооружений на Ближнем Востоке. В то же время он подчеркнул: Вашингтон готов к переговорам по пересмотру сделки.
После выхода из соглашения США восстановят санкции против Ирана: они будут затрагивать энергетику, нефтехимический и финансовый секторы. При этом любая страна, которая решит помогать Ирану в ядерной программе, также подвергнется жестким ограничениям.
Пока Дональд Трамп подписывал документ о выходе из Совместного всеобъемлющего плана действий, одна из журналисток спросила его: «Как такой шаг сделает Америку безопаснее?» В первый раз президент вопрос проигнорировал. Но журналистка его повторила, после чего господин Трамп ее все-таки заметил, сказав лишь: «Это однозначно сделает Америку безопаснее».
Первым на заявление США отреагировал Израиль, который изначально выступал за отмену ядерной сделки. Премьер-министр страны Биньямин Нетаньяху назвал решение Дональда Трампа историческим и поблагодарил политика. Верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Федерика Могерини, в свою очередь, выразила обеспокоенность решением, а также заявила, что рассчитывает на продолжение реализации ядерной сделки по Ирану международным сообществом.
Напомним, в 2015 году шестерка посредников (США, Франция, Великобритания, Китай, РФ и Германия) согласилась отменить все санкции против Ирана, связанные с ее ядерной программой. В обмен Тегеран гарантировал исключительно мирный характер своей ядерной программы и обязался в течение 15 лет иметь в распоряжении не более 300 кг обогащенного до 3,67% урана. Высокообогащенный уран и оружейный плутоний, которые являются материалами, необходимыми для создания ядерного оружия, Тегеран пообещал не производить. Также в документах, получивших название Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД), были заявлены перепрофилирование обогатительного завода в Фордо в технологический центр и использование реактора в Араке исключительно в мирных целях.
Дональд Трамп еще в ходе предвыборной кампании не раз называл условия сделки несправедливыми. По его мнению, они не помешают Ирану при желании развивать свою ядерную программу. 30 апреля господин Трампа получил дополнительный аргумент: премьер Израиля Биньямин Нетаньяху, главный критик сделки 2015 года, представил доказательства существования у Ирана секретной программы по разработке ядерного оружия (в США документы сочли подлинными, а в России предположили, что они относятся к этапу до заключения соглашения 2015 года).
Убедить за 24 часа
О том, что США, скорее всего, выйдут из ядерной сделки с Ираном, газета The New York Times (NYT) написала еще вчера. Неназванные европейские дипломаты сообщили изданию, что недавно посетившие Вашингтон президент Франции Эмманюэль Макрон и канцлер Германии Ангела Меркель не смогли убедить Дональда Трампа в том, что выход из сделки может привести Запад к новой конфронтации с Тегераном.
Однако в Европе до последнего не теряли надежду на то, что американского президента удастся переубедить. Так, попытку предпринял глава МИД Великобритании Борис Джонсон: 7 мая он встретился в Вашингтоне с вице-президентом США Майком Пенсом. Среди прочих тем обсуждалась и иранская ядерная сделка. Как утверждают источники телеканала CNN, британский дипломат обсуждал возможные компромиссы по соглашению. В сообщении Белого дома по итогам встречи говорится, что Майк Пенс «подчеркнул, как важно гарантировать, чтобы Иран никогда не получил ядерное оружие».
Борис Джонсон, в числе прочего, обозначил позицию Великобритании по СВПД в колонке для NYT. Он написал, что у соглашения, «безусловно, есть недостатки», однако добавил, что эти недостатки могут быть устранены. Эту же мысль он повторил в эфире утреннего шоу Fox & Friends, которое часто смотрит Дональд Трамп (о чем говорят посвященные программе записи в Twitter). А в интервью телеканалу Sky News господин Джонсон и вовсе заявил: «Если он (президент США — “Ъ”) сможет решить проблему с Северной Кореей и с иранской ядерной сделкой, я не вижу причин, по которым он был бы менее достойным претендентом на Нобелевскую премию мира, чем Барак Обама, получивший ее еще до того, как успел хоть что-нибудь сделать».
Примерно за десять часов до обнародования решения телеканал CNN опубликовал результаты опроса об иранской ядерной сделке среди 1015 американцев в период с 2 по 5 мая. (.pdf) 63% респондентов заявили, что Вашингтону не стоит выходить из сделки, 29%, наоборот, одобрили это решение. При этом 46% опрошенных американцев заявили, что в целом не одобряют политику Дональда Трампа в отношении Ирана, в то время как 37% президента поддержали (еще 17 % не определились).
В то же время, хотя большинство американцев выступают за сохранение СВПД и не поддерживают жесткую риторику Дональда Трампа в отношении Ирана, обеспокоенность иранской угрозой в стране растет.
Если в октябре 2017 года 30% американцев считали Иран «очень серьезной угрозой» для США, то в мае 2018 года таковых стало уже 40%.
За семь часов до оглашения решения общеевропейский исследовательский центр European Leadership Network (ELN) опубликовал просьбу к руководству США не предпринимать в отношении ядерной сделки с Ираном односторонних действий. Обращение подписали 106 человек, среди которых действующие и бывшие политики, дипломаты, военные, политологи (.pdf). При этом из 106 подписантов одиннадцать — из России. Это, например, директор Московского Центра Карнеги Дмитрий Тренин, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Федор Лукьянов, эксперты ПИР-Центра Евгений Бужинский и Дмитрий Поликанов.
За три часа до оглашения решения администрация президента Франции распространила сообщение о том, что Эмманюэль Макрон провел телефонные переговоры с президентом США Дональдом Трампом. «Президенты обсудили вопросы, связанные с достижением мира и стабильности на Ближнем Востоке»,— говорится в сообщении. Вскоре NYT со ссылкой на источники сообщила, что господин Трамп во время разговора предупредил французского президента о выходе из ядерной сделки, однако Елисейский дворец и Белый дом впоследствии опровергали эту информацию.
В итоге все старания европейцев остались безрезультатными. И теперь, как предупредил во вторник премьер-министр Греции Алексис Ципрас, регион может ждать «дальнейшая дестабилизация, которая не будет выгодна никому».
Источник “Ъ” в МИД РФ заявил: «Решение США (о выходе из СВПД — “Ъ”) может вызвать лишь недоумение и сожаление. СВПД — это одно из ярчайших и важнейших достижений дипломатии последних десятилетий. Его возможный срыв чреват непредсказуемыми последствиями, как для региона, так и для режима нераспространения в целом». На вопрос “Ъ”, может ли Россия выиграть от разрыва иранской сделки, дипломат ответил: «Некоторые эксперты обращают внимание на возможный рост цен на энергоносители и уменьшение конкуренции за иранский рынок. Но ценность СВПД куда выше». Постпред РФ при ЕС Владимир Чижов заявил, что Россия находится в постоянном контакте с европейцами и Ираном по ядерной сделке, заверив: усилия по сохранению СВПД будут предприниматься и дальше.
В официальном же заявлении МИД РФ, опубликованном поздно вечером 8 мая, сказано, что «каких-либо оснований для подрыва СВПД нет и быть не может». «План действий доказал свою полную дееспособность. Он эффективно справляется со всеми поставленными перед ним задачами. Иран строго придерживается взятых на себя обязательств, что регулярно подтверждается со стороны Международного агентства по атомной энергии»,— отмечается в заявлении. «Объявленные 8 мая решения — это новое подтверждение недоговороспособности Вашингтона. Они также демонстрируют, что американские претензии к абсолютно законной ядерной деятельности Ирана являются лишь ширмой для сведения с ним политических счетов,— убеждены в МИД РФ.— Обнародованная Вашингтоном позиция представляет собой существенное нарушение СВПД. Совместная комиссия участников СВПД должна оперативно и самым тщательным образом рассмотреть и квалифицировать данную ситуацию в рамках установленных процедур»
Глава комитета Совета Федерации по международным делам Константин Косачев назвал решение Дональда Трампа о выходе из соглашения о ядерной программе Ирана «безответственным по форме и деструктивным по сути». «Пожалуй, впервые за последние десятилетия страна, претендующая на глобальное лидерство, откровенно злоупотребляет этими самоприсвоенными полномочиями ради того, чтобы "лидерство" всего лишь банально продемонстрировать»,— написал он на своей странице в Facebook. По его словам, последствия этого «рокового шага» могут быть «в буквальном смысле разрушительными». «Увы, нам только предстоит узнать, не поджег ли американский президент очередной "фитиль" к ближневосточной "бочке с порохом"»,— отметил Константин Косачев.
В условиях санкций
Будет ли ситуация развиваться по самому негативному сценарию, теперь во многом зависит от Ирана. Вскоре после появления новостей из Белого дома иранский президент Хасан Роухани заявил, что Тегеран не будет выходить из сделки и продолжит сотрудничать с «пятеркой» оставшихся в ней стран. По словам редактора американского издания Al-Monitor Максима Сучкова, теперь у Тегерана есть как минимум три основных варианта действий.
Остаться в СВПД, позиционировать себя жертвой, а США «нарушителями», продолжать выполнять условия сделки, но пытаться минимизировать потери от санкций через работу с европейцами, Москвой и Пекином.
Номинально не выходить из сделки, но и не выполнять в полной мере определенные условия – в частности, вести работу над ядерной программой, но в меньших масштабах, чем прежде, чтобы излишне не провоцировать тех, кто относится в этом случае к Ирану с большей симпатией, чем к решению США.
Взять на себя дополнительные обязательства. «Это был бы красивый жест, призванный показать миру свое доброжелательное расположение и опровергнуть обвинения Трампа в «зловредности режима». Сценарий маловероятный, хотя и обсуждаемый», – резюмирует Максим Сучков.
По словам собеседника “Ъ”, главными проигравшими пока выглядят президент Роухани и европейцы: «Первый — потому что серьезно "политически" вложился в эту сделку и теперь попадает под огонь критики сторонников "консервативного лагеря" и, соответственно, более жесткой внешнеполитической линии. Европейские лидеры же в попытках убедить Дональда Трампа не выходить из сделки сделали "слишком мало и слишком поздно". Надежды на то, что европейские страны смогут проявить большую самостоятельность в этом вопросе, было немного, но то, как европейцы — особенно президент Макрон — пытались удержать Трампа "в сделке" лишь еще больше разочаровало Тегеран». Максим Сучков пояснил: «Обещание дополнительных санкций, отдельного от СВПД американо-европейского соглашения, потенциальные ограничения программы баллистических ракет Ирана — все это убеждало Тегеран в том, что европейские лидеры в равной степени мало договороспособны и недостаточно самостоятельны».
Впрочем, шанс на то, чтобы проявить себя, у европейских участников сделки еще есть. «Пока Иран будет ожидать, удастся ли европейским участникам соглашения вместе с Россией и КНР обеспечить ему экономические дивиденды, достаточные для дальнейшего участия в СВПД. Это не исключено, хотя и не слишком вероятно — для этого Европе придется либо добиваться от США серьезных исключений из новых санкций, либо вступать из-за Ирана в торговую войну с Вашингтоном»,— отметил в разговоре с “Ъ” эксперт ПИР-Центра Андрей Баклицкий.
Собеседник “Ъ” отмечает: судя по выступлению Дональда Трампа, «речь пойдет не только о повторном введении уже действовавший санкций, но и о новых мерах в отношении Ирана, которые будут введены дополнительным президентским указом». «Но в любом случае речь идет не о запрете американским структурам и компаниям вести бизнес с Ираном (он и так запрещен), а о запрете на взаимодействие с Тегераном организациям других государств под угрозой американских санкций. И здесь все зависит от других стран-торговых партнеров Ирана. Причем не только от ЕС, но и, например, от Китая, России, Индии,— говорит господин Баклицкий.— Если они смогут защитить свои компании от американского давления, эффект от американских санкций будет сильно ниже. В любом случае, односторонних санкций со стороны ЕС, которые оказали сильное давление на Иран в прошлый раз, пока ожидать не стоит».
С этим соглашается эксперт клуба «Валдай», старший преподаватель Университета им. Шахида Бехешти (Тегеран) Хамидреза Азизи. «Возвращение санкций для Ирана было предсказуемо. Учитывая падение курса иранской валюты в последние месяцы, новая волна американских санкций может, бесспорно, иметь влияние на экономику страны»,— заявил “Ъ” эксперт, после чего дал понять, что сейчас ситуация все-таки намного проще, чем перед заключением сделки 2015 года. «Тогда ведь были не только американские санкции, но и санкции стран Европы и Совбеза ООН. Сейчас больше пространства для маневра»,— отметил господин Азизи.
Между тем, в Израиле надеются на то, что ограничительные меры все-таки окажутся максимально эффективными. Бывший советник по прессе премьер-министра Биньямина Нетаньяху Бенни Брискин заявил “Ъ”, что после выхода США из сделки Иран может возобновить работу над созданием ядерного оружия, «однако нужно учитывать, что финансовых возможностей у него будет намного меньше, и поэтому санкции могут заставить Иран в итоге все-таки сесть за стол переговоров». Собеседник “Ъ” также вслед за Дональдом Трампом раскритиковал условия сделки 2015 года, отметив: при ее сохранении Иран стал бы представлять для Израиля более серьезную угрозу. «С теми деньгами, которые Иран получает в результате якобы соблюдения договора, он бы только увеличил свои военные возможности и расширил экспансию на территории Сирии и Ливана»,— объяснил господин Брискин.
В то же время собеседник “Ъ” заметил: общество в Израиле разделено, и не все относятся к выходу США из СВПД положительно. Подтвердила это в беседе с “Ъ” и депутат Кнессета от оппозиционной фракции «Сионистский лагерь» Ксения Светлова. «Односторонний выход США из этого соглашения, конечно же, наносит удар по международным организациям, по их собственным партнерам в Европе, по всем остальным участникам этого соглашения»,— объяснила она, оговорившись: «В этом соглашении действительно не хватает многих составляющих». Депутат призвала «не отменять соглашение, но наполнить его дополнительным смыслом». Вот только в Иране как считали, так и считают, что смысла в соглашении 2015 года и так было немало.