Минприроды готовит «Росатому» роль монопольного оператора токсичных отходов. Инфраструктуру для этого стоимостью 36 млрд руб. предполагается создать преимущественно за бюджетный счет, в частности перепрофилировав мощности по уничтожению химоружия, а услуги монополиста — оплачивать по госрегулируемым тарифам.
Несмотря на то что технологически идея выглядит обоснованной, Минэкономики и Высшая школа экономики (ВШЭ) выступают против по экономическим соображениям. Эксперты предсказывают дополнительную нагрузку от монополии на бюджет и на бизнес и настаивают на рыночном регулировании отрасли — его схема уже разработана во ВШЭ по поручению администрации президента.
Минприроды подготовило законопроект, закрепляющий за «Росатомом» полномочия федерального оператора по обращению с опасными отходами первого и второго классов опасности. В РФ ежегодно образуется до 400 тыс. тонн таких отходов, а объектов для их обработки, утилизации и безопасного размещения, отвечающих принципам наилучших доступных технологий, нет. В министерстве предлагают создать семь таких межрегиональных объектов мощностью по 60 тыс. тонн отходов в год, что обойдется в 36,4 млрд руб. Доля бюджета в создании такой инфраструктуры может составить от 50% до 100% — в ведомстве говорят, что объемы поступления отходов неясны и рассчитывать на частные инвестиции не приходится. Частично под новые задачи можно переоборудовать мощности по уничтожению химоружия (его программа завершена в 2017 году).
Чиновники Минприроды ссылаются на наличие у «Росатома» «современных технологий комплексного обращения с чрезвычайно опасными отходами при развитой инфраструктуре». Оплачивать услуги госкорпорации компании, образующие опасные отходы, будут по госрегулируемым тарифам (66,3–88,4 тыс. руб. и 27,3–35,8 тыс. руб. за тонну отходов первого и второго классов соответственно), говорят в Минприроды. Тарифы должны стимулировать компании снижать объемы образования отходов.
«Сейчас на этом рынке практически чистое поле. "Росатом" — неплохая кандидатура на роль оператора. Есть опыт в работе с радиоактивными отходами, политический вес, международная экспертиза. Несколько частных компаний осилить эту тему не смогут»,
— считает Антон Губницын, гендиректор консалтинговой компании «ТИАР-Центр» (работает с Duracell над проектом по утилизации батареек — отходов второго класса опасности).
Минэкономики же схема, предложенная Минприроды, категорически не устраивает: в ведомстве ссылаются на отсутствие информации о наличии у «Росатома» технологий и опыта обращения с опасными отходами и возможности использования его инфраструктуры, следует из протокола согласительного совещания (есть у “Ъ”). При этом предложение Минприроды «приведет к существенному увеличению финансовой нагрузки на бизнес и дополнительным необоснованным затратам федерального бюджета», говорится в протоколе. Монополия не будет мотивировать «Росатом» снижать издержки, убеждены в Минэкономики, и не даст развиваться рынку. Чиновники настаивают: необходимо рассмотреть иные формы организации обращения с опасными отходами, в частности «одну из наиболее приемлемых форм государственно-частного партнерства»,— такое предложение ведомство вносило президенту в апреле 2018 года.
«При реализации подхода Минприроды мы фактически отказываемся от создания нового рынка. Расходы с высокомаржинального бизнеса перемещаются на бюджет, а на бизнес накладывается тариф с непонятными составляющими»,— говорит директор института экономики природопользования НИУ ВШЭ Борис Моргунов. По его словам, можно создать и быстро запустить систему обращения с опасными отходами «преимущественно за счет коммерческих инвестиций» — механизм уже разработан ВШЭ и поддержан Минэкономики. Вариант же Минприроды «предполагает, что граждане, подвергающиеся негативному воздействию высокоопасных веществ, должны сами из своих налогов оплачивать свою защиту, а бизнес получит чувствительный тариф», говорит эксперт.
С ним согласен и директор по региональному развитию и инфраструктурным инвестициям PricewaterhouseCoopers Алексей Рвачев:
«Система с единым регулятором для бизнес-сообщества является новой и вызывает опасения. Она, очевидно, влечет за собой значительное увеличение нагрузки на производителей токсичных отходов при неясной методике ее расчетов».