Директор Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) Рафаэль Гросси заявил, что за несколько месяцев Иран нарастил запасы обогащенного до 60% урана почти наполовину. По его словам, это ставит под сомнение мирный характер разработок Исламской Республики. Тегерану предлагают «исправить ситуацию» и пойти на переговоры. Однако из заявлений иранских официальных лиц следует, что Тегеран избегает дипломатии. На днях об уходе из правительственной команды объявил вице-президент Ирана по стратегическим вопросам Мохаммад Джавад Зариф, курировавший прежнюю ядерную сделку.
Заявление Гросси прозвучало на заседании Совета управляющих МАГАТЭ, открывшемся в Вене. Он проинформировал, что иранские запасы обогащенного на 60% урана выросли со 182 кг до 275 кг всего за несколько месяцев. Это слишком большие показатели для страны, которая официально заявляет о мирном характере своей ядерной программы. Считается, что переход от уровня обогащения в 60% к уровню 90%, необходимому для создания ядерного оружия, можно совершить очень оперативно. Отдельно Гросси обратил внимание на то, что инспекторы МАГАТЭ в свое время обнаружили урановые частицы антропогенного происхождения в тех районах Исламской Республики, где нет задекларированных ядерных объектов. Пока Тегеран не дал этому объяснения.
«Количество урана, обогащенного в 60%, растет очень, очень быстро, – подчеркнул Гросси в кулуарах заседания Совета управляющих. – Существуют сомнения, существуют опасения, в связи с чем мы постоянно предлагаем Ирану способы исправить ситуацию, если они (иранские власти. – «НГ») действительно считают, что у нас есть неоправданные сомнения».
В февральском отчете МАГАТЭ говорится, что Иран ускорил производство урана, близкого к оружейному, после переизбрания в минувшем году Дональда Трампа.
«Вызывает серьезную озабоченность значительно увеличившееся производство и накопление высокообогащенного урана Ираном – единственным в мире государством, не обладающим ядерным оружием, но производящим подобный ядерный материал», – цитировало агентство AP доклад международных инспекторов.
В МАГАТЭ не раз отмечали, что приблизительно 42 кг урана, обогащенного на 60%, гипотетически достаточно для создания одной атомной бомбы – в том случае, если уровень обогащения внезапно будет увеличен до 90%. Из последних данных международного агентства следует, что на сегодняшний день Иран мог бы получить шесть бомб.
Комментируя заявления Гросси, официальный представитель МИД Ирана Эсмаил Багаи заявил, что МАГАТЭ и его директор должны действовать в рамках своих непосредственных обязанностей, а выдвижение гипотез о военном характере ядерной программы Исламской Республики – это политический ход.
«Подобные заявления никоим образом не основаны на существующих реалиях», – подчеркнул иранский дипломат. Он заметил, что ядерная программа Ирана неоднократно демонстрировала соответствие всем нормам международного права.
Однако с прошлого года в иранском истеблишменте регулярно звучат голоса в пользу того, что Исламская Республика должна получить собственное ядерное оружие – из-за кардинально изменившейся ситуации на Ближнем Востоке и – как результат – правил сдерживания.
Тем временем в МАГАТЭ подчеркивают, что готовы сыграть свою роль в любом дипломатическом процессе, который возникнет вокруг ядерной программы Ирана. Так, по словам Гросси, он пребывает в «постоянном контакте» с иранскими дипломатами и его очередной визит в Тегеран вполне возможен в ближайшее время.
Иранская элита дает понять, что ее подходы к переговорам по новой ядерной сделке изменились. На днях президент Исламской Республики Масуд Пезешкиан признался, что раньше был убежден в необходимости диалога с США.
«Но верховный лидер заявил: мы не будем вести переговоров с США, – заметил глава исполнительной власти. – Я могу придерживаться каких-то убеждений, однако когда верховный лидер задает направление, мы должны подстраиваться и находить правильный путь в этих рамках». В одном из других заявлений Пезешкиан заметил, что США в действительности не намерены мириться с Ираном – они хотят только того, чтобы Иран подчинился их воле. «Но мы не позволим себя подчинить», – подчеркнул иранский президент.
Одним из признаков, что для Тегерана теперь неактуальны переговоры с Вашингтоном, стало заявление Зарифа о намерении уйти с поста вице-президента по стратегическим вопросам. В своем твите опытный дипломат, который считается отцом ядерной сделки 2015 года (Совместного всеобъемлющего плана действий, СВПД), заявил, что принял решение об отставке после беседы с главой судебной власти Голямом Хосейном Мохсени-Эджеи. «Обращая внимание на текущую ситуацию в стране, он посоветовал мне вернуться в университет, чтобы избежать дальнейшего давления на правительство, – рассказал Зариф. – По-прежнему горжусь тем, что поддерживал Пезешкиана, и желаю ему и всем слугам народа всего наилучшего».
Назначение Зарифа на высокую должность изначально интерпретировалось наблюдателями как очевидный признак того, что правительство, сформированное в минувшем году реформистом Пезешкианом, получило от верховного лидера Ирана Али Хаменеи разрешение вести переговоры с США. Зариф считался убежденным сторонником такого диалога. Но теперь анонсированное отцом СВПД намерение уйти показывает совершенно иные настроения внутри коридоров иранской власти.
Европейские подписанты (Британия, Германия и Франция) СВПД уже выдвинули Ирану ультиматум: необходимо начать переговоры с США к концу июня этого года или столкнуться с возвращением всех санкций Совета Безопасности ООН, снятых 10 лет назад по условиям СВПД. Кроме того, под большим вопросом остается то, как отреагируют на официальный отказ Ирана договариваться власти США. Израиль уже долгое время добивается от Трампа зеленого света на проведение разрушительной операции против иранской ядерной инфраструктуры. И есть точка зрения, что срыв ядерных переговоров заставит Белый дом одобрить такие меры.