Советский Союз в свое время построил такое количество подводных лодок, что только на Тихоокеанском флоте сейчас ждет утилизации около полусотни старых атомных субмарин. Причем не все из них полностью безопасны. Помимо характерных радиационных и технических проблем, свойственных этому классу техники, которые можно назвать «неизбежным злом», атомные лодки в отстое могут представлять и более серьезную опасность.
Так, с 1985 года на хранении находятся так называемые «заказ 175» и «заказ 610». Эти две АПЛ (К-431 и К-314) имеют серьезные повреждения ядерных энергетических установок и потому требуют особого отношения к себе. Однако до сих пор они находятся в отстое и утилизировать их до недавнего времени лишь собирались. Собирались в немного отдаленной перспективе. Теперь же появится возможность избавиться от особо опасных объектов.
Напомним, в августе 85-го во время перезагрузки ядерного топлива в реакторы подлодки К-431 (проект 675) стечение обстоятельств привело к тепловому взрыву реактора. При взрыве погибло десять человек и еще несколько десятков серьезно пострадало при тушении возникшего пожара и ликвидации последствий аварии. Всего через несколько месяцев после взрыва на К-431, в декабре того же 1985 года, на субмарине К-314 (проект 671) произошло осушение активной зоны реактора, что привело к частичному расплавлению топливных сборок и деталей самого реактора. Энергетическую установку пришлось в срочном порядке останавливать, но к этому моменту она получила такие повреждения, что не подлежала к ремонту. К тому же лодка уже довольно сильно «фонила».
В соответствии с имевшимися в то время правилами, пострадавшие лодки отправили в отстой и провели дезактивацию загрязненных участков берега. Одновременно с этим началась проработка вариантов утилизации или захоронения лодок, но вскоре СССР развалился и похоронил под своими обломками все рассматривавшиеся проекты. В итоге Тихоокеанскому флоту пришлось самостоятельно следить за состоянием аварийных лодок и надеяться, что когда-нибудь у государства дойдут руки до ликвидации этой ядерной угрозы. А ведь помимо К-431 и К-314 в отстое находилось еще множество списанных атомных подлодок. В таком подвешенном состоянии ТОФ пробыл почти 15 лет, после чего ситуация начала понемногу проясняться. Сперва в середине двухтысячных всю флотскую инфраструктуру, связанную с ядерными технологиями, «забрали» у ВМФ и передали «Росатому». Немного позже, в 2008 году, Правительство России поручило Дальневосточному центру по обращению с отработанным ядерным топливом и радиоактивными отходами «ДальРАО» создать в бухте Разбойник Пункт изоляции аварийных АПЛ.
Понятно, что изолировать аварийную лодку, мягко говоря, непросто. Подводный корабль с водоизмещением в несколько тысяч тонн нужно вытащить из воды и установить на прочном основании. К тому же все это придется делать в условиях высокого радиоактивного фона и с риском разрушения конструкции аварийной лодки. Последний факт, кстати говоря, послужил одной из причин ускорения работ в сфере утилизации поврежденных АПЛ. Находясь на воде, такая лодка в случае неблагоприятного развития ситуации представляет куда большую опасность, чем если бы она находилась в изолированном комплексе. С лодками К-431 и К-314 поступили по уже отработанной схеме: загерметизировали и доставили на судоремонтный завод «Звезда» (г. Большой Камень). Там из лодки сделали т.н. трехотсечный блок – от лодки оставили только реакторный отсек и два смежных с ним. Остальное со всеми мерами предосторожности утилизировали.
Одновременно с разделкой аварийных лодок в бухте Разбойник началось строительство Пункта изоляции. Был вырублен участок скалы, на месте которого расчистили горизонтальную ровную площадку. Кроме того, на этой площадке вырыли котлован размером 250 на 60 метров и глубиной около пяти. Также был прорублен канал для связи с морем. В канале установили затвор. В июне прошлого года была достроена первая очередь Пункта изоляции – укрытие №1. Тогда же на объект доставили трехотсечный блок от «заказа 175». В ноябре-месяце была закончена вторая очередь (укрытие №2), а уже в середине текущего года Пункт изоляции будет введен в эксплуатацию. Вскоре после окончания строительства второго укрытия туда поместили трехотсечный блок «заказа 610». К лету этого года будет достроена площадка для одновременного хранения сотни одноотсечных блоков. Таким образом, на Пункт изоляции с судоремонтных заводов будут привозить трехотсечные блоки и устанавливать их в укрытия. Там от реакторных отсеков будут отрезать все лишнее, после чего они будут переноситься на площадку хранения. Примечательно, что дальневосточный Пункт изоляции может производить все необходимые работы от получения «трехотсечников» до хранения оставшихся реакторных отсеков. К примеру, на Северном флоте на Пункт изоляции привозят уже готовые одноотсечные блоки.
В настоящее время два блока с реакторными отсеками уже находится в разделке и еще полсотни находятся на плаву и ждут своей очереди. «ДальРАО», прогнозируя объем грядущих работ, уже сейчас утверждает, что в самом ближайшем времени нужно будет набрать еще две-две с половиной сотни работников различных специальностей.
И такая работа может быть весьма привлекательной для потенциальных сотрудников: по утверждению руководства организации, средняя зарплата на предприятии в прошлом году достигла 35 тысяч рублей, немалой суммы по дальневосточным меркам. Но все же главное в работе Пункта изоляции – это то, что при работе на аварийных лодках ни один работник не получил дозы облучения, превышающей допустимую. Значит, на предприятии дело поставлено таким образом, что все правила безопасности соблюдаются, работники обращаются с атомом, что называется, на «вы» и у него нет повода «обижаться» на неправильное отношение