Юг Франции обычно связывают с отдыхом на Лазурном побережье, лавандовыми полями и Каннским фестивалем, но не с наукой, хотя недалеко от Марселя уже несколько лет идет "стройка века" — рядом с исследовательским центром Кадараш возводят международный термоядерный экспериментальный реактор (ИТЭР).
Как продвигается самое масштабное в мире строительство единственной в своем роде установки и о том, какие люди строят "прообраз Солнца", способный вырабатывать 7 миллиардов киловатт-часов энергии в год, узнала корреспондент РИА Новости.
Изначально проект международного термоядерного экспериментального реактора получил название ITER, по аббревиатуре от International Thermonuclear Experimental Reactor. Однако потом у имени появилась и более красивая трактовка: название проекта объясняется переводом латинского слова iter — "путь", а от упоминания слова "реактор" некоторые страны стали осторожно отходить, чтобы не возбуждать в умах граждан ассоциации с опасностью и радиацией.
Новый реактор строят всем миром. На сегодняшний день в проекте участвуют Россия, Индия, Япония, Китай, Южная Корея и США, а также Евросоюз. Европейцы, выступающие единой группой, отвечают за выполнение 46% проекта, каждая из остальных стран-участниц взяла на себя по 9%.
Чтобы упростить систему взаиморасчетов, внутри организации придумали специальную валюту — расчетную единицу ИТЭР — IUA. Все соглашения о поставках комплектующих участниками ведутся именно в этих единицах. Так результат стройки стал независим от колебаний курсов нацвалют и стоимости производства деталей в каждой конкретной стране.
За эти инвестиции, выраженные не деньгами, а компонентами будущей установки, участники получают полный доступ ко всему спектру задействованных в ИТЭР технологий. Таким образом, во Франции сейчас строится "Международная школа по созданию термоядерного реактора".
"Самая горячая штучка Солнечной системы"
Журналисты, да и сами сотрудники ИТЭР, так часто сравнивают проект с Солнцем, что придумать другую ассоциацию термоядерной установке достаточно сложно. Глава одного из подразделений Международной организации ИТЭР — Марио Мерола — смог, назвав реактор "самой горячей штучкой нашей Солнечной системы".
"Температура внутри устройства будет около 150 миллионов градусов Цельсия, это в 10 раз выше температуры ядра Солнца. Магнитное поле установки будет примерно в 200 тысяч раз больше, чем у самой Земли",
— рассказывает Марио о проекте.
В основе ИТЭР лежит система токамак — тороидальных камер с магнитными катушками. Идея магнитного удержания высокотемпературной плазмы была разработана и впервые в мире технологически реализована в Курчатовском институте в середине прошлого столетия. Россия, стоявшая у истоков проекта, среди прочих компонентов изготавливает одну из самых существенных частей установки, "сердце ИТЭР" — сверхпроводящую магнитную систему. Она состоит из различных типов сверхпроводников, содержащих десятки тысяч нитей со специальной наноструктурой.
Для создания столь масштабной системы требуются сотни тонн таких сверхпроводников. Их изготовлением занимаются шесть из семи стран-участниц. В их числе — и Россия, которая поставляет сверхпроводники на основе сплава ниобий-титан и ниобий-олово, оказавшиеся одними из лучших в мире. Производством этих материалов в России занимаются предприятия Росатома и Курчатовский институт.
Совместные трудности
Однако Россия и Китай, выполняющие свои обязательства в срок, невольно стали заложниками других участников проекта, которые не всегда успевают вовремя доделать свою часть работы. Специфика проекта ИТЭР — в плотном взаимодействии всех сторон, и потому отставание какой-то одной страны приводит к тому, что "буксовать" начинает весь проект.
Чтобы исправить ситуацию, новый руководитель организации ИТЭР Бернар Биго принял решение изменить временные рамки проекта. Новый вариант плана-графика — как ожидается, более реалистичный — будет представлен в ноябре.
Вместе с тем, Биго не исключил и перераспределения работ между участниками.
"Я был бы рад, если бы задержек не было совсем. Но должен признаться, что в некоторых областях реализация нашего глобального проекта встретила трудности. Я открыт для любых решений, кроме сокращения мощностей ИТЭР. В том, чтобы перераспределить работы, я не вижу ничего плохого, но этот вопрос надо серьезно обсуждать",
— заявил генеральный директор организации.
Биго отметил, что работа по созданию ИТЭР ведется сотнями компаний и организаций из семи стран-участниц.
"Нельзя просто щелкнуть пальцами и выполнить план. Все думали, что будет просто соблюдать поставленные сроки благодаря добросовестности и добрым намерениям. Теперь поняли, что без строгого менеджмента ничего не выйдет", —
подчеркнул Биго.
По его словам, трудности при строительстве ИТЭР вызывает и разница в культурах стран-участниц, и то, что ранее в мире подобных проектов не было, поэтому многие механизмы и установки, производящиеся впервые, требуют дополнительных испытаний и освидетельствования у регуляторов, что отнимает дополнительное время.
Одной из мер предложенного Биго "строгого менеджмента" станет создание еще одного органа управления, в который войдут директора национальных агентств и генеральный директор. Решения этого органа будут носить обязательный характер для всех участников проекта — Биго надеется, что это позволит подстегнуть процесс взаимодействия.
"Стройка века"
Пока же на территории ИТЭР вовсю идет огромная стройка. "Сердце" объекта — сам токамак и служебные помещения — займет площадку размером километр на 400 метров.
Для реактора вырыли котлован глубиной в 20 метров, на дно которого по зеркально гладкому асфальту привозят арматуру и другие необходимые на этом этапе составляющие. Сначала сегменты стен собирают горизонтально, соединяя металлические конструкции со специальными пластинами. Потом при помощи четырех строительных кранов их, наконец, ставят в нужное положение.
Пройдет несколько лет, и площадку будет не узнать. Вместо огромной дыры в платформе над ней поднимется колосс размером примерно с Большой театр — около 40 метров в высоту.
Где-то на площадке стройка еще не началась — и из-за этого другие страны не могут точно рассчитать срок поставки комплектующих термоядерного реактора, а где-то — уже завершилась. В частности, к эксплуатации готова штаб-квартира ИТЭР, здание намотки полоидальных катушек магнитной системы, энергетическая подстанция, еще несколько вспомогательных построек.
"Счастье — в непрерывном познании неизвестного"
В то время, когда научная работа не везде пользуется популярностью и уважением, ИТЭР объединил на своей платформе 500 ученых, инженеров и представителей многих других специальностей из разных стран. Эти специалисты — настоящие мечтатели и преданные своему делу люди, — точно как у Стругацких "приняли рабочую гипотезу, что счастье — в непрерывном познании неизвестного и смысл жизни в том же".
А вот условия жизни для сотрудников проекта в корне отличаются от тех, что были в НИИЧАВО — Научно-исследовательском институте чародейства и волшебства, — где трудились герои повести советских фантастов "Понедельник начинается в субботу". Общежития для иностранцев на территории ИТЭР нет — все они снимают жилье в деревнях и поселках неподалеку.
Внутри одного из уже построенных зданий, помимо рабочих помещений, располагается огромных размеров столовая, где за весьма скромную сумму сотрудники проекта могут перекусить или плотно пообедать. В меню всегда найдутся блюда национальных кухонь, будь-то японская лапша или итальянский минестроне.
При входе в столовую висит доска объявлений. На ней — предложения совместной аренды квартир и "занятия французским языком, качественно и недорого". Выделяется белый листок — "Хор Кадараша проводит набор участников. Приходите в главное здание ИТЭР". Помимо хора, формирование которого пока не завершилось, сотрудники проекта организовали и свой собственный оркестр. На саксофоне в нем играет и россиянин Евгений Вещев, который работает в Кадараше уже несколько лет.
Дорога к солнцу
"Как мы тут живем? Работаем, репетируем, играем. Иногда ездим на море и в горы, тут недалеко, — рассказывает Евгений, — По России, конечно, скучаю, болею за нее. Но это уже не первая моя длительная зарубежная командировка, попривык".
Евгений — физик, и на проекте занимается интеграцией диагностических систем.
"Со студенческих времен я был вдохновлен проектом ИТЭР, возможностями и перспективами лежащими впереди, было ощущение, что за этим лежит будущее. Однако мой путь сюда был тернистым, впрочем, как и у многих. После окончания учебы было не очень хорошо с деньгами, я даже подумывал уходить из науки в бизнес, открыть что-то свое. Но уехал в командировку, потом в другую. Так, через десять лет после того, как впервые услышал об ИТЭР, я и оказался во Франции, на проекте",
— говорит физик.
По словам российского ученого, "история попадания в проект у каждого сотрудника своя". Какими бы ни были "дороги к Солнцу" у его адептов, даже после самого краткого разговора с любым из них становится понятно — здесь работают фанаты своего дела.
Вот, например, американец Марк Хэндерсон — специалист по нагреву плазмы на ИТЭР. На встречу он — коротко стриженый, сухой, в очках — пришел "в образе" одного из основателей компании Apple Стива Джобса. Черная рубашка, выгоревшие джинсы, кроссовки. Оказалось, что внешним сходством своеобразная близость Хэндерсона и Джобса не ограничивается: оба они — мечтатели, вдохновленные идеей изменить мир своим изобретением.
"Мы, человечество, все больше зависим от ресурсов и только и делаем, что потребляем их. Неужели наш коллективный разум эквивалентен коллективному разуму миски дрожжей? Нам нужно думать о следующих поколениях. Нам нужно начать мечтать вновь",
— убежден Хэндерсон.
И они думают, мечтают, воплощают в жизнь самые невероятные и фантастические идеи. И никакие вопросы внешнеполитической повестки дня не могут выступить помехой для труда ученых: разногласия рано или поздно закончатся, а тепло, полученное в результате термоядерной реакции, будет греть всех, вне зависимости от континента и государства.