Город Димона - настоящий оазис в пустыне Негев. Впрочем, неутомимые труженики кибуцев уже начали решительно озеленять эту пустыню, оживляя ее влагой даже там, где воды, казалось бы, и не было никогда.
Но есть в Негеве и тяжелая вода, к которой кибуцники не имеют никакого отношения. Раньше ее привозили сюда из Норвегии, теперь научились производить сами. «Дейтерий два о» замедляет нейтроны до необходимых для управляемой цепной реакции скоростей в реакторе – наработчике оружейного плутония, который с 1966 года действует в расположенном здесь ядерном центре. Иногда говорят про «ядерный исследовательский центр в Димоне», но на самом деле он расположен за городом. Объекты центра называются «Мошон» - например, реакторный завод это «Мошон-1», а радиохимический комплекс по экстракции из, как говорят атомщики, ОЯТ (отработанного ядерного топлива) плутония оружейной кондиции – «Мошон-2». Оба этих «Мошона» построены с помощью французских специалистов.
Первыми о том, что израильтяне затеяли в 1957 г. в Негеве что-то ядерное, начали догадываться американцы. На стол президенту Эйзенхауэру ЦРУ положило тогда полученные с борта высотного самолета-разведчика U-2 фотографии секретной стройки, легендированной под «возведение марганцевой фабрики». В конечном итоге отпираться насчет специфического характера объекта израильтяне не стали, но заявили, что-де тутошний 24-мегаваттный реактор предназначен исключительно для мирных научных целей. Американцы, разумеется, не поверили, и на всякий случай подарили Израилю маленький 5-мегаваттный исследовательский ядерный реактор в рамках своей программы «Атом во имя мира». Ее Штаты осуществляли в первую очередь для того, чтобы контролировать ядерные амбиции дружественных себе государств. Израильтяне от подарка не отказались и установили его в исследовательском центре Нахаль-Сорек. А когда янки - уже при Кеннеди - добились-таки разрешения проинспектировать «Мошон-1», их начали форменным образом водить за нос. Семь раз приезжали сюда заокеанские инспекторы, и каждый раз им демонстрировали специально подготовленный ложный щит управления реактором, на который компьютером выводились технологические параметры, не позволяющие получить прямые улики в том, что реактор имеет военное назначение.
Сегодня некоторые эксперты считают, что мощность тяжеловодного реактора EL-102 на заводе «Мошон-1» доведена до 150 мегаватт (по более скромным оценкам – до 70). Согласно экспертным расчетам, в год Димона дает от 10,6-18,6 до 20-40 кг плутония-239, и к 2002 г. Израиль получил его от 391 до 687 кг. Этого, согласно некоторым расчетам, хватило для производства как минимум 78-98 или даже 137-172 ядерных боеприпасов вплоть до «хиросимского диапазона» взрывной мощности в тротиловом эквиваленте, а скорее всего и более. Годовая производительность атомной промышленности Израиля оценивается не менее чем в 2-4 новых ядерных боеприпаса в год. Нет сомнений, что израильтяне располагают и возможностями по возврату на боевое дежурство плутониевых зарядов из превысивших гарантийные сроки хранения и разбираемых боеприпасов (при многолетнем нахождении в них плутоний, как говорят специалисты, деградирует и требует восстановления радиохимических и физических свойств).
Здесь же, в Димоне, обогащают уран по 235-изотопу центрифужным и лазерным методами. Добыча исходного сырья (урановых фосфатов) также ведется в пустыне Негев близ города Беэр-Шева, а их переработка в концентрат (закись-окись урана, или «желтый кек») – на трех предприятиях, два из которых находятся в районе Хайфы и еще одно на юге Израиля.
Взрывчатка для водородного оружия – тритий и дейтерид лития – также производится в Димоне. Словом, Димонский (он же Негевский) ядерный центр можно рассматривать как своеобразный аналог росатомовского комбината «Маяк», что в секретном городе Озерске Челябинской области. А в Реховоте, что недалеко от Тель-Авива, действует установка по получению тяжелой воды, кстати, здесь библейский персонаж Исаак однажды выкопал колодец, правда, с водой легкой, питьевой.
Сорек – это речка, исток которой находится рядом с Иерусалимом. Она дала название территориальной единице Нахаль-Сорек, включающей несколько кибуцев и других поселений. Такое же имя носит ядерный исследовательский центр – тот самый, где действует подаренный администрацией Эйзенхауэра небольшой ядерный реактор PR-1. Здесь, действительно, имеет место совершенно мирная активность (например, выпускаются изотопы для радиационной медицины), а сам реактор находится в надзорном поле МАГАТЭ (в Димоне же эту уважаемую организацию в гости никогда не ждали и не ждут). Но, вот, куда экспертов МАГАТЭ тоже не пустят ни за что – это тот сектор Нахаль-Сорека, где ведется разработка ядерного оружия.
Израиль не располагает ядерным полигоном для натурных испытаний, поэтому отработка конструкции ядерных боеприпасов ведется с помощью обычных взрывных технологий и путем компьютерного моделирования, как это сейчас делают великие ядерные державы. Возможно, в прошлом Израиль провел совместное с ЮАР испытание ядерного заряда в Южной Атлантике. Предположительно, именно о таком испытании свидетельствовала таинственная вспышка, которую засек в тамошних водах 22 сентября 1979 г. американский спутник.
Кстати, Южная Африка при весьма вероятной поддержке израильтян сама осуществляла военную ядерную программу и даже произвела (!) 7 собственных ядерных зарядов. С падением режима апартеида эти заряды были добровольно демонтированы под контролем МАГАТЭ. Ну, а высокотехнологичные наработки прежнего режима – и не только в ядерной области – достались Нельсону Манделе со товарищи.
Предположительно первые две ядерные авиабомбы мощностью 20 кт – установочная, так сказать, партия – были произведены Израилем в 1967 г., и в качестве их носителей рассматривались специально подготовленные легкие бомбардировщики французского производства «Вотур» IIВ. Оснащение же Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ) серийным ядерным оружием началось ровно полвека назад, в 1968 г. Оно складировалось на особых войсковых базах хранения. К настоящему времени известно о существовании, по крайней мере, двух таких объектов – рядом с мошавом (сельским поселением) Захария (в библейские времена как раз неподалеку отсюда Давид сокрушил великана Голиафа), где хранятся ядерные авиабомбы, и у населенного в основном арабами-маронитами поселка Эйлабун (в 17 км от библейского же Назарета) – здесь содержатся различные тактические ядерные боеприпасы.
Основными носителями ядерного оружия Израиля 30 лет назад стали полученные от США 50 сверхзвуковых тактических истребителей F-4E «Фантом II». С учетом еще и возможности дозаправки в воздухе они оказались вполне себе стратегическим средством – в их боевой радиус попали даже объекты в южных районах СССР. В некоторых западных исследованиях встречается утверждение, что эти объекты могли быть включены в перечень целей Хель Хаавир (ВВС Израиля) на случай прямого ввязывания Советского Союза на стороне арабских стран в войну против Израиля, угрожающую его существованию.
В войне Судного дня (октябрь 1973 г.), когда внезапный удар египетских и сирийских войск чуть было не привел к критическому для Израиля развитию событий, по меньшей мере, три ядерные бомбы были подвешены на пилоны израильских «Фантомов». Причем израильтяне сделали это демонстративно – чтобы данные действия незамедлительно выявили технические разведки США и СССР. Это было одним из факторов, побудивших сверхдержавы применить свое внешнеполитическое влияние для предотвращения дальнейшей эскалации конфликта.
А ядерный Армагеддон, если бы эти усилия не возымели действие и ЦАХАЛ не смогла бы переиграть арабов на поле общевойскового боя, грозил разразиться нешуточный – принимая во внимание еще и густонаселенность Ближнего Востока. По итогам Октябрьской войны командование ЦАХАЛ приняло решение о размещении на сирийском – наиболее танкоопасном – направлении трех батарей американских дальнобойных 175-мм самоходных пушек М107 с боекомплектом из ядерных снарядов собственного производства мощностью 2-5 килотонн. Более того, для исключения в будущем прорыва сирийских танковых группировок вглубь территории Израиля в конце 1970-х гг. на местности в районе Голанских высот были размещены ядерные фугасы мощностью 0,1 килотонны. Возможно, они до сих пор там сохраняются.
Израильская оборонка освоила также производство ядерных боеприпасов для 203-мм самоходных гаубиц М110 американского производства и нейтронных зарядов.
На смену «Фантомам» – некоторые из них оставлены на хранении – в качестве носителей ядерных бомб в ВВС Израиля пришли американские ударные самолеты F-15I «Страйк Игл» и тактические истребители F-16I «Файтинг Фалкон». По количеству носителей ядерного оружия израильские Хель Хаавир находится в первых рядах сильнейших ВВС мира.
Однако в качестве главного средства доставки ядерного оружия командованием ЦАХАЛ теперь рассматриваются баллистические и крылатые ракеты – соответственно наземного и морского базирования.
Основу наземной ракетной мощи составляют твердотопливные двухступенчатые баллистические ракеты YA-3 («Иерихон-2»), относящиеся к стратегическому оружию средней дальности. Ракета «Иерихон-2» со стартовым весом более 20 т способна доставить термоядерную боеголовку с зарядом мощностью 1 мегатонна на дальность 1500-3500 км. По некоторым сведениям, головная часть ракеты оснащена радиолокационной системой самонаведения на конечном участке траектории. Согласно английскому справочнику Military Balance, 24 ракеты «Иерихон-2» развернуты в составе трех ракетных эскадрилий ВВС (по другим сведениям, общее количество «Иерихон-2», с учетом заскладированных 90 штук). «Иерихонская» ракетная база, находящаяся рядом с поселением Захария, известна как «база Сдот Миха». Любой желающий, набрав Sdot Micha, Israel в поисковой строке интернет-ресурса Goole Earth, может увидеть космические снимки и ракетной базы, и здешнего хранилища ядерных авиабомб. Никаких ракетных шахт обнаружить не удастся по той причине, что ракеты «Иерихон-2» запускаются с самоходных пусковых установок – колесных дорожно-мобильных, либо рельсовых, которые могут передвигаться по специально проложенным путям. Сами пусковые установки спрятаны в подземных укрытиях.
Морская составляющая ядерной триады Израиля – это подводные лодки немецкого проекта IKL800. В их число входят построенные в Киле и Эмдене дизель-электрические «Долфин» («Дельфин), «Ливьятан» («Левиафан» - «Кит») и «Текума» («Возрождение»), а также имеющие воздухонезависимую электрохимическую энергетическую установку «Танин» («Крокодил») и «Рахав» («Морской дракон»). Лодки, являющиеся прототипом субмарин Бундесмарине проекта 212, действительно, весьма удачные. И, в отличие от немецких «двоюродных сестер», они, как считают многие эксперты, оснащены ядерным оружием – стартующими из-под воды крылатыми ракетами большой дальности. Возможно, упомянутые крылатые ракеты, представляющие собой увеличенный турбореактивный вариант израильской же авиационной управляемой ракеты «Попай» (Popeye) класса «воздух-земля» (с твердотопливным ракетным двигателем), носят наименование Turbo Popeye (Popeye-3, Popeye-4).
Западная пресса сообщала, что в 2000 г. Израиль испытал в акватории Индийского океана подлодочную крылатую ракету, пролетевшую 1500 км. Позже появились сведения, что дальность стрельбы такой ракетой может превышать 900 морских миль при мощности термоядерной боеголовки 200 килотонн. Поговаривают, что Израиль уже организовал боевое дежурство своих субмарин рядом с Персидским заливом.
Разумеется, командование Хель а-Ям (ВМФ Израиля) не сообщает о наличии в своем распоряжении Turbo Popeye, храня по этому поводу молчание. Многозначительное. Зато из однажды произнесенных премьер-министром Биньямина Нетаньяху слов о том, что «подводные лодки – гарантия существования государства Израиль» прямо следует вывод: эти субмарины несут отнюдь не только обычное оружие.