Сессия комитета по ядерной физике завершила летние заседания программно-консультативных комитетов ОИЯИ. А началась она с совместного заседания с комитетом по физике частиц, посвященного рассмотрению программы ОИЯИ по нейтринной физике.
Обстоятельный доклад о нейтринной программе сделал директор Лаборатории ядерных проблем Вадим Бедняков. Статусу проекта «Байкал» посвятил свой доклад Валерий Рубаков (Институт ядерных исследований РАН). Участники заседания высоко оценили доложенные результаты, обсудили планы развития исследований по нейтринной физике и приняли совместные рекомендации. Далее сессия ПКК по ядерной физике проходила по обычному сценарию. С отчетом по теме «Синтез и свойства ядер на границах стабильности» и предложениями о ее продлении выступил М. Г. Иткис. С научными докладами по тематике ПКК вступили В. Худоба, А. А. Джиоев, А. И. Вдовин. Участники сессии с интересом ознакомились со стендовыми докладами молодых ученых Лаборатории теоретичечкой физики (ЛТФ) и Лаборатории ядерных проблем (ЛЯП) об исследованиях в области теории ядра и ядерной физике.
С просьбой прокомментировать итоги заседания редакция Еженедельника "Дубна" обратилась к вице-директору ОИЯИ Михаилу ИТКИСУ.
– Михаил Григорьевич, давайте начнем с особенностей – с совместного заседания комитетов по физике частиц и ядерной физики.
– Идея была высказана на программных комитетах, прежде всего на январской сессии комитета по физике частиц, – о том, что надо рассмотреть все проекты, связанные с нейтринной физикой, на общем заседании. И эта программа была реализована сейчас на совместном заседании двух программных комитетов. Задача нелегкая: с одной стороны, Институт считает, что нам надо развивать ускоренными темпами два домашних проекта. Это связано с лабораторией на Калининской атомной станции и с глубоководным нейтринным детектором на озере Байкал. Первая часть ориентирована на поиск магнитного момента нейтрино и измерение антинейтринных спектров, а кроме того, имеет достаточно весомый прикладной аспект. А вторая часть связана с галактическими нейтрино. Поскольку на сегодня проблема темной материи – это одна из серьезных, я бы даже сказал, научно-философских проблем, то этот комплекс на озере Байкал, если мы сумеем в полном объеме реализовать проект, с одной стороны, позволит получить уникальные научные результаты, а с другой – дополнит данные измерений, полученных в экспериментах Ice Coubе на Южном полюсе и в исследовательском проекте европейских стран на Средиземном море… Но у «Байкала» есть определенные преимущества и перед тем и перед другим проектами. И с одной стороны, если говорить о конкуренции, то, скорее всего, это будет нечто совместное и глобальное. То есть работа предстоит серьезная. Но кроме того, ОИЯИ достаточно активно участвует и в других международных проектах по нейтринной тематике, и как-то надо выстраивать приоритеты.
Я думаю, наши западные партнеры заинтересованы в том, чтобы мы принимали активное участие во всех этих проектах. Но мы должны определить, где наш вклад более существенный, а где наше участие просто сложилось исторически. Задача сложная, дискуссия не закончена. Но мы, тем не менее, будем твердо проводить линию по выстраиванию иерархии проектов. Это прежде всего в интересах Джелеповской лаборатории, поскольку там и исторически, и реально сложилась очень сильная команда, есть традиции и есть успехи, но их надо развивать. То есть, на мой взгляд, сегодня это очень актуально для лаборатории. Дискуссии начались, и думаю, все в конечном итоге завершится не позже января следующего года. Сейчас мы начинаем формировать следующую семилетку, и для этого чрезвычайно важно расставить все акценты. То есть мы уже должны финансы распределять по соответствующим направлениям. И в преддверии семилетки, особенно в два оставшихся года, надо понимать, куда мы вкладываем основные средства и где можем обойтись незначительными вкладами.
– После объединенного заседания комитет по ядерной физике продолжил свою работу в обычном формате – что, на ваш взгляд, было нового, в чем вы видите наиболее перспективные направления развития?
– Флеровская лаборатория отчиталась по главной своей теме, об основных экспериментальных результатах и определила перспективы на два ближайших года. Тема заканчивалась, она продлена на два года. Можно было такую тему и на пять лет продлить, но смысла в этом нет, поскольку готовится новый семилетний план, и в этом плане надо учесть состояние, которое будет достигнуто за два ближайших года, чтобы наиболее оптимально сформировать семилетку. Тем более, что эта тема объединяет все проекты ЛЯР.
– Что вы можете сказать о молодежной составляющей программы ПКК?
– По традиции у нас проведены конкурсы, в этот раз свои доклады представили молодые сотрудники ЛЯП и ЛТФ. Единогласно одобрены две работы, а автор лучшей из них будет выступать с докладом на сессии Ученого совета. Точно так же и на других ПКК.
В общем, я считаю, поработали в этот раз очень интенсивно, и мне кажется, что такие совместные заседания по определенным направлениям, которые перекрывают и физику частиц, и ядерную физику, очень полезны. Например, если мы начинаем развивать релятивистскую ядерную физику, связанную с проектом NICA, с Нуклотроном, то некоторые проблемы весьма полезно обсуждать в таком расширенном составе.
– А рекомендации, которые были приняты по итогам совместной сессии, – в какой мере они определяют развитие нейтринной физики в Институте?
– Они активно обсуждались, но окончательно еще будут дорабатываться. В дискуссии задавалось много вопросов: а какие сроки, а почему, была и критика. Например, наш итальянский коллега очень активно участвовал в обсуждении и был, что называется, в теме. Смысл его комментариев сводился к тому, что сможет ли Байкальский проект быть конкурентом Средиземноморского, не потребует ли он слишком много сил, в ущерб другим проектам ОИЯИ?
– Очевидно, он так ревностно отнесся к этой проблеме, потому что тут примешивалась и личная заинтересованность?
– Абсолютно точно! И я это отметил, когда предоставлял ему слово для выступления на завершающем вечернем приеме участников сессии. Так и отметил – несмотря на то что он подверг нашу программу достаточно серьезной критике, тем не менее мы с удовольствием предоставляем ему слово. И он шутку оценил. Начал оправдываться…
Но проблемы-то не становятся менее серьезными. Все-таки мы участвуем в проектах, реализуемых в Китае, Франции, Италии. В Гран Сассо даже в двух экспериментах. И еще собираемся участвовать в новом проекте в Фермилабе, где сейчас установка создается… Однако сегодня это направление можно считать одним из магистральных в нашем Институте, и здесь есть очень важный момент – развитие и укрепление коллаборации между Дубной и Троицком. И здесь и там есть целая плеяда блестящих специалистов в этой области, их имена всем хорошо известны. То же самое касается и Калининской АЭС, там также и ИТЭФ очень активен. Таким образом, мы подтягиваем и российские институты к этим проблемам.