Главным в повестке дня заседания стали вопросы развития ядерной медицины и ее нормативного регулирования. Эта отрасль сегодня признана стратегически важной для России. Обнинск — одна из немногих в стране площадок, где можно реализовать полную цепочку ядерной медицины: от производства препаратов и диагностики до излечения пациента.
«Предыдущее заседание совета было посвящено развитию Северного флота и проходило на Северном полюсе. Обнинск имеет для России не меньшее значение, чем Северный полюс», — подчеркнул председатель совета, депутат Государственной Думы Андрей Ветлужских.
До начала заседания депутаты Госдумы ознакомились с производством радиофармпрепаратов в ФЭИ. Осмотр начался с мини-выставки. «Нашими офтальмоаппликаторами с рутением-106 очень довольны отечественные клиники, — рассказал начальник научно-производственного комплекса изотопов и радиофармпрепаратов ФЭИ Николай Нерозин. — Они легче импортных аналогов. А тут каждый грамм важен: ведь офтальмоаппликатор подшивается к глазному яблоку, и пациент в течение нескольких суток с ним живет. Тяжелые конструкции для него могут быть мучительны. Сейчас мы занимаемся новым аппликатором – со стронцием-90. Такой нигде в мире не производится. Мы уже нашли инвестора, готового вложиться в их производство».
По словам Нерозина, эти аппликаторы очень ждут в российских клиниках. Они незаменимы для некоторых видов заболеваний. И ученые ФЭИ уверены, что смогут не только снабдить ими отечественную медицину, но и поставлять готовые препараты за рубеж.
Собственно, тут и коренится основная сегодняшняя проблема. У нас в России вполне успешно нарабатываются радиоактивные изотопы, в том числе уникальные, делаются генераторы фармпрепаратов. И отправляются за рубеж. А сами лекарства из этого сырья готовятся за границей, их стоимость колоссальна. Курсовое лечение может потянуть на несколько сот тысяч долларов. Большинству россиян такие вещи недоступны, даже если иметь в виду квоты на высокотехнологичное лечение.
«Мы можем делать радиофармпрепараты у себя, причем в разы дешевле»,
— объяснил Николай Нерозин. В некоторых случаях разрыв этот может достигать целого порядка. Но чтобы вывести продукцию на промышленные рельсы, нужны инвестиции, причем довольно серьезные.
С Нерозиным согласен и гендиректор НМИРЦ Андрей Каприн:
«Сейчас в России выпускается очень мало РФП, в диагностической линейке препаратов не хватает. Нам надо прекращать «туризм» нашего сырья за границу, надо развивать собственные производства».
Перспективы в этом вопросе есть: благодаря центру доклинических исследований на базе экспериментального сектора МРНЦ в Обнинске готовы через 2 года выйти на производство РФП по GMP-стандартам. Тем же вопросом заняты в НИФХИ им. Карпова. «Для развития ядерной медицины в России Росатом планирует создать GMP-производство в НИФХИ им. Карпова, — рассказала советник генерального директора «Русатом Хелскеа», ГК «Росатом» Юлия Курашвили. — Кроме того, мы разработаем совместно с НИЯУ МИФИ профстандарты для персонала. И, конечно, среди наших приоритетов — создание и производство медицинского оборудования и продвижение продукции и технологий за рубеж».
Требуются медицинские физики
Пока что есть в России и проблемы со специалистами, способными работать на оборудовании для ядерной медицины. «У нас нет ни одного медицинского училища, которое выпускало бы операторов медтехники, — отметил Андрей Каприн. — Кроме того, очень мало медицинских физиков. В Обнинске мы как-то дышим за счет ИАТЭ НИЯУ МИФИ, но из-за того, что специалистов мало, их легко переманивают».
Не хватает и оборудования. Открытая недавно в Обнинске гамма-клиника стала шестой в России. В ней смогут лечить примерно тысячу пациентов в год. А требуется лечить — около 25 тысяч.
«Есть сдерживающие факторы и в законодательстве, — рассказала на заседании исполнительный директор Калужского кластера ядерных технологий Наталья Айрапетова. —Например, в существующей правовой базе нет понятия высокотехнологичных комплексов медицинского применения. Есть и избыточные требования по безопасности — центры ядерной медицины должны получать те же разрешительные документы, что и новые блоки АЭС».
Разумеется, никакой экспертный совет, даже самый высокий, в одночасье картину не изменит. «Наша задача, — объяснил депутат Андрей Ветлужских, — законодательное развитие ядерной медицины. Есть конкурентоспособная российская отрасль, и нужно расчистить дорогу ядерной медицине, открыть каналы для инвестиций, обеспечить законодательно правила безопасности. Если сегодня тут будут заборы, нынешнее положение сохранится. Мы используем весь доступный нам инструментарий Госдумы для решения проблем, будем максимально поддерживать ядерную медицину».
На этой неделе от членов экспертного совета принимают предложения, как должно выглядеть решение, принятое по результатам заседания. Это решение направят в Правительство России. И вполне возможно, что именно решения, принятые в Обнинске, лягут в основу государственной концепции развития ядерной медицины.