Пошёл четвёртый год с момента подписания соглашения между МАГАТЭ и Казахстаном о создании банка низкообогащённого урана, однако до сих пор к работе банк не приступил.
Идея создания в какой-либо стране банка (запаса) НОУ, распоряжаться которым смогло бы МАГАТЭ, возникла в середине нулевых годов на фоне расследования иранского ядерного досье.
Инициатива о банке НОУ была одной из многочисленных международных инициатив, имевших целью создание дополнительных гарантий для государств, развивающих атомную энергетику. По замыслу авторов инициативы, она должна работать следующим образом. Если стране по нерыночным причинам откажут все поставщики в поставках обогащённого урана для её АЭС, то такая страна сможет обратиться в совет управляющих МАГАТЭ и выкупить с его разрешения запас НОУ, хранящийся в банке.
На самом деле, очень трудно вообразить себе ситуацию, при которой банк НОУ оказался бы востребованным. Хотя бы потому, что основные поставщики обогащённого урана заседают в том же совете управляющих атомного агентства. Но всё же, банк - это некая дополнительная гарантия, и агентство намерено довести идею о банке до практической реализации.
Основным автором инициативы о банке НОУ выступила американская неправительственная организация NTI, причём произошло это в 2006 году. NTI дополнила инициативу круглой суммой в 50 миллионов долларов и условием - за два года у банка должны появиться дополнительные спонсоры, которые внесут на его создание ещё 100 миллионов долларов. Двух лет не хватило, крайний срок пришлось перенести, но в конечном итоге нужная сумма была собрана. Причём 50 миллионов долларов внесло правительство США.
МАГАТЭ приступило к выбору страны, на чьей территории будет физически размещён банк. Кандидатом номер один и окончательным выбором стал, естественно, Казахстан, а конкретно, Ульбинский металлургический завод в Усть-Каменогорске.
Соглашение с Казахстаном было подписано, утверждено и ратифицировано, но трудности на этом не кончились.
МАГАТЭ не занимается обогащением урана. Поэтому агентство запросило у поставщиков предложения по поставке 90 тонн НОУ. Как и положено, выбор поставщика должен быть сделан на основе конкурсной процедуры.
Любой мало-мальски разбирающийся в делах отрасли наблюдатель может с уверенностью сказать, что поставщиков может быть три - "Техснабэкспорт", "Orano" и URENCO. И будет прав, с точностью до деталей - например, в России таким поставщиком может выступить и МЦОУ, проявлявший ранее интерес к этой работе.
Известно, что предложения были поданы в МАГАТЭ до конца января 2018 года. Их рассмотрение затянулось, ценовая ситуация на рынках урана и услуг с тех пор поменялась. Агентству пришлось обращаться к спонсорам банка с просьбой дать гарантии, что они не отзовут обратно свои вклады.
Полный перечень спонсоров - NTI, США, ОАЭ, Кувейт, Норвегия и Евросоюз. Пока никто из них вслух не усомнился в целесообразности существования инициативы. Но неформальное раздражение витает в воздухе - слишком долго всё продвигается. Для агентства создание банка НОУ - сделка неординарная и по объёму, и по сложности. Закупка партии низкообогащённого урана для банка по стоимости превышает все предыдущие сделки, которые оплачивались из бюджета МАГАТЭ.
Кроме собственно закупки, есть ещё и вопрос логистический - как доставить закупленную партию НОУ в Казахстан? Если поставщиком будут выбраны европейцы, то уран придётся везти транзитом.
Единственный практический вариант - транзит через Россию. Вариант китайский отпадает хотя бы потому, что через КНР до сих пор ни разу не осуществлялся транзит ядерных материалов.
В сентябре 2018 года на полях сессии генконференции МАГАТЭ былоподписано соглашение между агентством и "Техснабэкспортом" о предоставлении полного комплекса логистических услуг при организации транзита НОУ по территории России. Теперь можно надеяться, что хотя бы вопрос о логистике окончательно закрыт.
А вот вопрос об особенностях применения закупочных процедур, которым следуют все структуры ООН, остаётся. Согласно процедурам, такие закупки не могут быть обычным бизнесом, а правила ведения переговоров для сторонних наблюдателей выглядят как минимум необычными.
Например, сотрудникам МАГАТЭ запрещено общаться по тендерным вопросам с представителями компаний напрямую, всё должно проходить только через соответствующие онлайн-формы.
В агентстве, где на тематике банка НОУ занято шесть сотрудников на полной ставке, утверждают, что процесс выбора поставщика близится к завершению. Источники готовы с этим утверждением согласиться, потому что, по их данным, реально заинтересованным на данный момент остаётся лишь один поставщик.
Банк НОУ, распоряжаемый из МАГАТЭ - одна из любимых идей Мохаммада Эльбарадея. А вот Юкия Амано относится к банку более сдержанно. Но всё же работы продолжаются и при нём.
Конечно, значение банка сегодня только символическое. Как уже сказано, смоделировать ситуацию, при которой он будет востребован, трудно, если вообще возможно.
Для МАГАТЭ довести проект банка до завершения важно с прицелом на будущее. Если банк начнёт функционировать (пусть и в режиме вечного ожидания), то агентство сможет претендовать на расширенные роли в будущих механизмах интернационализации ядерного топливного цикла, которые рано или поздно появятся.
А для основных ядерных держав инициатива с созданием банка НОУ должна стать поводом задуматься, как именно могли бы выглядеть эти будущие действенные механизмы интернационализации ЯТЦ с учётом опыта, полученного при реализации инициативы о банке, а также российской инициативы о гарантзапасе урана в Ангарске.