В новой редакции Комплексного плана модернизации инфраструктуры говорится, что масштабная программа обновления флота неатомных ледоколов стоимостью более чем в 50 млрд рублей к 2024 году будет выполнена только частично.
Из девяти запланированных ледоколов сдадут четыре, а по остальным кораблям сроки сдвигаются на 2028 год.
Перед нами стандартная ситуация в российском народном хозяйстве – сроки иногда не выполняются, но в 2020 году все переносы накладываются на «коронакризис», который изменил систему российского бюджетного планирования.
«Сегодня произошел существенный пересмотр больших инвестиционных проектов. Китайцы отказались от международного энергетического кольца – совместного проекта с российским Интер РАО», - резюмирует Адамидов.
Данный проект должен был быть реализован на тех же принципах, что БРЭЛЛ и единое энергетическое кольцо Центральной Азии, когда несколько государств создают единую энергетическую цепочку и обеспечивают бесперебойную подачу электричества.
Международное энергетическое кольцо предполагает не только интеграцию национальных энергосистем России и Китая, но и значительные инвестиции в новую инфраструктуру. В Пекине посчитали данный проект неконкурентоспособным.
«Большие сложности испытывает «Новатэк» при строительстве терминала на Камчатке, поэтому арктическая тематика, которая в основном была ориентирована на транзит и вывоз углеводородов, отошла в сторону», - заключает Адамидов.
Компания «Новатэк» сегодня обладает большими преференциями на севере – именно эта структура развивает проекты на Ямале, где был построен большой завод по производству СПГ. Планировалось, что эти грузы будут идти через Северный морской путь, для загрузки которого Россия планирует создать большой флот ледокольных судов самого разного типа.
В 2018 году функцией оператора Северного морского пути был наделен Росатом. Недавно прошла информация, что в этой структуре предлагают снизить базовый прогноз по грузопотоку к 2024 году с 80 до 60 млн тонн.
Росатом видит своей задачей настройку Северного морского пути под результаты недропользования в Арктике и выстраивает на этой основе свою стратегию до 2030 года. Это говорит о том, что корректируются все российские планы по Арктике.
«В настоящее время в России и в мире будет продолжаться масштабный экономический кризис. Идут подвижки в мировой экономике, а в ближайшие пять лет будет происходить перераспределение материальных и финансовых потоков по всему миру. В данных условиях будет довольно сложно реализовать запланированные в России арктические проекты», - констатирует Адамидов.
Арктическая экономика существенно изменится, поэтому инвесторов в такие проекты привлечь будет сложно.
Из-за этого нет смысла реализовывать ледокольную программу в изначальном ее объеме, поскольку такие суда нужны для проводки грузов, а их не ожидается в таком большом количестве, как это планировалось до «коронакризиса» 2020 года.
С другой стороны, морское направление является наиболее сложным для России. После событий 2014 года, введения санкций и разрыва торгово-экономических связей с Украиной судостроительная программа развивается в России сложнее всего.
По направлению ОСК было зафиксировано больше всего отставаний, включая строительство судов для нужд ВМФ.
«Импорт тут есть, но это в основном некритичные технологии, потому что ходовая часть и энергетические установки у нас свои, а вот по электронике и системам жизнеобеспечения могут быть некоторые вопросы», - резюмирует Адамидов.
Военные контракты 2014 года «подсели» по силовым установкам для определенных типов судов. Некоторые из них мы закупали на Украине – там остался производитель еще с советских времен, а некоторые являлись частью экспортных контрактов с ФРГ.
Еще существуют сложности с производственной инфраструктурой – Россия продолжает ее масштабнейшее обновление.
«Импорт в таких проектах является предметом удобства. Мы живем в других условиях, нежели 30 лет назад, и не нужно абсолютно все делать самим – из-за этого многие российские проекты связаны с импортными закупками», - заключает Адамидов.
По Арктике существуют другие проблемы, поэтому перенос сроков по ледоколам связан с отсутствием необходимости.
«Арктика планировалась с прицелом на сильное развитие добычи на шельфе и на значительное участие азиатских стран, включая и использование северного транзита. Не случилось ни первого, ни второго, ни третьего, а для внутренних нужд у России и без этого все есть, из-за чего и принято решение о переносе плановых сроков», - констатирует Адамидов.
Мегапроекты в России откладываются и отменяются, что влияет на масштабы инфраструктурного строительства.
«В отдаленной перспективе Арктика, безусловно, будет востребована, но нужно понимать, что многое зависит от того, какие тогда будут технологии. Новая технологическая революция может все поменять», - резюмирует Адамидов.
Если все останется как есть, то в ближайшие 10-15 лет, как отмечает эксперт, никакой срочности по Арктике не потребуется.