Одиннадцатое марта стало днем одного из самых страшных бедствий в новейшей истории страны в Японии и одной из тяжелейших техногенных катастроф современности. Три года назад из-за землетрясения и цунами взорвались три из шести энергоблоков АЭС «Фукусима-1». В результате из строя вышла не только эта станция, но и вся атомная энергетика Японии.
Чтобы прийти в себя, стране хватило трех лет непрерывной ликвидации аварии, из-за которой сотни тонн зараженной воды регулярно утекают в океан, а ликвидаторы продолжают получать сверхдозы радиации. За бурными событиями на Украине мало кто заметил, что Токио развернулся на 180 градусов, решив не выводить из строя свои реакторы. Эксперты правительства написали новую концепцию развития отрасли – Основной энергетический план, по которому АЭС будут соседствовать с электростанциями на ископаемом топливе и с возобновляемыми источниками энергии. Такой оперативности от премьера Синдзо Абэ не ждали, и нет сомнений, что кабмин даст плану зеленый свет.
После аварии и волны антиядерных протестов Япония остановила 48 работоспособных реакторов, которые до 2011 года обеспечивали ее электричеством на треть. Сейчас на многих из них кипит работа: инженеры проверяют технику, а Управление по атомному надзору проверяет инженеров. (Поразительно, но это ведомство появилось лишь через полтора года после Фукусимы: до тех пор единого «цепного пса» в отрасли не было.) «Подопытным кроликом» сделают АЭС в Ои с самыми современными реакторами, и если все пройдет гладко, ток дадут и все остальные энергоблоки. Или почти все: в интересах ядерного ренессанса несколько из них – те, что стоят на стыках тектонических плит, – правительство согласно сломать.
Премьер Абэ готовил свою атомную инициативу почти полтора года, но дольше ждать не мог. После Фукусимы в Японии не допустили сколько-нибудь серьезных перебоев с электричеством, и здесь даже стали поговаривать, что и без АЭС прекрасно живется. При этом антиядерные настроения поутихли, что ярко проявилось на недавних выборах мэра Токио. Им стал проядерный политик Ёити Масудзоэ, разгромивший при поддержке Абэ двух соперников, выступавших против атома. В других местах власти тоже подобрели к реакторам, и эта тенденция важнее всего.
В Токио могут написать хоть тысячу планов, но развитие японского атома остается прерогативой регионов: без согласия местных властей ни одного реактора не построить. Смена настроений в префектурах неудивительна: правительство и компании-операторы платят регионам, где имеются АЭС, огромные деньги. В «ядерных» муниципалитетах такие дотации составляют до 35% бюджета. Даже губернатор Ниигаты, яростный противник атомной энергетики, разрешил подготовку к пуску АЭС «Касивадзаки-Карива». Одни регионы подсели на дотационную иглу и не хотят с нее слезать. У других нет выбора: в Японии хватает городов и поселков, где атомщики – единственные крупные работодатели и налогоплательщики.
Заметим, что без доступной атомной энергии не суждено сбыться планам Абэ оздоровить экономику. Японским экспортерам нужно дешевое электричество, а правительству – здоровый баланс внешнеторговых операций, по которому ощутимо ударил ввоз ископаемого топлива. На эти цели Токио тратит до 100 миллиардов долларов в год. Чтобы пробудить реакторы, понадобится всего 5 миллиардов.
Атомный ренессанс в Японии будет иметь ощутимые последствия для мировой экономики. Начнем с того, что именно по примеру Токио многие страны ограничили или свернули ядерные программы; больше этого примера у них перед глазами нет. На урановом рынке началось долгожданное оживление: с февраля на десятки процентов рванули вверх акции компаний, производящих топливо для АЭС и сырье для него. По прогнозам «Блумберг», уран, который после Фукусимы подешевел наполовину, до конца года отыграет 14%. Это будет на руку всем крупным производителям, от Казахстана и Австралии до России, США, Украины и Китая.
Рейтинговое агентство «Фитч» заметило, что дорожать уран будет за счет природного газа, а это гораздо более важный для России рынок. Несчастье в Фукусиме сделало Японию главным импортером сжиженного природного газа (СПГ) в Азии. Благодаря ей это топливо стоит в регионе на 50-60% дороже, чем в Западной Европе. Теперь эта «премия» обречена снизиться, и вся азиатская торговля газом подвергнется длительной перенастройке. А ведь в надежде на Японию Россия думала всерьез обосноваться на рынке СПГ, где имеет исчезающе малый вес. Теперь эти надежды выглядят призрачными.
Возвращение к атому будет нелегким: Абэ ждет мощный политический прессинг со стороны оппозиции и экологов. К примеру, Токио вскоре столкнется с проблемой устаревших реакторов, которым придется искать замену («Фукусима-1», к слову, была второй по возрасту японской АЭС). Значит, надо будет продавливать строительство новых, а это потруднее, чем перезапуск. Но тут кабмин тоже продемонстрировал агрессивные намерения.
На избирательных участках префектуры Ямагучи, откуда родом Синдзо Абэ, недавно случилась сенсация. Мало того что победил проядерный кандидат, так сразу после выборов там объявили о достройке трех ранее заложенных реакторов. И это в регионе, где постройка АЭС сорок лет была предметом жарких споров! Похоже, японцы стали единственным народом, у которого благодаря Хиросиме, Нагасаки и Фукусиме развилось что-то вроде иммунитета к атомным несчастьям.